Очень странный Новый год
— И че делать-то, командирша? — хрипло спросил кто-то из темноты. — У нас нет танков.
— У нас есть кое-что получше, — улыбнулась Лена, кивая Георгию Ивановичу.
Старик вышел вперед, с гордостью выкатывая ту самую монструозную конструкцию из кварцевых ламп, которую они собрали днем. В полумраке цеха она напоминала орудие пыток из киберпанка.
— Свет, — проскрипел он. — Жесткий ультрафиолет. Для них это как кислота.
Марк сунул руку во внутренний карман пальто и достал тяжелый свинцовый футляр — тот самый, в котором хранил образец, добытый в первый день из щитка.
— Я ношу эту дрянь с собой неделю, — громко сказал он, поднимая футляр так, чтобы видели все. — И поверьте, она очень хочет выбраться.
Он поставил контейнер на ржавую бочку в центре пятна света от автомобильных фар. Надел защитные очки и жестом велел передним рядам отойти. С осторожностью сапера Марк отщелкнул крышку.
Толпа испуганно выдохнула.
Внутри пластиковой коробочки бесновалась черная маслянистая клякса. Почувствовав свободу и близость сотен людей — их тепло, электрические поля их телефонов — субстанция мгновенно вздыбилась. Она выстрелила тонким хищным усиком вверх, пытаясь вырваться за бортик, пульсируя в ритме чуждого сердцебиения.
— Георгий, огонь! — скомандовал Марк, отдергивая руку.
Старик ударил по рубильнику.
Установка вспыхнула ядовито-фиолетовым, режущим глаза светом. Концентрированный луч ударил прямо в открытый контейнер.
Раздался звук, похожий на шкворчание масла на раскаленной сковороде, смешанный с тонким, почти ультразвуковым визгом, от которого у многих заложило уши. Черная слизь забилась в конвульсиях. Она начала пузыриться, теряя форму, источая густой вонючий дым.
Три секунды агонии — и все кончилось.
Марк дал знак выключить лампу. На дне контейнера не осталось ни монстра, ни слизи. Только горстка серого пепла, который он демонстративно сдул с ладони.
Толпа ахнула. Страх в глазах людей сменился надеждой.
— Нам нужно оружие, — сказала Лена, видя, что момент настал. — Все, что светит ультрафиолетом. Медицинские лампы, солярии, детекторы валют, лампы для маникюра.
— У меня в салоне три лампы для шеллака! — пискнула Вика. — Я принесу!
— Я работаю в больнице, списанное оборудование на складе есть! — крикнул кто-то.
— Я электрик, я могу собрать портативные прожекторы, если будут детали!
Цех превратился в растревоженный муравейник. Лена чувствовала, как дрожат руки от азарта.
Марк подошел к ней, когда толпа начала разбиваться на группы по интересам: электрики обсуждали схемы подключения, курьеры чертили карты проходных дворов к центру.
— Неплохо для менеджера среднего звена, — сказал он, глядя на нее с нескрываемым уважением. — Ты только что создала незаконное вооруженное формирование.
— Это кризис-менеджмент, детка, — усмехнулась она, поправляя волосы. — Если проект горит, нужно привлекать аутсорс.
Внезапно к ним подошел мужчина неопределенного возраста, в очках с толстыми линзами и с рюкзаком, полным радиодеталей.
— Простите, — он говорил тихо, заикаясь. — Я... я физик. Преподаю в МГУ. Я слышал ваши слова про резонанс и электричество.
— И что? — насторожился Марк. — Скажете, что это антинаучно?
— Нет, что вы! — физик поправил очки. — Наоборот. Я давно заметил аномалии в энергосистеме. Но... вы собираетесь просто светить на них лампами? Это как бить слона тапком. Эффективно, но долго.
— У вас есть идея получше?
Физик застенчиво улыбнулся, и в этой улыбке промелькнуло что-то пугающе-маньячное.
— Если они живут в сети... и если они соберутся в одном месте, в «Гнезде», как вы говорите... то зачем бегать за ними с лампами? Можно ведь устроить короткое замыкание. Глобальное.
— Вырубить свет во всей Москве в новогоднюю ночь? — Лена округлила глаза.
