Звёздный Вавилон (СИ)

Посреди «тронного зала» мостика корабля, прямо в воздухе, проявилась группа золотых искр, напоминающих многочисленные глаза инопланетного насекомого — кажется, именно так выглядело «коллективное бессознательное» теней, когда его видела через телепатический модуль Великой Машины Иванова. В голове Дорна зазвучал многоголосый нестройный хор голосов, вычленить составляющие части которого представлялось совершенно невозможным. Да и не было там, по большому счёту, никаких «составляющих». А вот сложная эмоция-мысль была — коллективный разум теней спрашивал, зачем я прилетел и «чего я хочу». 
  
Повинуясь моей подсказке, Ррау передал в ответ несколько образов, сообщающих о мирных намерениях и желании пообщаться с Лориеном, жившим в недрах планеты. От теней пришла волна негодования и недоверия — они явно не горели желанием впускать чужака в самое сердце своей цивилизации, но в следующий момент… От За’ха’дума мелькнула серебристо-белая искра света, заставившая разум теней замолчать на полуслове, а продолжавшие висеть в пустоте рядом с «Волей Императора» корабли разлететься в стороны. Кажется, дедушка-Лориен решил сам вступить в разговор, пока глупые «внуки» не наделали делов?
— Зачем ты здесь? — произнёс Первый, просочившись через все слои репликаторных блоков, составлявших корпус корабля и создав за долю секунды материальное воплощение своего Я.
— Наш прошлый разговор вышел несколько… сумбурным, — осторожно отвечаю, усилием воли отгоняя мысли о том, что репликаторы только что никак не отреагировали на то, что через их блоки прошло существо из чистой энергии. Причём, буквально — я ничего даже не «заметил», пока Лориен просачивался внутрь. — Вот я и решил нанести ответный визит вежливости. У меня есть множество вопросов, на которые я очень надеюсь получить ответы… И попросить о… небольшом одолжении.
Лориен чуть прищурился, медленно обведя внимательным взглядом золотых глаз сначала меня, затем Дорна, а потом — уставившись куда-то вглубь корабля. Куда-то? Да он смотрел точно на отсек, в котором находился куб с личностью посла Коша! На лице Первого практически не отражалось эмоций, разве что лёгкие любопытство и сомнения. Наконец, он повернулся в сторону кораблей теней, висевших снаружи, и степенно кивнул. В то же мгновение корабли растаяли в пространстве — похоже, вопрос моего присутствия был разрешён?
— Мы поговорим… — произнёс он уже в мой адрес, снова кивнув. — И, раз уж речь зашла о просьбах, у меня будет ответная. Но это позже. Вернёмся на За’ха’дум — скоро у меня будет ещё один гость, которого я должен встретить… Скрой свой корабль — нет нужды в демонстрации для ненужных глаз.
Лориен сжался в сверкающую искру, унёсшуюся обратно в недра планеты впереди, а я вдруг явственно понял, что сеть репликаторов получила точные, выверенные до долей миллиметра, координаты для телепортационного устройства. Вернее, нет… Не координаты в чистом виде, но теперь я явственно «видел», где находится Первый, и понимал, куда именно ориентировать луч асгардов. Что же… 
Отдаю короткую команду, отправляя линкор «припарковаться» на орбите планеты, одновременно скрывая его маскировочным устройством. На столь крупный объект технология рассчитана не была от слова «совсем», всё же не являясь вундерваффе ноксов из родной вселенной моего тела, способной прятать целые города, похоже, не просто делая их невидимыми, а вовсе смещая в иную фазу существования, но даже в доступном репликаторам исполнении маскировки было вполне достаточно, чтобы скрыть присутствие корабля в системе от визуального наблюдения. За’ха’дум и так был весьма мрачной и тёмной планетой, особенно учитывая тусклость и удалённость его звезды, поэтому дополнительная и странная тень на его фоне внимание привлекать не будет. А от технических способов сканирования репликаторы и так были прекрасно защищены.
