Последний Паладин. Том 15 (СИ)

— И как Княгиня я приказываю тебе мне больше не «выкать»! — властным голосом заявила Виктория Луговская.
— Как скажете… кхм… как скажешь… эм… госпожа? — расстерялся Альберт.
— Ой забудь… — закатила глаза и ударила себя по щекам Виктория, и только сейчас поняла, что улыбается, а на душе тепло и безопасно, — мне не хватало наших разговоров, Берти.
— Мне тоже, — признался здоровяк.
  
— Ха, я думала я тебя только и делала, что задирала, — засмеялась Княгиня Природы.
— Так и было, — легко согласился Альберт, — но это время было одно из самых счастливых в моей жизни.
— Одно из? — зацепилась за слово Виктория.
— Одно из, — невозмутимо подтвердил Альберт.
— Поня-я-ятно все с тобой, — ревниво протянула девушка, — сейчас ты счастливее значит. Так Маркус тебе важнее, чем я?
— Да, — легко подтвердил Альберт, и также легко добавил, — как и вам.
И от этих простых слов девушка покраснела и закашлялась, да так сильно, что помог лишь стакан воды и невероятное усилие воли.
После такого отрицать что-либо было глупо. Да и не хотелось Виктории, если честно, ничего отрицать.
— Так чем могу помочь? — нарушил неловкую паузу Альберт.
— Маркус позвал меня на восток, и я хочу поехать с ним, — взяла и выпалила как есть Виктория Луговская, и сама удивилась как легко ей это сейчас удалось и слова понеслись из ее уст сами собой, — но я чувствую, что это слишком эгоистично. Чувствую, что предам своих людей. Чувствую, что предам статус Княгини. Предам ожидания. Особенно после того, как я пренебрегала ими все эти недели… я хочу… очень хочу поехать… хочу стать сильнее… — прошептала она, проводя пальцем по артефактному браслету-кожуху с пульсирующими частицами Паладина Януса, — но чувствую, что поехать сейчас с Маркусом означает предать всех. Заявить всему миру, что Маркус для меня важнее Клана. В прошлый раз я уезжала тайком… но сейчас все заметят. Нас сегодня видели вместе репортеры и если я уеду во время этой шумухи… как я смогу называться Княгиней Природы⁈ Мои люди никогда этого не простят! — с огромным трудом сдерживая слезы, выпалила Виктория и, закрыв мокрое лицо рукой, замолчала.
— Ты говорила с ними об этом? — также тихо спросил Альберт.
— А? — опешила Виктория и сама не поняла от чего больше, от того, что Берти впервые в жизни назвал ее на «ты», или от его спокойного и ни капли не осуждающего тона.
— Ты говорила со своими людьми об этом? — уточнил уверенный и успокаивающий голос, словно старший брат отчитывал младшую сестру, — С чего ты вообще взяла, что тебя не простят? Вместо того, чтобы додумать все за других и разгонять свои страхи, просто поговори с ними. Искренне и открыто заяви, что хочешь поехать.
— Но ведь отец всегда…
— Покойный Князь всегда ставил своих подданых перед фактом. Он не думал о них. Не думал о их чувствах. Делал, что хотел, прикрываясь благом Клана. Ты не такая. Я это знаю. И твою люди это знают.
— Ты правда думаешь, что они поддержат мой эгоизм? — осторожно спросила Виктория.
— Я бы поддержал, — хмыкнул Альберт, — и уверен, что Хребет с Тохой поступят также. Пусть им твоя идея может не понравится, но, если ты скажешь прямо, они поймут. Поверь.
— Потому что приказ Княгини закон? — усмехнулась она.
— Нет. Они поймут, потому что Клану Природы нужна сильная Княгиня. Не сломленная и сомневающаяся в себе, а уверенная и идущая вперед. И если ради этого ты должна поехать на восток, едь.
— Берти, это точно все еще ты? Говоришь прямо как…
— Маркус? — засмеялся Альберт, — ну да, с кем поведешься, как говорится. Но про неуверенность и нервозность я не шучу. Хочешь не хочешь, а рано или поздно твои люди ее увидят.
— Рано или поздно… — начала было Виктория, а потом вдруг подскочила на месте, — Антон⁈ Неужели он тебе что-то сказал⁈
