Первый среди равных. Книга IX (СИ)

— Нет, ваша светлость, — покачал головой оборотень. — Человеческие законы и статусы не позволяют мне подобного. Но наш вид часто исходит из другой логики.
— Значит, Иван больше не придёт без предупреждения? — чтобы окончательно определиться с этим вопросом, спросил я.
— Ни он, ни его стая не пересекут границы второго круга обороны Тверской аномальной зоны до наступления следующего гона, — уверенно ответил Антип и я тут же вспомнил о том, что мы видели сородичей Антипа во время нашей совместной охоты. — Мы подтвердили этот договор на поле памяти.
  
— С ним всё в порядке? — вспомнив об истинной причине экстренного рывка слуги в аномалию, спросил я.
— Гон не затронул поле, — кивнул оборотень. — Вторжение тёмных монстров не коснулось священного места, и моя тревога была напрасной.
— Что ещё ты хочешь мне рассказать? — прямо спросил я, когда пауза начала затягиваться.
— Я считаю, что вам нужно искать сильных слуг, Ярослав Константинович, — глядя мне в глаз, произнёс оборотень. — Тех, кто будет верен вам до самого конца и не отступит перед смертельной угрозой.
— Твоих сородичей? — чуть улыбнулся я. — Насколько велика стая Ивана?
— Он собирал её последние десятилетия, — нехотя ответил Антип. — Я не раз замечал следы чужаков на своей территории.
— И тебе это не нравилось, — кивнул я.
— Но раньше я ничего не мог сделать, — невозмутимо произнёс слуга. — А теперь я готов собирать свою стаю.
— Кстати, хотел с тобой поговорить об этом, — ответил я. — Завтра к нам приедет Григорий Антонович. Он очень сильно упирался, когда я предложил ему встретиться в имении.
— Ничего удивительно, — едва заметно улыбнулся Антип. — Этот мальчишка всегда умел правильно оценивать свои силы. Однако, боюсь, что Григорий не сможет приехать, ваша светлость. У него просто не получится побороть свою суть.
— Это печально, — озадаченно произнёс я. — У меня было подготовлено предложение для Григория Антоновича.
— Если позволите, я займусь этим вопросом, Ярослав Константинович, — склонился передо мной слуга. — Уверен, я сумею договориться с Григорием на оптимальных для вас условиях.
— Тогда передай ему, чтобы приезжал завтра к обеду, — ответил я и направился к выходу из сокровищницы. Антип лёгким движением одной руки открыл толстенную дверь и пропустил меня вперёд. Как только мы вышли в коридор, у меня в кармане начал надрывно звонить телефон. Я настолько отвык от этого, что даже немного удивился. А потом достал мобильник и посмотрел на экран.
— Ну вот и первые результаты возвращения к привычной связи, и кто-то же придумал эти мобильники, — принимая звонок, недовольно проворчал я. — Разумовский слушает…
  