Яркая вспышка луча переноса унесла меня и Ррау вниз, под поверхность планеты. Мысль о том, что это могла быть ловушка, выглядела настолько абсурдной, что я даже не стал заострять на ней внимание — если бы Лориен хотел что-то со мной сделать, он нашёл бы более практичный и эффективный способ. В конце концов, я на 146% уверен, что столь древнее и могущественное существо способно на куда большее, чем те же тени или ворлонцы, а последний так-то нашёл «ключик» к условной неуязвимости репликаторов, пусть и временный.
Луч телепортировал нас в знакомую пещеру (или похожую, чёрт его знает, сколько тут таких переходов накопано за тысячи лет), в которой Первый будет проводить философски-воспитательную беседу с как раз летящим сюда капитаном Шериданом. Сам Лориен ждал меня, с невозмутимым выражением лица сидя на одном из каменных валунов — похоже, вопросы «комфорта» уже давно не интересовали это древнее существо, что, впрочем, было вполне логичным исходом событий, учитывая его реальную природу и тот факт, что своё «материальное обличие» он принимал только из соображений удобства и вежливости в общении с младшими видами.
— Итак… — неспешно начал Первый. — Я предполагал, после нашей первой встречи, что ты найдёшь меня здесь, рано или поздно…
— Я давно знал, что тени не просто так возвращаются на За’ха’дум, что бы ни происходило в их противостоянии с ворлонцами… — пожимаю плечами.
— Занятно… «Знал»? — Лориен задумчиво огладил бороду длинными тонкими пальцами. — Тогда я сказал, что знаю, что ты такое, но сейчас, обдумав это некоторое время, я уже не столь уверен в своих выводах. Но ты всё же уверенно заявляешь, что знал обо мне… Как это возможно? Ты точно не один из тех, чьё развитие я наблюдал в галактике за эти миллионы лет… 
— Я прибыл сюда… издалека, — улыбаюсь.
— Издалека… Интересно…
— И, пока мы не перешли к серьёзным разговорам… Я принёс небольшой подарок, — протягиваю руку, в которую Ррау с почтительным поклоном вкладывает небольшой бокс, до того закреплённый на его броне. — Я не был уверен, насчёт вашей природы, но у многих культур принято приносить в гости… торт.
Короткий жест, и бокс раскрывается, являя миру давно задуманный и лелеемый «подарок» — тортик квантовой запутанности. Энергия, застывшая в совершенно невозможной форме кондитерского изделия, при этом сохраняя как все свойства энергии, так и ключевые параметры, собственно, тортика. О да! Впервые за короткую встречу лицо Лориена отразило что-то, кроме любопытства и задумчивости! Первый выглядел по-настоящему удивлённым! Он поднялся с камня, на котором сидел, и плавно шагнул вперёд, наклонившись к раскрытому вместилищу подарка. Глаза древнего существа вспыхнули золотым светом — он явно пытался понять, что именно видит перед собой, и как это «что» было создано. 
— Восхитительно! — наконец произнёс Лориен. — Могу похвалить изобретательность, с которой это сделано — никогда прежде я не видел, чтобы алгоритмы опери… хм-м-м… чтобы техномагия использовалась для таких целей. Никто из достигших этого уровня развития не смотрел на новые возможности… так. 
— Вопрос фантазии, полагаю, — пожимаю плечами. 
— Тем интереснее слышать о фантазии от разумной машины… — пристально посмотрел мне в глаза Первый.
Интересно… Фраза Лориена про разумную машину… Не то чтобы я имел какие-то доводы против такого определения, особенно учитывая собственную природу и тот факт, что я до сих пор не имел ни малейшего представления, как вообще оказался в теле репликатора и кто такой этот самый «я», но… Беседа с местным «всеобщим дедушкой» уже выходила на диво интересной и перспективной, а ведь мы только начали обмениваться взаимными любезностями.
  
— Я не уверен, что… 
— О, разумеется, — покивал Лориен, — называть тебя машиной в том понимании, какое в это слово вкладывают младшие расы, было бы… пожалуй, это можно назвать оскорбительным, за что я прошу прощения. Но иногда стоит назвать вещи своими именами, чтобы быть правильно понятым, хотя, разумеется, ты куда больше, чем просто машина, пусть даже очень сложная и саморазвивающаяся. Никакая машина не смогла бы создать всё то, что создал ты. И всех тех… — Первый окинул внимательным взглядом Ррау, вызвав у фелинида невольное подёргивание уха.