Не откажусь, девочка (СИ)
Глава 6
Луна
Особняк Тигиевых находился под охраной, но после ночного приключения осталось чувство тревоги, я постоянно подходила к окну, выглядывала, будто Ахшар мог появиться у ворот.
Глава семейства отправил меня отдыхать. Выделили мне светлую уютную комнату с большой кроватью и отдельной уборной. Спать очень хотелось, но стоило начать дремать, я постоянно подрывалась. Если бы Арсен был рядом, мне кажется, я бы смогла спокойно уснуть. За короткий период времени он сумел сделать невозможное – я постоянно думала о нем, перестала бояться, а самое удивительное – позволяла к себе прикасаться и даже успокаивалась в его объятиях. А ведь еще совсем недавно я была уверена, что такого со мной никогда не произойдет – я не смогу доверять мужчине.
Встала с постели, на часах почти час дня. Со двора доносились чьи-то голоса, один из них точно был детским. Я подошла к окну, на лужайке бегал малыш, а недалеко в кресле сидела женщина и за ним наблюдала. Этого мальчугана я видела на свадьбе Егора и Рады. Сын Миши и Маши был сорвиголова. За ним нужен глаз да глаз. Я сразу вспомнила своего сына. У меня есть записи, где он так же веселится. В детстве у детей столько энергии, они носятся целый день, порой нам кажется, что совсем не устают.
Я улыбалась, наблюдая за мальчиком, но душа у меня нестерпимо болела. Как же хотелось оказаться рядом с Тимуром. Проводить с ним каждый день. Обсуждать, как прошел его день. Готовить то, что он любит, рассказывать на ночь сказки и играть с ним. Мой мальчик далеко…
Думая о сыне, я всегда вспоминала его отца. Вот и сейчас, стоило подумать о том, что Ахшар где-то рядом, у меня все внутри сжалось. Что же задумал этот человек?..
Оставаться в комнате не было смысла, я ведь не пленница. Нужно выйти поздороваться со всеми. Наверняка Маша дома, занимается младшим сыном. Прежде чем отправиться в душ, я позвонила Арсену. Телефон был выключен или находился вне зоны действия сети, об этом мне сообщил голос робота. Появилось легкое беспокойство, но я старалась ему не поддаваться. Вчера у нас тоже не было связи, когда пришлось съехать в лесную полосу.
Приняв душ, я вышла из спальни. Куда идти, не знала, но возмущенный детский голос подсказывал, куда двигаться. Так я оказалась на первом этаже.
— Я не хочу спать! Я что, маленький? Юра пусть спит, а я не буду, — яростно возмущался малыш, спрятавшись за спинку дивана.
— Артем, ты можешь не спать, но должен лечь в кровать и полежать спокойно полчаса, мы ведь договорились, — уговаривала Маша сына.
— В прошлый раз я уснул, — забавно было за ними наблюдать, они меня пока не увидели.
— Это значит, что твой организм устал и принял такое решение. Ты ведь себя хорошо чувствовал после короткого сна?
— Я бы лучше поиграл во что-нибудь, — продолжал малыш упрямиться.
— Подожди, Артем, я правильно поняла, ты собираешься нарушить наш договор? — в вопросе явно был подвох.
— Ничего я не собираюсь нарушать, — сдался малыш. — Но только полчаса… А это кто? — наконец-то меня заметили…
***** *****
День в семьи Тигиевых пролетел незаметно. Я с радостью помогала Маше с малышом. Этой радости меня когда-то лишили…
Арсен сам позвонил, предупредил, что приедет. Его голос мне показался сухим, сдержанным. Я не стала спрашивать, что случилось, у меня появились подозрения, что он обо всем узнал. Осуждает? Наверняка любой бы человек осудил, не понял. Поэтому я и не делилась своими переживаниями ни с кем.
— Батя, ты сегодня рано, — удивился Миша, который и сам сорвался с работы на несколько часов раньше.
— Мне нужно с Луной поговорить, — строгим голосом произнес он, глядя на меня…
Луна
Одним своим взглядом Юрий Петрович нагнал на меня страху. Разволновалась, а ведь он еще ни о чем не спросил, но я чувствовала, разговор будет непростым.
— Идем в мой кабинет.