— Не просто вырубить, — вмешался Марк, мгновенно уловив мысль. — Создать обратный импульс. Перегрузку. Превратить всю сеть города в гигантский электрический стул. Поджарить их изнутри, в их же проводах.
Физик кивнул.
— Но для этого нам нужно добраться до центрального распределительного узла. И нам нужно что-то, что создаст импульс такой мощности.
Марк и Георгий Иванович переглянулись.
— Катушки Теслы, — хором сказали они. — Те самые, которые «Эгида» завезла в лабораторию.
— Мы украдем их оружие, — закончил Марк, и на его лице расплылась хищная улыбка. — И направим против них.
Лена посмотрела на свою странную, нелепую, но такую живую армию.
— Значит, план меняется. Мы не просто обороняемся. Мы идем в атаку. Операция «Темная ночь» начинается.
В этот момент к рампе подошла бабушка с тележкой.
— Сынок, — обратилась она к Марку. — У меня дома две банки святой воды и электрошокер, который мне внук подарил. Куда это сдавать? В общий котел или при себе держать?
Марк посмотрел на Лену. Лена прыснула. Через секунду они оба хохотали — нервно, истерично, до слез, обнявшись посреди холодного цеха.
— При себе, бабуля, — вытирая слезы, сказал Марк. — При себе. Электрошокер и святая вода — это лучший билд на этого босса.
24 декабря. 23:32
Когда все разошлись, получив инструкции и контакты для связи в Телеграме (Вика создала закрытый канал «Охотники за привидениями МСК»), они вчетвером остались в цеху.
Марк сидел на капоте «Волги», глядя в темноту. Лена подошла к нему, протягивая стаканчик с остывшим кофе.
— Ты как?
— Страшно, — честно признался он. — Я технарь, Лен. Мой максимум риска — это пролить колу на клавиатуру. А мы собираемся устроить блэкаут в столице ядерной державы. Нас посадят. Если не съедят.
— Зато будет что вспомнить, — она встала рядом, касаясь его плеча своим.
Марк повернул голову. Их лица оказались в опасной близости.
— Знаешь, чего я боюсь больше, чем монстров?
— Чего?
— Что когда все это закончится... ты вернешься к своим отчетам, а я к своим серверам. И мы снова станем чужими.
Лена молчала. Сердце стучало так громко, что, казалось, перекрывало гул далекого города.
— Я ненавижу отчеты, — прошептала она. — И я, кажется, начинаю любить сервера.
Марк медленно, словно давая ей последний шанс сбежать, положил руку ей на талию. Лена не сбежала. Она подалась вперед, и их губы наконец встретились — в поцелуе со вкусом дешевого кофе, пыли и отчаянной надежды.
Где-то в глубине цеха Георгий Иванович деликатно кашлянул и отвернулся, делая вид, что очень заинтересован ржавой арматурой. А Вика тихонько навела камеру телефона, но на этот раз не стала постить.
— Сохранить в черновики, — прошептала она с улыбкой. — Для свадебного видео.
Глава 12. Список покупок: Хлеб, молоко, огнемет
25 декабря. 16:30. Строительный гипермаркет «МегаСтрой»
Весь западный мир сейчас сидел за накрытыми столами, разрезал индеек и разворачивал подарки в уютном мерцании каминов. В Москве же этот день был обычным рабочим четвергом, но с привкусом шизофрении. Радиостанции крутили Синатру и «Last Christmas», создавая иллюзию глобального праздника, а люди в очередях зверели по-русски беспощадно, сметая с полок все, что не прибито.
Если ад существует, то в канун праздников его филиал открывается в отделе декора любого строительного гипермаркета.
Лена толкала перед собой огромную грузовую тележку, которая, по закону вселенской подлости, имела одно вихляющее колесо. В тележке уже покоился бензиновый генератор весом в сорок килограммов — сердце их будущей атаки. Рядом с ней, маневрируя между семьями, дерущимися за последнюю гирлянду со скидкой, шагал Марк. Он выглядел сосредоточенным, как сапер на минном поле, но периодически морщился от громкости «Jingle Bells», гремящей из динамиков.
— С Рождеством, что ли? — мрачно хмыкнул он, уворачиваясь от женщины с лыжами. — Чувствуешь дух праздника?