— Только то, что переживает. Не поверишь, но он тоже просил у меня совета. Искал силы в том числе ради тебя. Чтобы вернуться и привезти как можно больше полезных знаний. Чтобы помочь тебе с твоим бременем, разгрузить хоть немного. Именно поэтому Тоха сейчас терпит ту злобную бабку Марту. А это тяжело, уж поверь. Эта старуха меня чуть не грохнула, когда мы приехали в «Миротворец» в первый раз. Она реально жуткая. Мускулистый демон во плоти. И Антон терпит ее и делает все это ради своей Княгини. Потому что ты его попросила. Потому что не знает, как помочь иначе. Потому что переживает. И он такой в Клане не один. Ты в Клане Природы не одна.
Виктория Луговская слушала эти слова, а по ее щекам вновь текли слезы. Но на этот раз это были приятные слезы. Они словно вымывали из девушки всю неуверенность. Всю слабость. Все сомнения.
— Спасибо, Берти, — справившись с эмоциями, твердо произнесла Виктория, — теперь я точно знаю, как должна поступить.
— Вот и хорошо, — с нескрываемым облегчением в голосе ответил Альберт, — передавай Маркусу привет и присмотри за ним там.
— Обязательно, — улыбнулась успокоившаяся и повеселевшая Княгиня Природы, после чего повесила трубку и пошла собираться.
* * *
Положив трубку, цельнометаллический здоровяк зевнул так, что чуть не свернул забрало и покосился на сидящего в углу лагеря у стены светловолосого парня. Он, бледный как покойник, сидел с полуприкрытыми глазами, тяжело дышал, периодически стирая вытекающую из носа кровь белым рукавом, и в целом выглядел так, что вот-вот впадет в кому.
— Ты как? — подошел к парню Альберт.
— Н-нормально, — приоткрыв один глаз, ответил Денис.
— Да не звезди, — протянув ему флягу воды, хмыкнул цельнометаллический здоровяк, — я много за жизнь повидал, но лекаря в таком дерьмовом состоянии вижу впервые. По крайней мере живого.
— Хех, забавно, — болезненно скривился лекарь, — Маркус также говорил.
— О, понял! — спохватился Альберт, — надо ему фотку твою отправить. Сравним мнения.
— Эй-эй-эй! — вдруг нашлись силы распахнуть оба глаза и податься вперед у Дениса, — не надо! Слышишь! Не надо! Какое такое зло я тебе сделал⁈
— Ну не знаю… не принимаешь никакой помощи и собираешься молча сдохнуть? — поднял бровь Альберт, продолжая болтать флягой перед лицом лекаря.
— Понял, больше так не буду… — фыркнул Денис и, постанывая, взял флягу и жадно присосался к воде.
— Вот и славно, хороший мальчик, — похлопал Альберт блондина по голове и полез в сумку за лекарствами.
Разложил порцию для Дениса, после чего закинул сумку на плечо и подошел к сидящей неподалеку короткостриженой девушке, вокруг которой суетилось двое человек. Альберт за годы службы Ратником в опасных местах обычно знал, как оказывать первую помощь. Знал базовые основы целительства и способ применения всех полевых медикаментов Империи.
Даже глядя на одного из лучших лекарей Империи, он видел, чего тому не хватает для улучшения регенерации, но вот смотря на эту девушку с веснушками в виде крошечных камешков, он понятия не имел в каком она состоянии и что ей нужно.
Голодна ли? Обезвожена ли? Нарушен ли энергетический баланс? Работает ли регенерация? Есть ли переломы или скрытые кровотечения?
Вообще ничего. Альберт словно зеленый юнец стоял и хлопал глазами, боясь к девушке даже прикоснуться. Собственно, как и все остальные. Никто кроме Дениса не рисковал трогать Иру, но пока сам лекарь не может встать на ноги, нужно хотя бы осмотреть ее.
И с этой мыслью Альберт подошел ближе, склонился над девушкой и, задумчиво перебирая сумку с лекарствами, и бросая взгляды на пациентку, пытался понять хоть что-то.
— Как она? — раздался вдруг озабоченный тяжелый голос сбоку.
Альберт поднял голову и увидел там Беса. Такого же бледного, как и Денис. И одного взгляда на это хватило, чтобы поставить диагноз и сунуть каменному здоровяку успокоительное из портальных трав. Но вот с Ирой было не так просто…
  
— Без понятия, — наконец сдался и отстранился Альберт, — спроси у нее сам.
— Я же сказала, я в порядке! — в очередной раз возмутилась звонким голосом девушка.