Медицинский триллер-2. Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

— Алла Гурьевна, а почему вы считаете, что именно в этих ломбардах следует искать побрякушки? — полюбопытствовал Белкин. — Город большой!
— В деле имеются записи с видеокамер магазина, расположенного напротив дома, так? — вместо ответа задала вопрос Алла.
Молодой опер неуверенно кивнул.
— И что? На них же ничего не видно!
— А вот и нет, на них видно, как Юля заходит в подъезд.
  
— Но ведь никто не выходил, — возразил Белкин. — В смысле, до тех пор, пока соседи не вышли, не обнаружили труп и не позвонили в полицию!
— Верно. И что это означает?
— Что?
— Что убийца, мой юный друг, мог находиться внутри! — не выдержал Шеин. — Если Юлю грохнул кто-то из соседей… А что, Алла Гурьевна, это мысль! Она почувствовала себя плохо после неудачного аборта, зашла в подъезд, чтобы отсидеться, ведь на улице холодно…
— Там ее увидел злодей, — подхватил Белкин, просветлев лицом, — и, заметив ее состояние, решил поживиться! Девчонка была хорошо одета, в ушах — дорогие цацки, телефон опять же…
— И он ее добил, — закончил Антон. — Только вот такое предположение ставит под сомнение версию о маньяке, ради которой, собственно, начальство и поставило нас на уши!
— А я с самого начала говорила, что сомневаюсь насчет маньяка, — напомнила Алла.
— Но местная полиция делала поквартирный опрос в подъезде, где погибла Юля Иродова, — заметил Белкин. — А вы говорите, что убийцей может оказаться один из…
— Не забывайте, Александр, что они не знали того, что знаем мы, — прервала парня Алла. — Они, да и мы до недавнего времени, понятия не имели о пропавших серьгах! Кроме того, даже если бы имели, все равно не могли врываться в квартиры без ордера и проводить обыски.
— Так что, вы думаете, надо повторить?
— Нет, — покачала головой Алла. — Сначала — ломбарды. Если я права, Антон что-нибудь выяснит. Если нет — ну значит, убийца решил не светиться раньше времени. Правда, людям, случайно разжившимся чем-то ценным, редко хватает терпения и здравого смысла… Итак, если больше нет вопросов, давайте работать!
* * *
Благослови Господь социальные сети: раньше в распоряжении органов следствия не было столь всеобъемлющего, столь глобального инструмента для выяснения первоначальной информации о населении. Ну что, спрашивается, дадут вам сухие паспортные данные? Информацию о прописке и семейном статусе — все! В Интернете таких сведений, скорее всего, нет, зато найдется кое-что другое, гораздо более персональное. До визита к Коробченко Шеин порылся в соцсетях и узнал о молодой женщине много интересного. Во-первых, она позиционировала себя как потомственную ясновидящую, специализирующуюся на «бизнес-гадании». Антон понятия не имел, что это означает, но, почитав открытую переписку с подписчиками, уяснил, что Коробченко способна «привлекать капиталы, предсказывать успех будущего предприятия и программировать бизнес на процветание». Насколько он помнил, в салоне Джамалии девушка занимала скромную должность администратора, колдовали другие, «дипломированные» специалисты! Но, как говорится, с кем поведешься, от того и наберешься: судя по всему, Коробченко переняла от «волшебников» немного того, немного этого и стала им под стать!
Антон ожидал чего угодно, но только не встречи с очередной беременной женщиной. Привлекательная особа под тридцать, с мягкими светлыми волосами и большими голубыми глазами, озадаченно улыбнулась, когда он продемонстрировал ей свое удостоверение, и посторонилась, впуская опера в квартиру. Обстановка отличалась скромностью, ни малейших признаков оккультизма Шеин не обнаружил.
— Ума не приложу, какой интерес я могу представлять для Следственного комитета! — сказала Валерия, качая головой. — Разве что по тому делу… Но ведь убийцу арестовали, верно?
— Вы правы, речь именно о том деле, — подтвердил Антон. — Убийца действительно под стражей, только давайте не будем забывать о вашей роли во всей этой трагической истории!
