Блеф демона (ЛП)

— После того как получим зеркало, — ответила я.
Элис положила руку мне на плечо и улыбнулась.
— И демонические чары стазиса, конечно.
  
Глава 19
 
Автобусы не ходили до Тукерс-Лэндинга, а ржавая развалюха, которую я с помощью магии угнала со стоянки подержанных машин, чадила и маслом, и антифризом. Я села за руль, чтобы Элис могла поесть, и теперь пластиковая миска с «Скайлайн» чили у неё в руках вызывала у меня одновременно голод и тошноту.
  
Ещё до рассвета было ясно: день обещает быть жарким. Ни облачка на предрассветном небе, только едва заметное свечение у горизонта, пока мы катили с главной дороги. Я не знала, стоит ли благодарить судьбу или пугаться оттого, что Элис точно знала, где Кистен пришвартовал свою лодку для смертельно опасных свиданий на реке Огайо. В итоге я выбрала настороженность.
С тревогой я опустила взгляд от неба и припарковалась на окраине, среди укрытых брезентом лодок, которые не видели воды уже много лет. Яхта Кистена стояла на соседнем причале — отдельно от остальных. Этот небольшой круизный катер был для него убежищем, когда нужно было уединиться от Пискари. По крайней мере, раньше так было. Обычно он швартовал лодку у пристани возле ресторана. А здесь, привязанная к облезлому, покрытому мхом причалу, она казалась огромной.
— Ты в порядке? — спросила Элис, когда я вышла из машины.
Женщина взглянула на своё чили, затем неуверенно вышла следом, не выпуская миску из рук.
— Прелестно, — тихо ответила я и направилась к причалу, уверенная, что лодка пуста. Арт сбежал почти сразу после того, как Кистен его укусил. Я ушла вскоре вслед за ним, отправившись в церковь, чтобы запастись кольями — на случай охоты на вампиров. Тогда моя жизнь могла бы закончиться, если бы Дженкс не вколол мне чары забвения. Спасибо, Дженкс.
Мои шаги были бесшумны на влажных досках, тогда как Элис спешила позади, сбиваясь с ритма. Меня захлестнули воспоминания, пока я шла к корме, где легче было подняться на борт. Воспоминания о Кистене, о его улыбке, о глазах, сверкавших любовью — и тьмой желания, о том, какие чувства он во мне пробуждал… Но больше всего — о своей беспомощности, когда Арт напал на него. Как лодка раскачивалась под его весом, как вода лепетала, будто предупреждала, о жажде крови Арта — и о его ярости, когда Кистен умер, так и не дав ему даже пригубить. И, наконец, о страхе Арта, когда Кистен пожертвовал своей нежизнью, чтобы защитить Айви и меня.
С выдохом я схватилась за перила, чтобы не потерять равновесие, и перекинула ногу через борт.
— Ничего не трогай, — сказала я, когда лодка качнулась, и я перебросила вторую ногу, ступая в роскошную каюту. — О.В. плевать, что тут произошло, но ФВБ до сих пор ищет улики — и тебя там не было.
Подушки по-прежнему лежали на своих местах, влажные от росы, и я быстро моргнула, запечатывая внутри всё, что могло вырваться наружу.
Позади меня затормозила Элис.
— Может, это не такая уж хорошая идея.
Но было уже поздно. Я перекинула сумку на плечо повыше и заглянула сквозь стеклянные двери. Кухня и гостиная Кистена были тёмными и опрятными. Задержав дыхание, я сдвинула двери и вошла в камбуз, сдерживая желание позвать его.
И тут меня скрючило от боли, когда меня накрыл запах Кистена.
Я не могла сдвинуться с места, обняв себя за талию, пока тысячи чувств пронеслись сквозь меня. Это было даже хуже, чем видеть его в баре. Это было место, где мы мечтали, строили планы и жили.
— Рейчел!
— Всё нормально, — ответила я, заставив себя поднять взгляд, пока аромат чили не ударил мне в нос. Это был её ужин, и он болезненно вырвал меня из сердца. Сжав губы, я выдавила из горла ком:
— Лучше это не заноси сюда.
Элис крепче прижала миску с чили.
— Я ничего не пролью.
— Если я чувствую запах, то и О.В. почувствует, — бросила я и заставила себя пройти по короткому коридору к спальне.
Развязка. Она думает, мне нужна развязка?
