Иголки да булавки (СИ)

«Неужели я, наконец, заслужила доверие Изольды Борисовны?» — довольно подумала Марина.
Не скрывая доли торжества в голосе, Марина позвонила менеджеру по оптимизации:
— Платон Андреевич, звонила Изольда Борисовна. Проверка перенесена на следующий вторник.
— Почему?
— Она сказала, что планы поменялись. Больше ничего.
— А почему она позвонила вам, а не мне? — задал Платон резонный вопрос.
  
— Не так давно я спрашивала у вас о том же. Может быть, вы знаете ответ?
— Я спрошу у Изольды Борисовны, — сухо ответил менеджер по оптимизации, так и не попав в расставленную ловушку. — А если проверка отменилась, прошу вас явиться на утреннее совещание. Подведем итоги, обсудим необходимые меры.
В директорском кабинете, сидя друг против друга, соруководители поделились результатами беглых осмотров, высказали свои замечания, обсудили, что и как стоит исправить. В конце долгого, но продуктивного разговора Платон сказал:
— У вас появилась прекрасная возможность показать, чего стоит ваш отдел. Подготовьте к следующему вторнику хотя бы одну надувную машину. Справитесь? Такая демонстрация поднимет ваши шансы сохранить весь конструкторский коллектив целиком. Если, конечно, задача окажется вам по плечу.
«Он намеренно затеял эту чехарду с проверкой или настолько виртуозно пользуется ситуацией?» — раздраженно думала Марина, сверля менеджера по оптимизации пристальным взглядом, но соперник, как обычно, смотрел только в бумаги.
— Мы справимся, — уверенно произнесла Марина. — Машина будет сшита ко вторнику. Но ведь ее еще надо надуть и так далее.
— Эту часть я возьму на себя, — заверил менеджер по оптимизации.
Платон позвонил всем руководителям подразделений и сообщил о переносе проверки.
— Вот и хорошо, — выдохнула Корчук, положив телефонную трубку. — А подняли панику: «Мы не готовы!» У нас в бухгалтерии все в порядке. Так ведь? — обратилась она к своей единственной сотруднице, та машинально кивнула, но продолжила что-то увлеченно рассматривать в телефоне. — То, что проверка сегодня не приедет, не значит, что и работать не надо, — повысила голос Корчук. — Оставь телефон в покое и займись отчетами, до вторника не так уж далеко, а посмотреть на цифры захотят все.
— Да-да, я сейчас, — пробормотала младший бухгалтер, так и не отрываясь от экрана телефона.
— И что там такого интересного? — разозлилась Корчук.
— Понимаете… Городской доброхот выложил новое видео. Заснял в нашем парке каких-то чудиков в палатке. Тут уже кучу комментариев написали, что это безобразие, что парк нельзя превращать в кемпинг, что неизвестно, чем в этой палатке занимаются, а там дети гуляют.
— И собаки, — фыркнула Корчук. — А что в этом интересного? Мало ли чудаков? Конечно, нормальные люди поедут на природу за город, отдыхать в специально оборудованных местах. В парках только какие-нибудь бомжи могут устроиться. И вообще, с палаткой уже холодно. Однако я все равно не понимаю, что тебя так уж заинтересовало.
— Ткань, — призналась ее сотрудница.
— Какая ткань?
— Из которой палатка сшита. У самой палатки форма довольно странная, нестандартная, самопальная какая-то, а ткань серая, похожа на ту, из-за которой у нас недавно такая шумиха поднялась, по поводу рисунка с подошвами. Помните?
— И что? Мы же ее вернули.
— Один начатый рулон пришлось списать, — заметила младший бухгалтер.
— Все равно не понимаю. Ткань просто похожа. Мы подкладочную списывали, из такой палатки не делают.
— Не делают, — согласилась сотрудница, — но и палатка нестандартная.
— Займись лучше работой, — отрезала Корчук.
***
Относительно пошива автомобиля Марина была абсолютно спокойна. Работу поручили опытным швеям, предоставили им новые машинки, которые показали, что уверенно справляются со сложным материалом. Никаких проблем не должно было возникнуть.
— Марина Всеволодовна, подойдите, пожалуйста, к нам, — попросила по телефону Тюрина, голос ее дрожал от напряжения.
Марина отправилась в швейный цех, надеясь быстро разобраться в возникших там трудностях и вернуться к доработке двух оставшихся машин.
