Барон Дубов 12 (СИ)

— Кажется, у меня только что появились дела в столице… — попятился Павел.
— Ох, не нравится мне этот взгляд… — задрожала княжна, будто продрогла.
— Я чувствую… — тихо сказала пепельная блондинка, — чувствую, что в нём пробуждается тиран!
А я в ответ злобно захохотал.
— Сперва займёмся тем, зачем я вас на самом деле здесь собрал! И бежать уже поздно, глупцы…
  
Глава 7
   
Правда, кое-кто всё же попытался сбежать. Но я ведь не зря сказал, что бежать уже поздно? Не так ли, Паша?
— Помогите! — кричал царевич, барахтаясь в снегу.
А всё потому, что он попытался незаметно свалить, но Агнес это вовремя заметила, связала его ноги своими удлинившимися руками, и Паша бухнулся лицом прямо в снег.
— Да ладно тебе, царевиче, — злобно хохотала гоблинша. — Когда кому-нибудь вредили зелья Дубова?
— Всегда! — хором ответили ей все остальные.
— Но в итоге они делали нас сильнее, а некоторые эффекты после… — подмигнула мне княжна, закусив губу и подбоченившись так, чтобы я мог оценить изгибы её талии даже под короткой шубкой.
Пока Паша проходил пять стадий принятия снега в собственный рот, я расчистил небольшой пень в центре лагеря. В следующую секунду там появилась небольшая шкатулка, от которой ударила сильная волна магического излучения.
— Что это? — спросила пепельная блондинка и выпустила небольшую сферу света, чтобы осветить шкатулку.
Хотя та и так светилась слабой золотой аурой. Но под сферой Лизы на дереве стал заметен османский орнамент.
— Благодарность от Хасан-Паши за его чудесное исцеление. — Я открыл шкатулку и чуть не зажмурился от хлынувшей энергии. — Яйца Араратского шелкопряда.
— Ого! — с неподдельным восхищением воскликнула Катя. — Да на содержимое этой шкатулки можно целое княжество купить! Они же чрезвычайно редкие. Араратский шелкопряд яйца раз в сто лет откладывает. Много, но вылупляются лишь единицы. Но даже «мёртвые» яйца обладают могучими свойствами! Не каждый сможет ими воспользоваться… Слабого человека или простолюдина такое яйцо мгновенно убьёт.
— Хорошо, что среди нас нет слабых, — ответил я. Но не стал говорить им, что это, строго говоря, не яйца, а личинки Араратского шелкопряда. — Всё, ешьте, пока мана не выветрилась!
Хасан в своём письме писал красивым почерком, но на ужасном русском, что эти яйца хранились в сокровищнице султана много лет. Но не было никого достаточно сильного, чтобы ими воспользоваться. Такую силу он увидел лишь во мне и моих подругах. Ну и в том, кто к чертям разнёс его воздушный флот метеоритами. Я не стал говорить ему, что Паша после этого чуть не помер.
— Да я в последний раз чуть не помер! — будто прочитал мои мысли царевич, взяв в руки золотистую капсулу.
Выглядела она, кстати, очень красиво. Как капля застывшего янтаря с тёмной сердцевиной. Но эта же тёмная сердцевина излучала свет. Тот горел ярким ободком вокруг. В общем, красота неописуемая. На ощупь капсулы были мягкие и эластичные, как жевательный мармелад.
— Не помер же, — пожал я плечами и закинул в рот личинку. Следом взял ещё две и дал их Гоше с Альфачиком. Лютоволк поймал свою на лету пастью. — Ох, ё! — воскликнул я, когда ощутил, что куча энергии растекается по телу.
Я начал срывать с себя одежду, потому что стало невыносимо жарко. Сердце отчаянно билось, раздувая мускулы и вены в попытке переработать всю ту силу, что хлынула в меня.
Ну и жесть! Да у меня будто внутри развели тысячу костров! Нет! Миллион!!!
— Мамочки! — завизжала Василиса и тоже бросилась срывать с себя одежду.
А ещё мы все начали светиться! И я тоже. Причём не только кожа снаружи, но и внутри. Изо рта вырывался столп света, стоило мне его приоткрыть. А не приоткрыть я не мог. Боялся, что горячий свет выжжет мне лёгкие. И часто дышал, пытаясь выдохнуть внутренний жар.
Кожа резко облупилась и полопалась, обнажив под собой новенькую, шелковистую оболочку, что светилась золотом ещё ярче прежнего. И волосы светились, и даже ногти!
