Очень странный Новый год

— Пробуй, — он протянул ей ложку с соусом, оказавшись слишком близко.
Лена замерла. В теплом свете лампы его лицо — с пластырем на брови, размазанной копотью и серой тенью усталости под глазами — казалось самым родным, что она видела за последние годы.
— Вкусно? — спросил он, не отводя взгляда. Его серые глаза потемнели.
— Очень, — шепнула она, забыв о вкусе.
Марк усмехнулся — не дерзко, а как-то мягко, и потянулся рукой к ее лицу, убирая выбившуюся прядь. Его пальцы, шершавые и горячие, скользнули по виску, вызывая электрический разряд, куда мощнее того, что он устроил в подвале. Воздух между ними сгустился, натянулся струной. Он наклонился чуть ближе, и Лена, вместо того чтобы отстраниться, подалась вперед...
  
Пр-р-ш-ш!
Вода в кастрюле с шипением убежала на плиту, заливая конфорку.
— Черт! — Марк отпрянул, хватаясь за полотенце.
— Мы чуть не сожгли ужин, — констатировала Лена, пряча пылающее лицо.
— С твоим везением мы могли сжечь весь дом, — буркнул он.
Они ужинали, сидя на полу в гостиной. Паста была божественной, вино терпким, а страх отступил в тень, загнанный туда смехом и звоном вилок. Но Лена знала: где-то там, за окном, в черных фургонах сидят люди, которые не прощают кражи жестких дисков. И это затишье — всего лишь передышка перед настоящей бурей.
В пятницу тревожный привкус опасности поселился на языке Лены с самого утра. Бизнес-центр «Авангард», обычно в это время заглатывающий сотни офисных клерков, сегодня стоял оцепленным, словно место преступления. Желтые ленты перекрывали периметр, а у главных дверей, блокируя вращающиеся створки, застыли три черных фургона без номеров. На их бортах белела лаконичная, ничего не объясняющая надпись: «Служба санитарного контроля».
Лена и Марк наблюдали за происходящим из салона машины, припаркованной в переулке, в безопасной тени соседней многоэтажки.
— Дезинсекция, — процедил Марк, сжимая руль так, что побелели костяшки пальцев. — Ну, конечно. Что-то мне подсказывает, что они не тараканов травить приехали.
Из дверей центра вышли люди. Их фигуры, облаченные в глухие серые комбинезоны и полнолицевые респираторы, двигались с пугающей синхронностью. В руках они держали не распылители с ядом, а короткие, хищного вида автоматы, стыдливо прикрытые чехлами, и тяжелые кейсы с оборудованием.
— Флешка, — выдохнула Лена, чувствуя, как завтрак подступает к горлу. — Твой ноутбук, записи... Если они найдут это...
— Если они найдут это, нам конец, — закончил за нее Марк. Его взгляд стал жестким, собранным. — Ноутбук я забрал в пятницу. А вот резервный жесткий диск в серверной... Там логи всех систем безопасности. Документы про лабораторию и начальство. Если они доберутся до «Серверной №4» раньше нас, мы потеряем единственный козырь.
— Мы не пойдем туда, — голос Лены сорвался. — Там вооруженные наемники!
— У нас нет выбора. Они начнут с верхних этажей и рецепции. Подвал оставят на десерт, думая, что там только крысы. Мы зайдем через вентиляционный люк парковки. Я знаю дорогу.
Путь через технические коммуникации напоминал спуск в преисподнюю. Узкие, пыльные лазы, где пахло ржавым железом и старой смазкой, вывели их в коридор цокольного этажа. Здесь царил полумрак, разбавляемый лишь тревожным миганием аварийных ламп. Но самое страшное скрывалось в воздухе: по полу стелился густой, молочно-белый туман — химический аэрозоль, который «дезинсекторы» уже начали закачивать в здание.
Этот туман искажал звуки, превращая шаги в шуршание, а голоса — в невнятное бормотание. Лена шла след в след за Марком, зажав рот шарфом.
— Тихо, — одними губами произнес Марк, прижимая ее к холодной бетонной стене.
В конце коридора, выплывая из белесой мути, возникли два силуэта. Лучи тактических фонарей прорезали мглу, шаря по стенам, как щупальца глубоководных чудовищ.
— Сектор Б-4 чист, — раздался искаженный маской механический голос. — Переходим к техническим помещениям.
