Блеф демона (ЛП)

Я всё ещё была связана с демоническим коллективом через само заклинание, и ощущала, как проклятие, похожее на веретено, собирает мою жизненную силу. Я оттолкнула его, двигаясь назад во времени. Сплетённые чары работали. Оставалось только зафиксировать процесс.
Evulgo, — прошептала я, чтобы сбросить в коллектив то, что только что сделала, как уникальное выражение магии. Я была уверена, ни один демон даже не подумает искать это, ведь мои действия теперь распылялись по… кто знает, скольким годам. Я чувствовала их — лёгкое присутствие в своём сознании, коллективные мысли, поднимающиеся и опадающие, как прилив, по мере того как проходили дни и ночи. Jariathjackjunisjumoke, — добавила я, чтобы зафиксировать себя как создателя заклинания, и наконец: Ut omnes unum sint — чтобы запечатать его. Всё было готово. Теперь оставалось только пережить путешествие.
  
Я вдохнула, и воздух вошёл в лёгкие с сухим, душным привкусом опилок. Я задержала дыхание, содрогнувшись от этого странного, до невозможности противоестественного ощущения: будто моя энергия вытягивается из тела, как если бы её втягивали в трубку. Голову начало ломить, а потом и вовсе разболелась.
— Я справлюсь, — прошептала я, сжав кулаки и вдавливая их в сырую цементную массу. Отрезок чёрного золота, который Ал дал мне, чтобы отслеживать прогресс, дрожал в руках, сверкая обоими концами. Пять лет. Он сломал его пять лет назад. Как только он срастётся, я смогу остановиться. Ни секундой раньше. Жаль только, моя голова начинала ощущаться так, будто у мигрени и сердечного приступа родился ребёнок.
Грохот и треск магической схватки стихли, сменившись странным, навязчивым воем, от которого раскалывалась голова. Я медленно разлепила веки, тяжело дыша, пытаясь понять, откуда исходит свет. За пузырём с красным отливом, который меня защищал, висело великое ничто. Ни темнота, ни свет — разум отказывался это осмысливать.
Будто вся вселенная сузилась до этого крошечного пузыря — и, может быть, для меня так оно и было.
Это напоминало скачок по лей-линии, только без обычной потери тела: я по-прежнему ощущала своё. Чувствовала холод цемента под ладонями и крошки песка между пальцами. В нос бил запах крови из моего круга — я была здесь, я присутствовала.
— Я справлюсь, — повторила я сквозь стиснутые зубы. Цепочка в руке постепенно теряла налёт, но оставалась сломанной. Меня всё ещё мутило, и, боясь потерять сознание и разрушить круг, я притянула к себе меньше энергии, чтобы замедлить переход.
— Морган, — прохрипел чей-то высокий голос от боли. — О Боже, отпусти меня.
Я резко обернулась, шлёпнувшись задом на холодный цемент, потеряв равновесие. Это была Элис, свернувшаяся в крошечный комок за моей спиной. Она находилась внутри моего круга.
Ошеломлённо я уставилась на неё:
— Как, чёрт возьми, ты сюда попала?
Элис с трудом сфокусировала на мне взгляд, глаза были мутными:
— Отпусти. Ты тянешь линию через меня. Горит. Отпусти…
Через неё? — мелькнуло у меня. Теперь стало ясно, почему линия ощущалась неправильно.
— Как ты… — Я прикусила язык, оборвав себя. — Тебя не должно здесь быть! — сказала я, поняв. Мой круг был разрушен. Элис его перехватила, и теперь это был её круг, содержащий чары, а не мой.
Она получила контроль над моим кругом в тот самый момент, когда заклинание вступило в силу. Неудивительно, что ей больно — она тянула на себе всю лей-линию.
— Отпусти меня, — снова простонала она сквозь мучения. — Ты сгниёшь за это. Обещаю. Прекрати проклятие. Останови это!
— Идиотка! — Я вскочила на колени, вздрогнув, когда её пальто исчезло, как будто его никогда не существовало. — Что ты вообще думала, когда полезла?
— Останови заклинание! — закричала Элис, глаза превратились в узкие щёлочки. — Я не могу отпустить линию. Она горит!
— Может, тогда не стоило пытаться перехватить управление чарами! — в панике я взглянула на цепочку. Она ещё не восстановилась, но Элис… Элис тряслась от боли.
— Ты сжигаешь меня заживо, — прохрипела она, склонив голову.
