Падший 2 (СИ)
— Закрой, говорю! — Рявкнул я на патологоанатома. — Чтоб внезапно не вошла майор Машурина.
Такой тон он сразу понял. А если даже и не понял, перестал тупить, догадавшись, что мной точно руководит какая-то важная причина. Марков одним прыжком скаканул к двери, а затем тихонечко повернул замок.
Я прижал два пальца к виску, указательный и средний. Покалывание — это был знак, сигнал. И подавала его Марина Рыжкова, мой новоиспеченный голем.
Глава 16
Время от времени нужно сокращать поступки, которых от тебя не ждут: пусть враги помрут от удивления…
— Надо срочно уходить. У нас нарисовалось неотложное дело. — Сообщил я Маркову.
Затем резко поднялся со стула и направился к выходу.
— Погоди. Погоди, Забелин, блин!
Степан поймал меня за локоть, удерживая на месте.
Самое смешное, зная мое настоящее имя, он все равно продолжает называть Владыку Ада этой дурацкой человеческой фамилией.
С другой стороны, наверное, странно, если окружающие будут слышать «Эй, Люцифер!»… Хотя… Смертные иной раз и не так над своими детишками издеваются.
— Твоя майор нас просто кончит. — Заявил патологоанатом. — Отвечаю. Если мы сейчас смоемся, она нас снова разыщет и расчленит. Есть ощущение, дамочка имеет конкретные подозрения на наш счет. Мне кажется, она не сильно поверила в нашу версию относительно церкви и сейчас опять не верит.
— Круто. — Я легонько скинул конечность патологоанатома, чтоб невзначай ее не повредить. Пожалуй, Марков останется единственным смертным, который так вольготно хватает меня за руки. — Но мне пришёл сигнал о срочной встрече. Вернее… Черт… Это сложно объяснить, по дороге расскажу. Поехали, пока майор не вернулась.
Я щелкнул дверным замком, собираясь выйти в коридор, в этот момент дверь распахнулась, на пороге возникла блондинка. Мария Семёнова еще продолжала говорить по телефону, но судя по тому, что она заходила обратно в комнату, разговор двигался к своему логическому завершению.
— Очень интересные новости, Валера. Ты мне позвонил сказать, что вы, идиоты, ничего не знаете и изо всех сил трудитесь над тем, чтобы ничего не знать дальше. В этом смысл нашей беседы? И что там с Геной, не пойму? Ему руку повредили или мозг? Какой, на хер, больничный? — Резко вычитывала Мария Семеновна, так понимаю, старшему лейтенанту Лопатину.
К счастью, майор не заскочила в кабинет на скорости, иначе мы бы с ней столкнулись лбами. Она зашла не торопясь и данный факт избавил нас от неловкой ситуации. Однако, увидев меня, застывшего прямо перед дверью, и Маркова, который маячил за моей спиной, Мария Семеновна медлительность быстро утратила.
— Валера… Перезвоню… — Сказала она в, трубку изменившимся голосом, потом скинула вызов, убрала телефон в карман и не сулящим ничего хорошего тоном спросила, — Разве была команда уходить? Разве кого-то отпускали?
— Нет. Но мне надо. — Резко ответил я, глядя блондинке прямо в глаза.
Говорят, это помогает при общении с бешенными животными, которые утратили контроль. Или наоборот… Нельзя смотреть им в глаза… Не помню. Адские гончие не ровня обычным собакам, так что опыта общения с четвероногими друзьями смертных не имеем.
Судя по тому, как вспыхнуло злостью лицо Марии Семеновны, она на самом деле была на грани срыва. И это не очень хорошо. Почему? Да потому что чертово нутро Светлых — крайне нестабильная субстанция.
Сначала я почувствовал волну жара, плеснувшего в мою сторону. Когда в устах Люцифера звучит слово «жар», это совсем не то, к чему привыкли люди. Поверьте, я отлично разбираюсь в температурных режимах, чтоб понимать разницу между «ай, горячо!» и «уберите это от меня, черти драные!».
Блондинка буквально пылала обжигающим огнем на энергетическом уровне.
Я «запустил» свой демонский взгляд, чтоб оценить состояние ауры майора. Не просто так ведь на этой дамочке можно сейчас жарить стейки. Однако тут же машинально шагнул назад и невольно на секунду зажмурился.
