Звёздный Вавилон (СИ)

Но ничто из этого не мешало мне наблюдать за происходящим, одновременно анализируя огромные объёмы информации, сохранённые сейчас внутри сети репликаторов. Сама по себе «Кориана VI», равно как и все её обитатели со всеми их технологическими решениями, не представляла для репликаторов ровным счётом никакого интереса, будучи, как сказал Шеридан, слаборазвитым миром, однако… Интерес представлял сам процесс столь массовой телепортации. Как тем фактом, что асгарды, как создатели технологии, а за ними и мои репликаторы, как её преемники, никогда такого не делали, так и тем, что это позволяло чуть больше понять о принципах и ограничениях работы телепортационного устройства в частности и самого преобразования материя-энергия-информация в общем. 
  
А затем произошли сразу несколько одновременных событий — флоты теней и ворлонцев, оправившись от первого потрясения, снова пришли в движение, захватывая корабли Лиги в клещи, каким-то одним им понятным образом поделив те между собой, а через сеть репликаторов донёсся в крайней степени озадаченный сигнал от Бегемота, оставленного мной на «Вавилоне-5». Джиринкс сообщал, что Лориен, которого я совершенно однозначно видел на борту «Белой Звезды» рядом с капитаном, на мгновение появился в посольской каюте станции, «зыркнул пристально и внимательно, чему-то довольно кивнул и исчез, как не было». Вот только через имплант кота-телепата в сеть потекла чёткая и однозначная картинка — капитан Шеридан и посол Деленн, стоявшие посреди бескрайней темноты перед двумя совершенно разными на вид фигурами, явно представлявшими собой телепатические проекции совокупного разума двух древних рас, теней и ворлонцев. Лориен, «обняв» капитана с Деленн и распространив их приватную беседу на весь флот, каким-то образом дотянулся и до Бегемота, позволяя видеть происходящее и мне. Чёртов местный боженька… И его чёртова «божественная конференц-связь»…
— Смотри… — донеслось до меня по сети через Бегемота. — Но не вмешивайся… Капитан должен сделать это сам.
Деленн и Шеридан озадаченно оглядывались по сторонам, хотя, судя по лицу капитана, он ожидал и рассчитывал на что-то подобное. Наконец, после прямого возгласа мужчины, фигуры в темноте, до того явно скрытые от взора пары, резко стали видимыми — «идеальная» женщина, заключённая в массивный кристалл нетающего льда, и… коммандер Иванова, с мрачным видом выступившая из темноты в направлении Деленн.
— Мы вас не понимаем… мы желали вам только лучшего, хотели помочь вам… — донеслось из кристалла. 
— Уничтожая целые миры со всем населением?!
— Эти расы — болезнь. Вы дали нам возможность избавиться от них, и за это мы вам благодарны… Но вы противитесь… Считаете, что чужак лучше нас? Считаете, что он понимает больше? За его словами нет ничего, а за нашими – истинное понимание вещей… 
— Чужак… Лорд Баал? — капитан нахмурился. — Причём тут гоаулд? Мы говорим не о нём! Мы говорим о вас! Нам не нравится, когда нас используют! А всё, что я слышал за последние годы, было одной сплошной ложью!
— Мы не лгали… Несмотря на ваше сопротивление, несмотря на агрессию, которой мы не заслуживаем, мы никогда не лгали — у нас точно та же цель, что и у вас. Мы хотим уничтожить мрак…
— Так какого чёрта вы не атакуете их напрямую?!
Тишина…
— Неудобный вопрос, не правда ли? Я многое понял, услышав о ваших планетоубийцах… И увидев такие же у ваших врагов… У обеих сторон есть оружие, чтобы уничтожить За’ха’дум или… — мужчина задумался, — не знаю, как там называется ваш родной мир, положив конец противостоянию. Но обе стороны медлят, предпочитая атаковать невинные миры!
— Вы не понимаете…
— О, я ещё как понимаю! Начал понимать прежде, только узнав о вашей… борьбе… И понял окончательно, пообщавшись с столь беспокоящим вас Лордом Баалом… Ваш сородич, посол Кош, сказал как-то… Понимание — это меч с тремя лезвиями. Ваша сторона, наша сторона и истина. Вот только истина в том, что вы нам больше не нужны. Ни вы, с вашей жаждой насаждения порядка вопреки любым доводам разума, ни ваши оппоненты с их тягой к хаосу и борьбе.
