Я не смогла, и ты не сможешь тоже (СИ)

-И папа, и мама. Им повезло – поженились в девятнадцать лет по великой любви, и потом всю жизнь вместе мотылялись по гарнизонам. Ну и я с ними.
Лара вдруг внимательно посмотрела на Ольгу, и ту неожиданно пробрала дрожь. Взгляд был очень острым, пронизывающим и понимающим.
-А какие у тебя проблемы с Питером? – Услышала она и не поверила своим ушам.
-Никаких… - Прошептала растерянно.
-Да ладно, - хмыкнула Лара. – Я же вижу. Стоит сказать «Питер» - и тебя передергивает. Вот и сейчас, видишь? Хочешь еще раз убедиться? Питер!
Ольга засмеялась. Ее и правду передергивало, но она не представляла, что это так заметно со стороны.
-У меня был роман, - неожиданно для самой себя сказала она. – Москва-Питер, все как полагается. И закончился он тоже как полагается.
-Она любила его, а он любил Родину? – Хохотнула Лара.
-Нет, - улыбнулась Ольга, внимательно глядя в ее глаза. – Я любила ее, а она любила свою постоянную девушку. Впрочем, может и не любила, но жила с ней и уходить не собиралась, хотя и лгала, что собирается.
Она ждала реакции, но реакции никакой не было. Лара только нос сморщила, потянулась к бутылке и добавила в оба стакана щедрую порцию виски.
-Детеныш, - сказала она ласково, и от этого «ныш» у Ольги похолодело в животе. – Ты слишком мало знаешь о любви, если думаешь, что это повод вздрагивать от слова Питер.
Дальше должна была последовать длинная лекция от умной опытной тетки тетке помладше, но почему-то не последовала. Лара еще раз наморщила нос и салютнула Ольге стаканом.
Ольга тоже сделала глоток и достала сигареты. Надо же… На какую-то секунду ей показалось… Впрочем, почему нет?
-Поехали ко мне? – Предложила она неожиданно хриплым голосом.
Лара моргнула и снова сморщила нос.
-Зачем? – Спросила, и ее голос впервые за весь вечер прозвучал серьезно, без издевки, без юмора, без насмешки.
Ольга вся подалась в ее сторону, даже пальто немного съехало с плеч.
-Выпьем, поболтаем, поужинаем, - перечислила она, по-прежнему глядя в Ларины глаза. Странно, но они уже не казались обычными. – Может быть, потрахаемся. Утром отвезу тебя к маман, или на вокзал – куда захочешь.
Лара долго молчала, обдумывая предложение. Ольга старательно следила за ее лицом, но по нему невозможно было ничего разобрать. Хочет? Не хочет?
-Нет, детеныш, - вердикт был вынесен, и Ольга вздохнула, осознав, что ее надежды не оправдались. – Я с тобой никуда не поеду.
Ольга ждала объяснений, но их не последовало. Лара только еще раз салютнула бокалом, одним глотком допила виски и встала на ноги.
-Пойду к пациентке, - сказала она весело. – Чует мое сердце, она там тоже бухает, а это значит что?
-Что? – Глупо повторила Ольга.
-Что ей может понадобиться помощь врача, конечно!
Она еще раз улыбнулась Ольге, содрала с плеч куртку, бросила ее на опустевший стул и ушла с балкона, ни разу не оглянувшись.
Ольга еще немного посидела, потом встала и погладила ладонями балконное ограждение.
-Тебя все ищут, - услышала она сзади, но оборачиваться не стала.
-Ну и черт с ними, - сказала тихо. – Переживут.
Игорь подошел и встал рядом. Он держал в руках тарелку с какими-то закусками и бокал коньяка. Из бокала он сделал глоток, а тарелку предложил Ольге.
-Съешь что-нибудь и иди к бабушке. Иначе получится, что наш поход сюда был бессмысленным.
Ольга вдруг повернулась к нему вполоборота и оттолкнула руку.
-А ты всегда делаешь только то, в чем есть смысл? – Спросила она со злостью.
Игорь поднял брови.
-Может быть, не во всем он должен быть, этот чертов смысл? – Еще раз спросила Ольга и вдруг, будто разом остыв, махнула рукой. – Впрочем, забудь. Неважно.
Они немного постояли молча.
-Давай поговорим о работе, - предложил Игорь. – Как продвигаются дела?
-Никак.