Глава 20
 
— Здравствуйте, ваша светлость. — услышал я знакомый голос. — Наконец-то смог до вас дозвониться. Я по поводу церемонии.
— Здравствуйте, Виктор Анатольевич, — ответил я. — Получилось договориться насчёт чаши?
— Получилось, — тут же ответил граф Кривошеев. — Вы знаете, удивительно просто всё вышло. И заявка моя прошла в течение суток всего, и согласовали всё в кратчайшие сроки. Явно судьба вам благоволит, Ярослав Константинович.
— Похоже на то, — хмыкнул я.
— Ещё хотел уточнить по поводу нашего контракта, ваша светлость, — немного торопливо продолжил ректор МАМИ. — Всё ли в силе?
— Разумеется, ваше сиятельство, — ответил я. — Скажите, а то вещество, которые вы сумели конденсировать, может служить источником энергии?
— Сложно сказать, — задумчиво отозвался граф. — Эссенцию Огня сложно стабилизировать и она сама по себе переходит в состояние свободной энергии. Но есть масса ограничений. Например, в крупных техно-магических приборах применить её не получится. Исходный аспект плохо влияет на сложные соединения и разрушает их при длительном контакте. Защита от огня выйдет значительно дороже, чем эффективное энергоснабжение. Хотя батарея размером со стандартный накопитель может выдать в пять раз больше энергии.
— Понятно, — задумчиво ответил я.
— Если у вас есть решение, то я с удовольствием его выкуплю, — шутливо добавил Кривошеев. — За любую цену. А потом перепродам исследовательским институтам Императора за тройную стоимость.
— Всё ради академии? — улыбнулся я.
— Что вы, ваша светлость! — рассмеялся граф. — Ради такого дела я бы все активы своего рода распродал. Подобный шанс только раз в жизни выпадает.
— Что по поводу церемонии? — возвращая собеседника к изначальной теме нашего разговора, спросил я. — Дата уже назначена?
— Пока только дата доставки чаши в академию, — ответил Виктор Анатольевич. — Ещё сутки потребуются на подготовку. Предлагаю вам рассылать официальные приглашения и назначать конечную дату церемонии только после того, как мы всё подготовим. Так информацией о точном времени будет владеть минимальное количество человек.
— Спасибо за предложение, ваше сиятельство, — вздохнул я. Слышать подобное от человека, который сам непонятно от кого зависел, было странно. Но я понимал, что у графа могло и не быть выбора. Правда, для меня лично это не делало ситуацию более приятной. Однозначно становилось понятно, что на церемонии могут возникнуть проблемы. И мне стоило предпринять меры, чтобы избежать неприятных последствий. — Так и поступим.
— В понедельник привезут артефакт, Ярослав Константинович, — сообщил Кривошеев. — Если задержек не будет и ничего не сорвётся, то от этого дня ещё два нам потребуются на подготовку. В следующую среду можем назначить ближайшую дату.
— Тогда пусть будет среда, — невозмутимо согласился я. — На рассвете.
— Как скажете, ваша светлость, — немного растерялся от такого быстрого согласия с моей стороны ректор МАМИ. — Я буду держать вас в курсе. До свидания.
— Хорошего вечера, Виктор Анатольевич, — ответил я и прервал звонок. За время разговора я добрался до выхода из особняка, да так и остался стоять на пороге. Каких-то дел на территории имения у меня не было, за день я уже успел нагуляться и порядком устать. Время подходило к шести часам и желудок напомнил о том, что совсем забыл, когда в нём вообще хоть что-то было, кроме чая.
И мои сомнения не остались незамеченными. Бдительная Евгения сообщила о том, что еда почти готова и она уже накрывает на стол. Однако, семейный ужин не задался. Мы с Настей честно пришли за общий стол и даже поели, но пообщаться у нас не получилось. Непрерывно трезвонили телефоны и на моё предложение отключить связь княжна тут же угрожающе нацелилась в меня вилкой.
— Большинство этих звонков предназначаются вам, Ярослав Константинович, — грозно произнесла сестра. — Будьте любезны избавить хрупкую девушку от столь тяжёлого бремени представления интересов главы рода Разумовских перед всем миром.
В итоге, мы бесконечно отвечали на звонки и примерно через час мне уже хотелось просто разбить этот проклятый аппарат о стену. Графы, бароны, представители администрации Твери, какие-то наёмники и военные. Журналисты и хозяева заводов, служащие и полицейские — у меня сложилось стойкое впечатление, что мой номер знала в Твери каждая собака. И вообще у каждого человека на расстоянии трёх сотен километров от моего имения ко мне было личное и очень срочное дело.
Это дико раздражало. В бесконечном потоке лживых восторгов по поводу моего спасения и неискренних соболезнований, мелькали предложения о покупке или продаже самых странных вещей. Каких-то непроверенных рецептов и мутных банковских схем. Мне предлагали стать лицом сети салонов премиальных автомобилей и соучредителем десятка непонятных фирм.
— Я больше не могу! — убирая трубку в сторону, выдохнул я. — Это невыносимо!
— Ты почти неделю не выходил на связь, — хладнокровно пожала плечами Настя. — Чего ты ожидал? И это ещё информации о том, что ты снова в сети появился, только до самых внимательных пока дошла. Завтра настоящая лавина обрушится.
Я неприязненно посмотрел на почти севший телефон и для себя сделал вывод, что даже если у Антипа ничего не получится, я всё равно заставлю Бетюжина стать моим секретарём. Если он будет брать по две-три тысячи за каждый вопрос, то желающих со мной поговорить однозначно станет в десятки раз меньше. И бюджет рода неплохо пополним заодно.