Даже отсюда, даже через «третьи руки» в лице Лориена и Бегемота, я буквально чувствовал волну негодования, поднявшуюся среди ворлонцев от выпада Шеридана. Своеволие «послушной игрушки» претило им больше, чем всё остальное в галактике. Даже удивительно, как они до сих пор не превратили всех своих последователей в буквальных рабов с промытыми мозгами, искренне надеясь сделать таковых простым воспитанием и убеждением. И капитан явно чувствовал это, разыгрывая рискованную, но весьма тонкую интригу, выводя доставшегося ему собеседника на единственно нужный результат.
Вот только ни тени, ни ворлонцы явно не рассчитывали, что «всеобщий дедушка» Первый будет транслировать беседу на представителей всех младших рас. А именно это он и делал, раскрывая карты и давая «правнукам» увидеть истинное лицо заигравшихся «взрослых». А лицо это было, по большому счёту, совершенно одинаковым — перетягивание одеяла на себя, презрительные экивоки в адрес оппонентов и попытки убедить в своей и только своей правоте, переманив на другую «сторону Силы». А Шеридан с Деленн тем временем продолжали, и я, к собственному удивлению, ловил себя на мысли, что они словно бы вели один общий диалог на двоих, настолько логичными и взаимодополняющими были их слова и доводы. Это было бы незаметно, следи я за разговорами по отдельности, но в том виде, в каком это обеспечил Лориен, в виде связи, объединяющей всех присутствующих в системе разумных… 
— Вы лишь хотите, чтобы мы видели только одну точку зрения! — произносила Деленн, поворачиваясь следом за расхаживающим вокруг неё представителем теней, принявшим облик Ленньера.
— Вы не хотите убивать посланника, но стремитесь уничтожить лишь послание, чтобы мы не видели выбора, не знали, что он есть, поступали лишь так, как вам нужно! — вторил её Шеридан, уже сам нарезая круги вокруг застывшей внутри кристалла женской фигуры.
— Но, если вы уничтожите ворлонцев, они никогда не поймут, что ошибались. Они никогда не признают, что вы были правы! Это не борьба за развитие! Это борьба двух идеологий, одинаково глупых и порочных! Выбор без выбора! 
— Вы словно пытаетесь заставить нас рассудить, кто из вас прав, заставить выбрать одну сторону, отринув другую. Только вы или ваши соперники, ничего более! Но это не воспитание! Это не выбор! — Шеридан презрительно скривился. — Вы напоминаете мне ругающихся при детях родителей, спорящих до хрипоты, чьё решение верное, перетягивающих детей на одну сторону или другую… Не ради детей, нет! Ради самих себя!
— А что если мы отвергнем идею выбирать, кто из вас прав, вовсе? — закончили они хором. — Что если мы просто развернёмся и уйдём, оставив вас разбираться одних, лицом к лицу?
Последняя фраза вызвала волну всепоглощающей ярости как со стороны теней, так и со стороны ворлонцев — даже через имплант джиринкса, в чём-то обезличивающий получаемую сетью информацию, я явно видел «бурления» среди обеих Изначальных рас. Их видел и Лориен — Первый нахмурился, а в сознаниях Шеридана и Деленн вдруг появилась его фигура, протягивающая руку и настойчиво требующая пойти с ним. Что те и сделали под гневный хоровой вопль Изначальных, прокатившийся по разрушающемуся пространству «конференц-связи». 
И вместе с яростью пришли в движение и корабли. Ворлонцы рассредоточились по внешней границе флота младших, а облако-планетоубийца теней раздалось вширь, захватывая всё пространство внутри этой области, обходя лишь всё так же зависшие на месте «Корианы VI» супер-хат’таки и «Волю Императора». Демонстрация с «мгновенной» блокадой За’ха’дума и последовавший за этим воспитательный разговор с Лориеном прибавили им здравомыслия, но вот их подопечным такой щедрости явно не полагалось. 
  
— Сейчас… — передал Лориен. — Момент обретения истины. Если ты и в самом деле следуешь своим собственным словам, поступи так же, как я — не мешай этому обретению… Помни наш уговор.