Ольга стояла, уставившись на тротуар, по которому то и дело спешили домой обычные – не элитные – прохожие со своими обычными – не элитными – сумками и обычными же – не элитными – проблемами. Вот этот мужик, например. Тащит два пакета из супермаркета – наверное, у него есть семья, и они ждут, когда придет папа и принесет что-нибудь вкусное. И ужин уже готов, и телевизор орет на всю квартиру, а дети дерутся из-за компьютера…
  
-Ольга.
Она развернулась и в гневе посмотрела на Игоря.
-Ну что? – Почти крикнула. – Что? Что ты ко мне пристал? Я не хочу разговаривать о работе на приеме в честь моего прадеда. Не хочу объясняться перед тобой, как будто ты великий начальник, а я – нашкодившая секретарша. Понимаешь ты или нет? Я всего этого не хочу!
Она не сорвалась на крик только благодаря долгими годами вырабатываемой выдержке. Глянула на Игоря и отвернулась.
-Ольга.
Господи, если бы он знал, как она его ненавидела! Ненавидела его холеное лицо, его узкие губы, его сильные мужские руки. Все то, что раньше так нравилось, теперь вызывало отвращение. И только понимание того, что она почти, почти придумала, как выскользнуть из его тисков, помогало не вцепиться прямо сейчас ему в глотку.
-Не торопись, милый, - сказала она ласково, старательно контролируя каждое произносимое слово. – Все развивается медленно, но иначе здесь и не получится.
-Я хочу подробностей, - услышала она. – Эта сука очень агрессивно себя ведет. Хочу, чтобы все закончилось как можно скорее.
Ольга стиснула зубы.
-Чем она тебя так раздражает? – Спросила вдруг она, повернувшись к нему – так, что пальто соскользнуло с плеч. – Ответь.
Игорь качнул головой и, обойдя Ольгу, подобрал пальто. Накинул ей на плечи. Она стояла, сжавшись в комок от ненависти.
-Если ты не скажешь – я вряд ли смогу что-то здесь сделать, - сказала она спокойно. – Я спрашиваю не из пошлого любопытства. Мне нужно понять.
-Забудь об этом, - сквозь зубы сказал Игорь. – Я все равно не скажу.
Она поняла: да, правда не скажет. И записала себе в уголок памяти: интересный момент. Хорошо бы выяснить.
-Ладно, - сказала она вслух. – К делу.
Ольга Будина всегда умела успокаиваться. Вот и сейчас – стоит рядом с Игорем, улыбается, словно и не было этой волны ненависти и гнева, словно Игорь снова – просто заказчик, без прошлого, и – что важнее – без будущего.
-Она подсунула мне свою шавку, чтобы не контактировать со мной, или контактировать как можно меньше. – Ольга забрала у Игоря бокал и сделала глоток коньяка. - Это стратегическая ошибка с ее стороны, потому что барышня эта – из ее прошлой жизни, она довольно много о ней знает, и я довольно скоро буду все о ней знать.
-Ты с ней спишь? – Сверкнул глазами Игорь.
-Нет.
На самом деле все было, конечно, совсем по-другому. Но ему об этом знать не полагалось.
Ольга задумчиво посмотрела на прохожих под ногами. Она больше не думала о том, кто они и куда идут. Ей снова было все равно.
-Я нашла кое-что, - добавила она. – Ерунду, но мне бы хотелось, чтобы у нее больше не осталось сомнений. Поэтому ты должен устроить ей колоссальный разгон, завтра же.
Игорь с интересом принял из ее рук извлеченную из сумки тонкую папку, свернутую в трубку, развернул и быстро пролистал. На его лице отразилось разочарование.
-Нет-нет, этим ты ее не прижмешь, я же сказала. Но она окончательно убедится, что я работаю против нее. А именно это мне сейчас и нужно.
-Зачем? – На его лице Ольга разглядела неподдельное удивление. – Зачем открывать карты?
Она засмеялась.
-Да перестань. Ты правда думаешь, что я настолько глупа? Она и без того подозревает меня во всех смертных грехах, пусть убедится, что ее интуиция ее не обманывает. Это называется не открыть карты, милый. Это называется подразнить.
Игорь пожал плечами и смял папку в кулаке .
-Расскажешь, где ты это взяла? – Спросил он.
Ольга покачала головой, сделала шаг и прошла мимо него в зал. Среди танцующих, жующих, общающихся людей, Лару видно не было. Зато маменьку она увидела сразу же – она стояла у портрета прадеда, величественно-прекрасная, с идеальной прической и в идеальном платье, и беседовала с Яковом Кондратьевичем Гольц – старым другом семьи.