Фиолетовая, насыщенная аура девушки в данный момент выглядела как решето, сквозь которое во все стороны бил жгучий свет.
— Да твою ж мать… — Высказался я вслух. — Только этого сейчас не хватало.
В общем-то, у нас вот-вот случится инициация нефилима. А это очень не вовремя.
Рассказываю, как обычно у детишек Светлых происходит этот процесс. Быстро. Очень быстро. Первое явление гладиуса — вот верный признак ангельского совершеннолетия.
И тут два момента важны.
Первый — чтоб я сдох! Не в буквальном, конечно, смысле и не потому что мне этого хочется. Просто если блондинка с минуты на минуту явит миру гладиус Светлых, это будет — вау, как круто, но вызовет кучу проблем.
И вообще, с какого перепуга она должна его являть? У нефилимов стандартной комплектации данная функция не заложена. Ею обладают только ангелы.
То есть Мария Семеновна — особая девочка. Так выходит. И речь идёт не о дедушке или прадедушке, а скорее всего о папе. Причем папа у нас — из числа Архангелов, особо приближенных к фигуре Большого Босса.
Второй момент — мне отчаянно сигнализировала Рыжкова. Голем передавала картинки, где она сейчас находится. Марина заметила человека. Этот человек по ее мнению вел слежку.
Рыжкова видела его вчера, но не обратила внимания. Вернее, обратила, конечно. Она показала мне воспоминания с изображением мужичка лет тридцати пяти. Мужичок выглядел несчастным и слегка потрепаным жизнью. Он все время воровато оглядывался по сторонам, будто ему есть что скрывать.
Просто вчера голем лишь отметила его присутствие как случайного прохожего. Сегодня этот человек снова крутился возле Рыжковой. А если говорить более точно, за ней. Пытался следить.
Марина вышла на пробежку, потому что настоящая Рыжкова последние несколько лет бегала по субботам, как умалишённая. В принципе, в другие дни она тоже бегала, но в субботу, в свой законный выходной, носиться кругами по парку, как взбесившаяся кошка, способны только умалишённые.
И вот мужичок, привлекший внимание голема, снова был рядом. Сначала он мелкими перебежками двигался за Рыжковой, пока она трусила в нужную ей сторону. Потом, когда Марина оказалась в парке, мужичок принялся скакать с лавочки на лавочку, стараясь держать мою подопечную в зоне видимости.
Голем, как послушное творение Владыки Ада, знает, что о любых странностях нужно сообщать. Именно такой приказ ей был оставлен. Вот и сообщила.
С бдительностью Рыжковой я был полностью согласен. Нужно смертного проверить на предмет его интереса к девушкам, занимающимся бегом. Если он маньяк, то и черт с ним. Мужика ждёт крайне неприятный сюрприз. Изнасиловать, ограбить или убить голема… Ну… Может, человеку жить надоело.
А вот если слежка устроена из-за серьёзного дела, например, по приказу Кукловода, тогда совсем другой разговор. Интересовались же его бритоголовые солдатики Сергеевой. Почему бы им не обратить внимание и на Рыжкову. Девушки были все-таки соседками.
И что в итоге? В итоге вместо того, чтоб торопиться к парку, координаты которого передала Рыжкова, я стою на пороге кабинета и смотрю на нефилима, который, оказывается, перенял у своего Светлого папы больше, чем положено. Что ж у этой девицы все через задницу?
— Мария Семеновна… — Заговорил я тихим, мягким голосом, который обычно используют в разговорах с детьми и нашкодившими котятами, — Вы зачем так нервничаете? Не надо нервничать. Успокойтесь. Давайте подышим. Вот так…
Я согнул руки в локтях, поднял их на уровень груди, повернув ладонями вниз, а потом наглядно показал, как надо дышать.
— Вдох… Выдох…Вдох… Выдох…
— Мне кажется, она тебя ненавидит. — Со знанием дела заявил Марков из-за моей спины. — А еще мне кажется, твои попытки успокоить товарища майора имеют обратный эффект… Интересно, если она тебя всё-таки ударит, это будет считаться нападением на сотрудника при исполнении?
— Я сказала, ждать меня в кабинете. Я не договорила. У меня вопросы! — Начала Мария Семеновна тихим, звенящим голосом.