Миловидное лицо молодой женщины вытянулось.
— Я… я вас не понимаю! — пробормотала она. — Все выяснилось…
— Что — все? Что вы, как бы это помягче выразиться, навели Широкова на вашу работодательницу?
— Он угрожал мне!
— Это вы так говорите. А Широков заявляет, что дал вам денег и вы с восторгом рассказали ему, где найти Джамалию! Получается, вы сыграли на руку преступнику и благодаря вам он сумел проникнуть в дом и осуществить свою месть.
— Все это — ложь! — возмущенно воскликнула Валерия. — Широков ворвался в салон и набросился на меня как сумасшедший! Я испугалась за свою жизнь, понимаете? Он схватил меня за волосы и потребовал сказать, где Джамалия. Я пыталась объяснить, что ее нет в салоне, но он не слушал.
— А чем, простите, занимался охранник, пока злодей над вами издевался? — недоверчиво поинтересовался опер.
— А он, знаете ли, покурить вышел, — фыркнула Коробченко. — Представляете?
— Допустим, я вам верю. А вызвать полицию?
— Полицию? — Выражение лица Валерии говорило о том, что такая мысль даже в голову ей не приходила.
— Когда Широков покинул салон, почему вы не попытались предупредить хозяйку? — продолжал нажимать Антон.
— В ее загородном доме нет телефона.
— Ой, да ладно — в наш-то мобильный век!
— Вы не понимаете: когда Джамалия уезжала, она не хотела, чтобы ее беспокоили. Она отключала сотовый, и до нее невозможно было дозвониться! Когда на Джамалию накатывало…
— Что значит — «накатывало»?
— Ну, когда она вспоминала о Даши.
— О сыне?
— Близился день его рождения. Она в этот период всегда сбегала на несколько дней, иногда даже на неделю, и мы знали, что беспокоить ее нельзя. Мы называли это «удариться в аскетизм»: Джамалия сидела в четырех стенах, почти ничего не ела, молилась каким-то своим богам и духам и ни с кем не разговаривала. Мы не волновались, потому что после таких побегов Джамалия возвращалась спокойной, и все шло как раньше. Ее братец считает себя крутым бизнесменом, но он прогорит, что бы ни делал! Джамалия являлась визитной карточкой сети магических салонов, и никому не удастся повторить ее успех. Она действительно умела делать то, о чем заявляла, — предсказывать будущее и ворожить — ни у Агвана, ни у других таких способностей нет. Все ее семейство только передерется между собой… Они уже воюют, и любой, кто встанет между ними, может пострадать. Я ни секунды не жалею, что Агван меня выгнал!
— По-моему, вы неплохо справляетесь, занимаясь индивидуальным предпринимательством. Как я понимаю, незаконным?
— Почему это — незаконным?
— Вы платите налоги?
— Мне же надо как-то жить, ведь с животом на работу меня никто не возьмет!
— Но вы ничего не умеете!
— Я кое-чему научилась за годы работы с Джамалией.
— Вы хотите сказать, что магии можно научиться? — брови Антона поползли вверх.
— Разве вы не знаете, что у Джамалии были ученики? Она планировала открыть собственную академию, где обучала бы людей премудростям своего искусства.
— Прошу извинить мою серость, но мне казалось, что магический дар — врожденный!
— Отнюдь нет. Определенные способности, конечно, необходимы, и Джамалия умела определить тех, у кого они есть. Кроме того, даже обделенные талантом могут освоить кое-какие приемы, чтобы впоследствии работать с клиентами.
— Вот как! — скептически хмыкнул Шеин.
— Вы мне не верите, но я помогла многим людям, — поджав губы, процедила Коробченко. — Возможно, я гораздо слабее Джамалии, но в большинстве случаев большой силы и не требуется!
— А как же ваш муж? — неожиданно перевел разговор на другую тему Антон, немало ошарашив собеседницу.
  
— Муж? — переспросила она медленно. — Я… я не замужем.
Взгляд Антона уперся в ее живот.
— Ах, это… — Валерия бессознательно погладила его рукой. Антону показалось, что она делает это так бережно и вожделенно, словно внутри ее не ребенок, а слиток золота. — Дело в том, что отец ребенка погиб.