Вперед в прошлое 14 (СИ)

Поскольку Вероника не расставалась с этой черной сумкой, я подозревал, что она там, рыба моей мечты.
Без десяти двенадцать в магазин ввалилась телевизионная процессия: знакомая блондинка с кошачьими глазами, Ольга, и огромная камера на треноге, за которой скрывался оператор. Вероника побледнела, закатила глаза и поправила чепчик. Лика быстро натянула фартук, шапочку и вытянулась по стойке смирно.
  
Ольга подбежала ко мне и сказала:
— Мы сперва тут поснимаем, вы не против?
— Снимайте, — кивнул я. — Вопросы лучше после розыгрыша задать. Самое интересное будет на улице.
— Запись будет монтироваться. — Она махнула оператору, он навел на нее камеру.
— Здравствуйте, с вами Ольга Ольховская и рубрика «Южный порт». Буквально неделю назад в нашем городе открылась кондитерская «Монблан». — Оператор переместился к витрине, провел камерой вдоль пирожных. — Еще позавчера это был столик с выносной торговлей, и вот уже — современное кафе!
Оператор снял посетителей, которые замерли на местах, а маленький мальчик помахал ему рукой.
— Открытие было вчера. И уже сегодня в честь этого сотрудники кафе устраивают горожанам праздник! Каждый покупатель будет участвовать в розыгрыше! И вот он, суперприз! — Ольга подошла к Веронике, видимо, чтобы расспросить про торт.
Я отвлекся на дрэка, который чуть не сбил оператора, вломившись в павильон с тремя недостающими барными табуретками.
— Слышал, у вас розыгрыш? — гаркнул он и перешел на шепот, увидев, что идет съемка. — Я бы тоже поучаствовал.
Лика собралась дать ему номерок просто так, но он честно оплатил «картошку» и чай и только тогда взял номерок.
В окошко было видно, что вокруг павильона роятся люди, в основном молодые нарядные женщины с детьми и девушки. А вон в сторонке Бигос и его неандерталец Гоша. Среди толпы мелькнула Желткова.
Выйдя на улицу, я увидел скучковавшихся наших, все они вчера полакомились в нашем кафе и получили номерки. Баранова привела Попову и стояла особняком. Заметив меня, Янка и Ната помахала рукой.
И Каюк тут был, и бабушка, которая вчера ничего не купила, но шоу посмотреть пришла. Анна Лялина с коляской стояла вдалеке, не лезла в гущу событий. Мановар и Памфилов подбежали ко мне, помогли оттащить столик к стене, я остался там, а они вернулись к нашим.
Вдалеке появились менты, трое. Я напрягся — а ну сейчас как насядут, как начнут взятку вымогать и все испортят. Аж зло взяло, что люди, которые должны помогать гражданам своей страны, работают пугалом для детей и выполняют обратную функцию… Но нет, не ко мне пошли пэпээсники, а к Бигосу, окружили его, покивали, окинули толпу хищными взглядами и удалились. Ну слава богу! Думал, Бигос ввел в заблуждение, что договорится с ними, но нет, слово сдержал.
На часах было без трех минут двенадцать. Ну, с Богом! Я потянулся к рупору и с недовольством отметил, что рука подрагивает от волнения.
— Друзья, — проговорил я, поднося рупор ко рту и привлекая к себе внимание. — Дамы и господа!
Толпа колыхнулась и подалась вперед — сотни лиц знакомых и незнакомых, взволнованных и заинтересованных. На розыгрыш пришли, как на праздник — наряженные, семьями. Илья с Яном просочились в первый ряд. За ними виднелись Димоны, Памфилов, Кабанов, Мановар, Гаечка и Алиса. Невысокого Рамиля скрыла широкая спина толстой тетки. Рядом с ними устроились телевизионщики, и от направленного на меня объектива стало не по себе.
Давай, Пашка, толкай речь! Если не ты, то кто?
— Рады приветствовать вас на розыгрыше в честь открытия кафе… кондитерской «Монблан». Вчера мы работали первый день. Каждый наш покупатель получил вот такой билет. — Я показал номерок. — Каждого мы записали в журнал, чтобы избежать фальсификации.
Учитывая, что будет много опоздавших и, соответственно, недовольных, я нарочно тянул время, делал театральные паузы и лил воду.
— Прежде, чем состоится розыгрыш, хочу поделиться информацией, что работаем мы с одиннадцати до восьми без выходных. Наша продукция изготовлена только из высококачественного сырья, домашних молока, творога, яиц. Используется натуральное масло, а не маргариновый спред, и наши пирожные можно даже самым маленьким. Ну а разыгрываться сегодня будут пирожные, два земляничных штруделя и огромный торт!
