Мажор в деревне (СИ)

— Вот, решила сделать вам сюрприз, — донесся со двора голос Марины…
— Сюрприз удался! — рыкнул Матвей. Будь я на месте Марины, уже бы бежала к машине и заводила двигатель. — Объяснишь, какого… дохлого пса тебя в станицу на ночь глядя принесло? — продолжал возмущаться брат. — Если не ошибаюсь, тебе завтра на работу?
— Ошибаешься, завтра возьму отгулы, а будешь на меня волком смотреть, то и отпуск на месяц. Что ты на меня взъелся? — в голосе сестры слышалась обида.
Я тоже не была рада приезду Марины, что кривить душой. И если Матвей не хотел проблем с сестрой, то я ревновала. Даже появилось желание написать Робнеру и сказать, чтобы сидел дома. И откуда такая неуверенность в себе? В деревне полно красавиц, а он на меня внимание обратил. Хотя это еще неизвестно. Мне кажется, его привлекает наше противостояние. Как только ему станет скучно, где гарантия, что он не полезет в чужие окна?
Но Марина – отдельная тема. Сестре доставляло удовольствие переключать на себя внимание моих воздыхателей или парней, которые нравились мне. Помню, в одиннадцатом классе за мной стал ухаживать Димка Найонов из параллельного. Звезда школы и просто красавчик. Мне льстило его внимание, хотя дальше поцелуев в щечку при встрече и прощании мы так и не зашли. Маринка как-то встретила нас во дворе, я познакомила парня с сестрой, а через три дня он уже водил ее на свидания. А через неделю она мне сообщила, что в постели Димка так себе, поэтому он сестре неинтересен. Подтекстом шло «хочешь – забирай себе, но уже после того, как я его выбросила». Парень потом пытался вернуться к нашему общению, но и мне Димка был уже неинтересен. Маринка словно на нем клеймо выжгла «был в употреблении родной сестрой».  Спасибо, даром не надо.
Был еще однокурсник Кирилл. Парень мне нравился, но и только. Мы не встречались, хотя неплохо общались. На втором курсе я пригласила несколько ребят на свой день рождения, который отмечала в ресторане.  Не знаю, как Марина догадалась, что он мне нравится, но этот вечер она посвятила соблазнению Кирилла. Уехали они вместе. Обидно, но парень в нее реально влюбился. Просто он не знал, что Марине бедные студенты неинтересны. Поиграла и выплюнула, а он потом до пятого курса ходил ныл, что она ему сердце разбила. Единственный, кто на нее не повелся – Дагаров. Но там все просто. Он только девственницами интересовался, а этого добра Марина давно лишилась, поэтому шансов у нее было немного. Хотя кто их знает? Может, и было что. Хотя мне до их возможных отношений дела нет. 
Парень, который меня интересует, должен скоро появиться. Теперь сиди и нервничай, поведется на нее Робнер или нет. Согласна я с бабушкой и родителями. Замуж ее надо отдать за мужика, который будет держать взбалмошную жену в ежовых рукавицах.
— Привет, — вошла сестра в дом.
— Да виделись вроде.
— Ты мне тоже не рада? — обиженно уставилась на меня.
— Марин, не говори глупости. Просто твой приезд стал для нас неожиданностью.
— Приятной которую не назовешь, — закончила она иронично. — Спелись против меня.
— Никто против тебя не спелся, — рявкнул Матвей, возвращаясь в дом. — Просто каждый твой приезд доставляет мне овер дофига головной боли.
— А ты попробуй для разнообразия не лезть со своими нравоучениями, и голова болеть не будет. Хватит того, что ты Ленке жить не даешь. Каждый шаг контролируешь, — бросила Маринка и пошла на кухню.
Губы Матвея после ее слов  вытянулись в тонкую линию. Смотрит на меня, будто ждет, что я подтвержу  слова сестры. А я-то знаю, что он обо мне заботится, беспокоится. Брат мне порой был вместо отца и мамы. Да, оберегает. Но никогда не обидел.
— Не слушай ее. Она ревнует и злится, — тихо шепнула, подошла и обняла. Матвей расслабился.
— Блин, как вкусно пахнет. Ленка, ты расстаралась. Я все хочу. Давайте есть, — голос сестры доносился из кухни.
Говорить о том, что мы ждем гостя, не пришлось. В это время к воротам подъехала еще одна машина, и это точно был Робнер. Матвей что-то пробурчал под нос, я не разобрала.
 