Вдруг я понял, что не могу усвоить всю энергию личинки. Кинул в центр круга, где стоял пень, заводной шар. Он вдруг начал крутиться, а его механизмы внутри передвигаться, вытягивая свечение из воздуха. Расчёт на то, что заводной апельсин может вытягивать энергию не только из Духовного пространства, но и из обычного тоже при её высоком уровне, оправдался. Ни капли мимо, как говорится!
Благодаря тому, что свечение стало впитываться в шар, я увидел остальных. И, надо сказать, это было прекрасное зрелище. Семь прекрасных девичьих фигурок, словно из чистого золота, повисли в воздухе. Абсолютно голые. И эротично стонущие. Паша с Верещагиным тоже висели в воздухе. И оба выглядели куда мускулистее, чем при нашей первой встрече. Теперь они больше походили на достойных воинов.
Ну и Альфачик. Он пронзительно выл, а его шерсть сияла.
Снег вокруг нас растаял, обнажив тёмный слой опавших сосновых иголок и пожухлую траву, которая тут же начала зеленеть.
А поток энергии ещё только набирал силу! Внезапно из каждой поры на моём теле полезли тонкие, едва заметные и почти невесомые нити. То же происходило и с остальными.
— Шёлк! — выдохнула Лиза. Она едва дышала, а её грудь сексуально колыхалась при этом. — Это тончайший шёлк!
Нити продолжили расти до тех пор, пока не скрыли глаза. Как бы я ни пытался продрать их, шёлк проскальзывал между пальцами. В итоге мы все оказались в подобии коконов из чистого шёлка. Тогда я сконцентрировался на внутренних ощущениях и погрузился в медитативный транс. И то, что увидел, поразило меня до глубины души.
А увидел я, собственно, свою душу. И она сияла как чёрное солнце! Точнее, как сердцевина личинки шелкопряда. Чёрная, с изумрудным ободом. От этого обода шли нити духовной связи к сферам душ Альфачика, Миты, Гоши и дриады. Каждая из этих нитей неистово светилась, а от моей сферы души, как лучи солнца, вырастали новые нити, оплетая уже существующие. Те быстро превращались в канаты, а энергия курсировала по ним усиленным потоком.
«Дубов, что ж ты творишь? Я же на работе! А-а-ах… М-м-м…» — застонала в моих мыслях Маша.
А я пожалел, что её нет сейчас рядом. Часть сил, что я не мог усвоить, пошла и ей тоже.
В ответ дриаде я лишь злорадно похихикал. Жаль, сейчас её не вижу. Наверняка уморительное зрелище.
Сферы душ, кроме моей, тоже сияли разными цветами. У Альфачика это был золотой — цвет его молний. У Гоши — кислотно-зелёный. Правда, в отличие от Лютоволка, нити между нашими сферами души нарастали только с моей стороны. Странно, он что, не съел свою личинку? Интересно, почему? Ладно, потом разберусь.
Сфера души дриады имела цвет древесной коры с вкраплениями зелёного, будто мох или лишайник на стволе дерева. А Мита сияла, естественно, фиалками. Преимущественно. Её сфера души постоянно меняла цвет.
Не знаю, сколько так продолжалось. Пожалуй, несколько часов. Всё это время я медитировал, пытаясь поглотить как можно больше энергии, перенаправляя её в разные стороны. На увеличение физической силы, духовной и магической. В конце концов, сфера души перестала так сильно сиять, черная сердцевина начала уменьшаться и вскоре совсем исчезла. Оставив после себя укреплённые духовные связи и… укреплённого меня.
Пожалуй, теперь я могу транслировать не только мысли, но и образы через такую мощную связь. Ну и с большей эффективностью использовать силы Альфачика и Гоши. Возможно, ещё дриады и Миты, но это надо проверить. А насчёт чтения мыслей и образов… Да, могу, если захочу, но не буду в это лезть. Я уважаю чужое личное пространство и всё такое… Это всё равно что подглядывать. Короче, слишком низко.
  
Выйдя из транса, обнаружил, что всё ещё нахожусь в шёлковом коконе. Но в этот раз хотя бы смог откинуть шёлковые патлы от глаз. Вокруг нас снег на всей поляне растаял, зазеленела трава и пробились жёлтые одуванчики. Офигеть! А ещё передо мной стояли девять разноцветных пушистых помпонов в человеческий рост. Десятый, золотой и трёхметровый, который был Альфачиком, в стороне пытался себя вылизать, но язык путался в шёлке, и Альфачик обиженно подвывал.