Видя, что интерес на лицах сменяется недовольством, я зашел с козырей:
— Розыгрыш, о котором вы все знаете — это не все. Для каждого нашего покупателя, который сделает покупки сегодня до пятнадцати ноль-ноль тоже предусмотрен розыгрыш. А разыгрывается… — Сказать «рыба-колбаса» на камеру было стыдно, и я брякнул первое, что пришло на ум: — Суперприз. И обязательно будет сладкий сюрприз каждому покупателю!
Последнее людям понравилось, донеслись вялые овации.
— Розыгрыш давай! — хрипло крикнула женщина с задних рядов.
Я покосился на лежащие на столике электронные часы: 12.10. Пора.
— Хорошо, будет вам розыгрыш. Его проведет хозяйка кондитерской Вероника и вынесет призы.
Сейчас она должна вынести ведерко со скрученными билетами и поднос с пирожными для розыгрыша… Торт Боря притащит ближе к концу. Должна, ага. Вон она на пороге магазина, а перед ней — стена из спин алчущих, и никак ей ко мне не прорваться.
— Пропустите Веронику! — проговорил я, но никто даже с места не сдвинулся.
Никто, кроме моих друзей. Парни и Гаечка протолкнулись к павильону и взялись за руки, встав напротив друг друга. Таким образом получился коридор, по которому прошла Вероника, поставила поднос с пирожными на столик, затравленно оглядела толпу. «Господи, во что я ввязалась!» — читалось на ее лице.
— Билеты буду тянуть не я, — сказала она, смущаясь. — Мне нужен кто-то из вас…
Толпа загалдела, вверх взметнулись руки, и Вероника совсем растерялась, не понимая, как и кого выбрать. Я приметил мальчика-именинника, который сидел на спине отца и возвышался над всеми, и указал на него:
— Ты будешь нам помогать!
Паренек от счастья чуть с отца не свалился. Когда тот поставил его на землю, ломанулся к нам и, радостно скалясь в камеру, встал между мной и Вероникой, ожидая распоряжений.
— Что будет происходить? — начал объяснять правила я. — Вероника говорит, какое пирожное разыгрывается, мальчик… как тебя зовут?
Я поднес рупор к лицу маленького помощника.
— Саша, — пятясь, сказал он.
— Саша, ты опускаешь руку в это ведерко и достаешь свернутый билет. Понял? Один билет, не два.
Паренек кивнул, я продолжил:
— Саша разворачивает билет. У кого окажется такая же цифра, как на развернутом билете, тот подходит и забирает приз. Мы сверяемся с записью в журнале, так что у случайных людей проскочить не получится. Все понятно?
— Ясно же — подставные! — прокаркала какая-то женщина с галерки, за спинами собравшихся я ее не видел. — Все самое лучшее разберут свои!
Так всегда: что бы ни делал, как бы ни старался, обязательно найдется человек, который сунет свое сверхценное мнение в не предназначенную для этого щель, обгадит и заплюет даже самое светлое начинание просто потому, что суть у него такая. Ну да хрен с ними, завистниками и злопыхателями. Собака лает — караван идет.
Между тем, толпа все прибывала, вокруг павильона образовался настоящий митинг, подтягивались и участники, которые пришли на розыгрыш как на праздник, надев лучшие вещи, и зеваки, что руководствовались принципом: если собирается толпа, значит, что-то интересное дают или показывают.
Самое забавное, и я нервничал и предвкушал, как обычный участник розыгрыша, а не его организатор. Меня глодало любопытство и скоро обглодает до косточек: кому сегодня повезет? Хочется, чтобы это были хорошие люди, те, кому больше всего надо подсластить свою жизнь.
    
Глава 3
 
Раздача слонов
 
Поначалу я удивлялся праздничному настрою горожан, но теперь понял! Март на юге — самый тяжелый месяц, когда заканчиваются силы ждать тепло, а его все нет. Погода стоит обычно слякотная, только один праздник, и тот половинчатый — восьмое марта. Люди бедные, голодные, злые, мучимые авитаминозом и весенними обострениями хронических болячек. И вдруг — розыгрыш! По сути, халява! Подарки! В наше-то время, это ж просто праздник какой-то! Так и есть, мы устроили людям праздник.