— Через два дня? — спросила она, но я проигнорировала. Лодка уже пахла макаронами, которые Кистен готовил для нас — для моего дня рождения. Если только она ничего не уронит, всё будет нормально.
Что, чёрт побери, я делаю? снова подумала я, проходя мимо крохотной ванной. Дверь Кистена была распахнута, и я застыла на месте. Я уже проходила это с Фордом, психологом ФВБ. Или, скорее, собиралась пройти. Правда, когда он вытащил меня сюда, Кистен уже был кремирован, а расследование — закрыто.
Я заставила себя сделать длинный шаг и остановилась в проёме спальни Кистена с низким потолком. В комнате было темно, шторы были отдёрнуты, пропуская лишь слабый свет начинающегося рассвета.
— Не включай свет, — прошептала я, лицо исказилось, когда я увидела его — сидящего у кровати, там, где он и был. Голова склонилась на грудь, одно колено согнуто, вторая нога вытянута. Его руки лежали на коленях, и я закрыла глаза, чтобы собраться с силами.
Элис, ты либо очень хороший друг, либо садистка.
Моё дыхание сорвалось, и я подошла к нему, ноги будто ватные.
Я опустилась на колени, чтобы дотронуться до его лица, откинуть с лба шелковистую прядь. Он всё ещё был тёплым, и у меня перехватило горло. Его глаза были закрыты, и я заплакала. Это были не слёзы скорби или утраты, а слёзы отчаяния от всей этой глупости. Я любила его. И до сих пор случалось, что я ловила себя на том, как уставилась в пустоту с тоской в глазах. Я всегда буду скучать по нему. Но моё сердце исцелилось — с любовью и преданностью Трента. Я нашла способ жить дальше.
— Прости меня, Кистен, — прошептала я, взяв его ладонь и откинув прядь волос. Тритон ошиблась. Здесь больше нечему было сгореть на солнце. Я опоздала.
И всё же… я не могла уйти.
— Если бы я тогда знала то, что знаю теперь… — прошептала я, не в силах отпустить его руку. — Была бы смелее. Может, смогла бы договориться с Пискари и спасти тебя. Но я рада, что ты успел узнать, что Айви нашла любовь, — сказала я, благодарная Элис за то, что она дала мне уединение. — Она нашла женщину, с которой стала цельной. А я нашла не только любовь, но и того, кто в меня верит. Мы обе в порядке. Ты нас спас.
Пальцы Кистена дрогнули в моей руке, и я вздрогнула.
— Кистен? — ошеломлённая, я сжала его руку и наклонилась ближе. Тритон говорил правду, и я застыла, потрясённая. — Элис? Элис, он жив! — крикнула я. — То есть… не мёртв!
Элис вбежала в дверной проём, с миской чили в руках, взгляд метался от Кистена ко мне. Побелев, она прикрыла рот рукой.
— Чёрт. Прости.
Прости? — подумала я, а потом поняла. Прости — потому что я собиралась уйти и позволить солнцу положить конец всему. Да пошло оно к чёрту, — подумала я и встряхнула его:
— Кистен? Кистен!
— Рейчел, хватит, — Элис подошла и поставила чили. — Прости. Я не это имела в виду. Я надеялась, что ты найдёшь развязку, а не ложную надежду.
— Но его пальцы шевелились, — сказала я, прижимая их к груди и вглядываясь в его лицо.
Элис подалась вперёд, неловко, медленно.
— Тело может дёргаться, когда мышцы расслабляются.
— Это был не спазм, — я легонько шлёпнула его по щеке. Лицо было пепельным, как у всех неживых, у которых не было настоящего пульса — только редкие импульсы раз в несколько минут, если они не активны. Его аура, — подумала я, расфокусировав внимание, чтобы увидеть ауру.
Моё дыхание сбилось. Аура Кистена всё ещё была здесь — но она могла держаться до трёх дней после потери души.
— Даже если он ещё нежить… Рейчел, он не выживет, если укусил другого неживого. Вирус мутирует от носителя к носителю, и когда они сталкиваются, начинается борьба за доминирование — и погибают оба.
  
Но он ещё не был дважды мёртв. И я почувствовала, как внутри загорается надежда.
— Арт продержался три дня, — сказала я, всё ещё сжимая его руку, ожидая нового движения.
Элис молчала, и мне захотелось ударить его снова. Я ведь видела тогда, как глаза Кистена посеребрились. Он ещё здесь. Я не могла просто развернуться и уйти, позволив солнцу сделать своё.