В производственном помещении царило нездоровое напряжение и необычное затишье. Оказалось, что все машинки стоят, а персонал покинул рабочие места и столпился вокруг мастера.
— Что происходит? — удивилась Марина.
— С вами хотели поговорить, — указала на группу швей Тюрина.
— Мы не хотим больше шить на старье! — заявила самая бойкая из них. — Пусть нам вернут наши машинки!
Осмотрев взбудораженную группу женщин, Марина поняла, что состоит она только из тех, кого приняли недавно.
— Вам же объяснили, что это временно? Новые машинки нужны для выполнения срочного заказа. Потом вам их вернут.
— А мы не хотим потом! Нам нужно сейчас! — заявила самая активная из недовольных, и ее поддержали остальные. — Зарплату нам за ту работу, что сейчас, заплатят! А мы на старье гораздо меньше успеваем деталей отшить!
— Наши машинки не старье! — возмутился противоположный лагерь из опытных работниц. — А успеваете вы меньше, потому что скорости и навыков не хватает! Разбаловались на новинках, которые сами за вас строчку держат! Попробуйте теперь свои силы!
— А мы с вами не разговариваем! Мы с руководством обсуждаем! Марина Всеволодовна, мы требуем, чтобы нам вернули машинки! Или чтобы подняли расценки за работу!
— Смотрите, чего захотели! Сколько успеете сшить, то и ваше будет! Поторопитесь! Меньше на перекуры бегать будете!
— Причем тут перекуры? Сами вечно за чаем болтаете вместо работы!
— Мы все успеваем, а вы нет!
— Прошу всех успокоиться! — повысила голос Марина. — Из данной ситуации можно найти выход, который устроит всех.
— Какой?! — полетело с разных сторон.
— Тем, кто пока шьет не на своих машинках, можно выдать в работу более сложные операции, у которых расценки за единицу выше, — предложила Марина и выразительно посмотрела на мастера цеха.
— Нельзя им более сложные давать! — возмутился лагерь опытных работниц. — Они и простые кое-как делают! А что с криво сшитыми сложными делать будем? В брак списывать?
— Вранье! Мы нормально шьем! Верните наши машинки! Будем быстрее шить! Как раньше!
— Нет, плохо шьете! После вас детали абы какие выходят!
— Крики и ссора — абсолютно не выход! — заявила Марина. — Пока заказ не выполнен, новые машинки будут у тех, кто его выполняет. Тем, у кого временно другие машинки, дадим работу сложнее, но пустим по сделке только после проверки качества.
— Нас так не провести! — забушевал новый персонал. — Нам ждать некогда! Нам надо сейчас на жизнь зарабатывать! А если вы эту проблему решить не можете, мы к другому пойдем! К Платону Андреевичу!
С обиженными лицами группа швей покинула цех.
— Кого вы набрали?! — в сердцах выдала Тюрина. — Неумехи и скандалистки! Вот им бы я самые старые из машинок отдала!
— Интересно, что скажет менеджер по оптимизации, — проговорила Марина, — свое мнение я высказала.
Делегация недовольных явилась в приемную и очень озадачила своим видом секретаря.
— Мы к Платону Андреевичу! — заявили швеи едва ли не хором.
— Ждите, я узнаю, — пробормотала Людмила и шмыгнула в кабинет менеджера по оптимизации. — К вам там чуть ли не весь швейный цех! — сообщила она.
Платон раздраженно вздохнул, представив, что придется отрываться от работы ради какой-то ерунды.
— Пусть зайдут.
Делегация сразу с порога объявила, с чем пришла, очень эмоционально и на разные голоса высказала свои претензии и недовольство.
— Давайте коротко и по существу, — прервал швей менеджер по оптимизации, рассчитывая быстро отделаться от посетительниц.
  
Но жалобщицы еще долго блуждали по полям обид и буеракам недовольств, пока не выбрались к прямой и понятной фразе:
— Мы требуем, чтобы нам вернули новые машинки или подняли расценки на пошив по сделке!
— Требуете, — повторил Платон, словно пробуя слово на вкус. — А если мы не выполняем ваши требования, тогда что? — он испытующе посмотрел на делегацию, те стали быстро переглядываться и перешептываться, что ясно давало понять: о действиях на случай отказа они еще не думали.