Я встретилась взглядом с Машей, она постаралась подбодрить меня улыбкой, но видно было, что сама разволновалась. Понять что-нибудь по выражению лица Миши было невозможно. Вдох, выдох. Иду за Тигиевым-старшим, а сердце тревожно бьется в груди.
— Закрывай дверь и присаживайся, — указывает он кивком на кресло.
В кабинете витал запах дорогих сигар, крепкого кофе и едва уловимый аромат хорошего коньяка. Мебель из красного дерева, кожаные кресла, стеллажи с книгами, стол завален бумагами.
Присела на самый край кресла, будто собиралась в любой момент сбежать.
— Мне тут ребята кое-что нашли, — открыл он папку, которая лежала перед ним. — Это обычная практика – собирать информацию. Я так понимаю, что свое прошлое от Арсена ты скрывала? — он говорил строгим, но спокойным голосом.
— Все, что я считала нужным, я ему рассказала, — негромко произнесла.
Меня этот высокий властный мужчина пугал, особенно когда смотрел на меня. Такое ощущение, будто пытается проникнуть в душу. Юрий Петрович выдержал паузу, вновь заговорил:
— Недомолвки – все равно что ложь. В отношениях нужно быть предельно честными, — вроде ничего не поменялось в голосе, но мне показалось, там появились нотки порицания.
— Между нами нет никаких отношений, — попыталась прояснить ситуацию, мне не нравилось, что меня обвиняют. Арсен ему просто не рассказал о том, что мы лишь работаем и живем вместе, как добрые соседи.
— Ты пытаешься меня убедить в том, что Кимаев бросается на помощь каждой попавшей в беду женщине и просто так рискует жизнью? — вновь его тон и слова задевают. Получается, что я просто использую Арсена, а это не так.
— Мы… — слова застревают в горле.
Я не знаю, как обозначить наши отношения. Друзьями не назовешь, влюбленными – тем более, а слова, что мы коллеги или товарищи, прозвучат как минимум глупо. Тигиев вновь спросит меня: «Всем ли товарищам Арсен кидается на помощь?».
— Я не знаю, как вам ответить на этот вопрос, — лучше быть честной.
— Все ты прекрасно знаешь и понимаешь, — строго. — Арсен влюблен в тебя. Готов голову на плаху положить. Ты обязана быть с ним честной.
Я не могла не согласиться с Юрием Петровичем. Он был прав. Как бы я ни оправдывала свои мысли и поступки, но о чувствах Арсена знала. Мои сомнения и страхи не нашли подтверждения, он ни разу меня не обидел. Я обязана была ему все рассказать. Там, в лесной полосе, когда за нами гнались люди моего мужа, была прекрасная возможность открыться.
— Я правильно понимаю, что ребенок остался с отцом? — Тигиев так резко поменял направление разговора, что я растерялась. Лишь кивнула на его вопрос. — Забрали сразу после родов?
— Да, — едва слышно.
— Я так и думал. Тяжело пришлось? — с пониманием в голосе. Не смогла ответить вслух, ком подкатил к горлу. Кивнула. — Сейчас мы хотим узнать, почему Сулейманов захотел так отчаянно тебя вернуть в короткие сроки. Наследство, которое оставила тебе мама, ты давно потратила. Богатых родственников, которые могли бы оставить тебе состояние, мы у тебя не нашли, поэтому эта версия отметается. Есть еще одна, она связана с твоим ребенком, сейчас она проверяется. Отправили запрос коллегам, ждем информацию.
— Что-то могло случиться с Тимуром?..
******** ********
Луна
Страх. Меня накрыло. Я ведь даже не допускала мысли, что с моим сыном может случиться беда. Раньше мне казалось, что все плохо, а сейчас я понимаю, что все может оказаться намного хуже.
— Это всего лишь версия, Луна, — спокойным голосом произнес генпрокурор, наверняка заметив мое состояние.
Кивнула машинально, но его слова меня не успокоили. Почему они подумали о Тимуре, а я нет? Я думала только о себе! Себя хотела спасти. Ведь в первую очередь я должна думать о сыне. Я плохая… ужасная мать. Сердце тревожно билось в груди. Теперь я просто не видела других версий, почему еще меня могли так срочно начать искать. Конечно, это связано с Тимуром... Тогда почему мне не позвонила Фатима? Она должна была предупредить. Я совсем растерялась и запуталась.