Лена зажмурилась, чувствуя, как сердце колотится о ребра, грозя выдать их присутствие. Они стояли в нише за штабелем списанных мониторов, молясь, чтобы лучи света не скользнули чуть левее.
Тяжелые ботинки прогрохотали мимо, удаляясь в сторону лифтов.
— Вперед, — шепнул Марк, хватая ее за руку.
Они рванули к заветной двери, замаскированной под электрощитовую. Пальцы Марка порхали над кодовым замком, но дрожь выдавала напряжение. Замок пискнул, пропуская их внутрь.
В тесной серверной гудели кулеры, создавая иллюзию безопасности. Марк кинулся к стойке, вырывая провода, отсоединяя внешний накопитель — черный брусок, хранящий их жизни.
— Есть, — он сунул диск во внутренний карман куртки. — Уходим.
Но стоило ему коснуться ручки двери, как снаружи послышались голоса. Громкие, уверенные. Страшные люди шли сюда. Прямо к этой двери.
— Черт, — Марк метнулся назад, оглядывая каморку. Выхода не существовало. Только вентиляционная решетка под потолком, слишком узкая для человека, и единственная дверь, за которой их ждала расстрельная команда.
— Они засекли нас, — прошептал он, и в его глазах промелькнуло отчаяние, смешанное с безумной решимостью. — Лен, слушай меня.
Он схватил ее за плечи, глядя прямо в глаза.
— За этой стойкой есть фальшпол. Там кабель-канал, он ведет в соседнюю бойлерную. Ползи. Не останавливайся.
— А ты? — Лена вцепилась в его рукава.
— Я их отвлеку.
— Нет! Марк, нет!
— Уходи! — рявкнул он, толкая ее в угол, где уже была сдвинута плитка пола. — Если они поймают нас обоих, все было зря. Спасай доказательства.
Дверь содрогнулась от мощного удара. Металл жалобно скрипнул.
Лена, глотая слезы, юркнула в темную, пыльную нору под полом. Она видела, как Марк развернулся к входу, сжимая в руке тяжелый серверный блок бесперебойного питания. Он выдернул чеку огнетушителя, стоявшего в углу, но не нажал на рычаг, а швырнул баллон в кучу проводов под напряжением.
Дверь вылетела с петель. В проем ворвались люди в масках.
— Стоять! — гаркнул один из них, вскидывая автомат.
В эту секунду Марк ударил монтировкой по силовому кабелю, проходившему рядом с поврежденным огнетушителем.
Ослепительная вспышка короткого замыкания разорвала полумрак. Сноп искр, смешавшись с облаком углекислоты, вырвавшимся из пробитого баллона, создал завесу хаоса. Раздались крики, беспорядочная стрельба.
Лена ползла по узкому желобу, сдирая колени, задыхаясь от пыли и ужаса. Грохот за спиной затих, сменившись топотом и руганью. Она выбралась в бойлерной, вывалившись на грязный пол, и тут же рванула к запасному выходу, ведущему на улицу. Ура, открыт.
Холодный ветер ударил в лицо, обжигая мокрые от слез щеки. Она выскочила на задний двор, заваленный мусорными контейнерами, и прижалась к стене, судорожно сжимая в руке жесткий диск.
— Марк... — прошептала она, вглядываясь в темный проем двери, откуда только что выбежала.
Секунды тянулись, как часы. Тишина звенела.
И вдруг из клубов пара, вырывавшихся из вентиляции, вывалилась фигура. Марк кашлял, прижимая руку к боку, его куртка дымилась, на лице копоть перемешалась с кровью из разбитой брови, но он двигался. Живой.
Лена бросилась к нему, подхватывая, не давая упасть.
— Ты... ты дурак! — рыдала она, ощупывая его, проверяя целость костей. — Ты сумасшедший идиот!
— Зато эффективный, — прохрипел он, пытаясь улыбнуться разбитыми губами. В его руке все еще был зажат проплавленный кусок кабеля. — Они ослепли минут на пять. Валим отсюда, Ленчик. Пока они не включили тепловизоры.
Они доковыляли до машины. Марк плюхнулся на водительское сиденье, морщась от боли, но руль Лене не доверил.
  
— Не хочешь поехать ко мне? — спросила Лена, когда они отъехали на безопасное расстояние. Руки у нее все еще тряслись. — Мне... мне страшно. И тебе нужна помощь.
Марк посмотрел на нее, оценивая обстановку.
— К тебе? — несмотря на свое состояние, Марк игриво усмехнулся. — Только есть одно условие. Нам нужно в магазин.