Тролльи какашки, — мысленно выругалась я. — Stet! — крикнула я, разрываясь между жалостью и раздражением, и отпустила лей-линию, проходящую через нас обеих. Надо было понять, что вкус линии изменился, — подумала я, когда заклинание завершилось с душераздирающим щелчком.
Я вздрогнула, едва не задохнувшись от удивления, когда в меня ударил всплеск белого света. Защитный пузырь Элис исчез, и я глубоко вдохнула запах тёплой, мутной воды, закашлявшись, пока глаза наполнялись слезами, а из лёгких выходила пыль.
Я моргнула — свет угас, и мир медленно снова стал поддаваться осмыслению. Это был всего лишь лунный свет, но ощущалось, будто вспыхнуло новое солнце.
Разомкнув губы, я уставилась из-под моста на мягко освещённый парк, только сейчас начиная верить в то, что сделала. Ещё тридцать секунд назад луна была тонким серпом у самого горизонта. А теперь — почти полная, висела высоко среди деревьев. Потрясённая, я потянулась к опоре моста. Камень под дрожащей рукой оказался тёплым, и, распрямившись, я услышала резкий тинь… тинь, плюх — что-то отскочило от выступа и упало в отвратительно-зелёную воду. Что бы это ни было, оно исчезло.
— Сработало! — воскликнула я, но тут же поморщилась, когда идущая мимо пара с собакой заметила меня, переглянувшись и продолжив путь, шепча друг другу. Я сделала это. Я нащупала пальцами через ткань в кармане сломанную палочку для размешивания — она была там. Я с облегчением выдохнула.
— Да что ты, чёрт возьми, сделала с моей одеждой? — прохрипела Элис, сидя у основания опоры. — Меня сейчас стошнит.
Я обернулась и увидела Элис на коленях у воды — она пыталась не вывернуться наизнанку. Совершенно голая, если не считать носков. И моложе — с длинными, тёмными волосами и обычной прямой стрижкой. Я зажмурилась, собираясь с силами. Выглядела я почти так же, почти, подумала я, вздыхая, глядя на демоническую метку на внутренней стороне запястья. Хотя бы одежда при мне, — с облегчением подумала я, стягивая куртку и накидывая её ей на плечи.
Элис вцепилась в неё, но я не собиралась придерживать ей волосы, пока её выворачивало на сухую.
Цепочка Ала лежала на бетоне, как сломанное обещание, и я подняла её. Встав, я сунула ожерелье в карман и попыталась понять, насколько далеко продвинулась. Волосы были длиннее, заплетены в косу — ту самую, на которую Маталина потратила бы не меньше восьми пикси. Значит, Маталина всё ещё жива. А ещё — демоническая метка, один-единственный штрих, обещание вернуть Алу долг за спасённую жизнь. Если такая же была на ступне, это бы сильно сузило расчёт времени, но проверять я сейчас не собиралась.
Я провела большим пальцем по пальцам, ощущая пощипывание смолы на ауре, но именно осторожное прикосновение к шее дало мне лучшее представление о дате — настолько сильный всплеск возбуждения пронзил меня, что я рухнула на колени, и всё внутри вспыхнуло до самого паха.
— Дерьмо на тосте, — выдохнула я, задыхаясь и раздражённая. Это был вампирский шрам — свежий и полный силы, почти новый. Пять лет? Ни за что. Два, может быть, — подумала я, озираясь в тревоге.
Элис замолчала, и я оперлась одной дрожащей рукой на мост, другой — на шею, размышляя, когда именно мы. Было тепло. На деревьях зеленели листья. Лето.
— Где все? — Элис вытерла рот, бросила взгляд на мою тяжёлую сумку, потом вскинула глаза. — Тебе это кажется смешным? Снять с меня одежду чарами? Да ты задница, Морган! Слышишь меня? Задница!
  
Что мне с ней делать, тролльи какашки с розовыми бутончиками Тинки?
— Я не трогала твою одежду. И с твоими друзьями всё в порядке.
Элис с трудом поднялась на ноги. Не будь она такой измождённой, выглядела бы, как фантазия студента колледжа в моей кожаной куртке, усыпанной стразами, которая доходила ей до середины бёдер.
— Ах вот как! Они просто взяли и исчезли? Без причины? У тебя с головой всё в порядке? — выкрикнула она, и тут же вскрикнула от внезапной боли, с перекошенным лицом пошатнулась, хватаясь за изогнутую стенку моста. — Ты меня обожгла!