— Идем, встретим, — потащил брат за собой.
Несколько секунд «мужских» гляделок, где победитель не был определен. Я не дышала. Потом Матвей протянул руку Вадиму, а тот ее пожал. В мои легкие поступил кислород.
— Это тебе, — Робнер протянул темный плотный пакет брату. Дзи-ни-нь… По характерному звуку несложно догадаться, что там бутылки с алкоголем. Светлый подарочный пакет молча протягивает мне.
— Спасибо, — заглядываю, потому что очень любопытно.
Конфеты. Килограмм  пять. Всяких-разных, дорогих.  Он их точно не в станице брал. Из города привез. Почему-то хочется верить, что покупал для меня. Вот как можно не улыбаться, глядя на него? Что-то такое теплое в душе расцветает.
— Идемте в дом, — командует брат. Маринка стоит на крыльце и смотрит на гостя, а в следующий миг срывается и бежит к нему.
— Робнер… Вадим… Ты откуда здесь? — она обнимает его, а я чувствую, как земля уходит из-под ног.
  
Глава 14
 
Вадим
Разговаривать с Матвеем нет никакого желания. Да и что он скажет нового? Не лезь к сестре? Проходили. Чхал я на его мнение. Мне с этой девочкой хорошо, Лене со мной тоже, хоть она и не признается, а значит, ее братцу придется с этим смириться. Мент должен уже был понять, что я не отступлю. Даже интересно, что он скажет. Мог ведь подъехать, перетереть и не вмешивать сестру. Наверняка ведь Лена нервничает.
Эта девочка мне нравится, и тут без вариантов – мы встречаемся. Морально я готов пройти через дебри конфетно-букетного периода. Проблема лишь с моей природой, которая может оказаться  настырнее доводов разума. Так вот эта самая природа настойчиво требует уложить воробушка в свою постель и долго оттуда не выпускать.  Впервые я думаю о девушке дольше, чем какие-то пару часов. Как правило, это максимальное время, чтобы уболтать бабу переспать или сделать мне приятно. С воробушком как-то странно все, приятно хочется в первую очередь сделать ей. И вот я смотрю на часы, чтобы не опоздать.
Возле дома незнакомая тачка. Я напрягаюсь. Кто-то еще собирается присутствовать на семейном совете, или это еще один претендент в ухажеры? Второй вариант мне очень не нравится. Настолько сильно не нравится, что настроение переходит в режим – быть морду, убивать. Пусть это лучше будет ее отец, мать, куча дядек, чем какой-то хлыщ с серьезными намерениями.
Решительно направляюсь во двор. Встречать выходят Матвей и воробушек. Этот, как всегда, смотрит подозрительно, всем своим видом демонстрирует недовольство. Начхать. Я тут только ради девочки, которая хоть и прячет улыбку, а глаза сияют. Стараюсь не пялиться на нее, но замечаю и легкий румянец, припухшие губы, которые она наверняка недавно прикусывала. Я бы тоже прикусил. Долго, нежно. А потом заласкал языком…
Торможу мысленно себя, потому что не время, потому что этот здоровый олень заметит, как я пялюсь на воробушка. Передаю конфеты воробушку, легкий ветерок доносит до меня любимый аромат свежих персиков...
Мысленный стон и ругательство, что не могу ее поцеловать. Я отмечаю, что она напряжена, хотя могу поспорить с кем угодно, что рада меня видеть. Этот лось ее обидел, или действительно еще один хахаль нарисовался?
— Идемте в дом, — Матвей кивает в сторону дома, в пакете звенят бутылки. Хорошо, что вчера в городе купил нормального бухла, с местным пойлом в гости не пойдешь.
— Робнер?.. Вадим?.. Ты откуда здесь? — женский радостный крик.
В первые секунды я даже не понял, что за ураган несся с визгом в мою сторону, а потом повис на шее. Разглядел. Мысленно застонал и выдал весь свой «литературный» запас слов. Какого лешего она здесь делает? Кто она… воробушку? Хреново, если родственница или подруга. Лучше бы тут был ухажер, того можно было сломать и запретить близко подходить к Лене.
Маринка стерва и молчать о том, что мы творили в студенческие годы, не станет. Почему-то даже не сомневался. А расстроенный взгляд воробушка ножом проткнул мне сердце и прокрутился там несколько раз.