Хозяин Пустоши. Книга 1 (СИ)
А потом стало интересно и отправился посмотреть, во что превратился тот рогатый заяц, что попал в паутину. Во мне теплилась надежда, что клыки и рога паук есть не стал, а из них может что-то получиться. Когда-нибудь, если все же найду травы.
Путь на поляну с паутиной я нашел быстро. За три дня обстановка изменилась. Полотен паутины стало больше, да и сами они стали больше и висели по периметру поляны за кустами. Чтобы жертва вышла и сразу запуталась. Какой умный паук. Я знал о ней, так что не влип. Но теперь в ней точно мог бы застрять человек или крупный зверь. Неужели паук отожрался? Или три дня назад он только начинал?
Теперь надо быть осторожнее — встреча с таким пауком рискует стать фатальной. А то и леший с этим зайцем, пойду я отсюда, пока хозяин не пришел. Но любопытство возобладало над осторожностью. Я осмотрелся.
С толстых веток свисало шесть коконов разного размера. Четыре из них точно могли хранить в себе людей. Да, паук молодец, в удачном месте растянул сети. Я начал искать глазами кокон с зайцем. Он должен быть небольшим и самым старым. Если паук его не оприходовал еще, конечно. И тут другой кокон пошевелился.
Я замер. Нет, не показалось — снова дернулся. Изнутри донеслось кряхтение и ворчание. Кажется, кого-то поймали совсем недавно и он еще живой.
— Не дергайся, еще сильнее запутаешься. — Донеслось сердитое из соседнего кокона. Женский голос, приглушенный, но я узнал — та самая девчонка с поляны. А дергается, значит, ее приятель Илья.
Я расплылся в усмешке. Допрыгались все такие крутые и самоуверенные. Но не успел я и рта раскрыть, как услышал за спиной шуршание. Медленно повернулся. И встретился с глазами паука. Со всеми четырьмя парами. Висел он даже не на нити, а на канате. Мохнатый, если судить по черному цвету, тот же, кого я видел три дня назад, только больше, размером с теленка. Отожрался. Я сделал шаг назад и замер.
Ходить задом там, где висит такая паутина — идея так себе. Но и поворачиваться к твари спиной не хотелось. К тому же я сильно сомневался, что убежать от нее получится. Оставалось драться.
Медленно, без резких движений, я выудил из рюкзака флакон с синим эликсиром, медленно выпил и убрал пустой флакон обратно. Между пальцев зазмеились молнии, прямо как тогда у девчонки. Видимо, паук почуял неладное или просто устал стоять и смотреть. И без разбега прыгнул на меня.
Я прыгнул ему под брюхо, перекатился, развернулся и встал на одно колено, чудом не влипнув в паутину. Тут же поднял руку и выпустил в паука молнию. В моем мире надо было произнести формулу намерения, тут же все определял выпитый эликсир и мысленное приказ мага — бить, бить сильнее, защищаться.
Молния попала в паука и его затрясло. Но стоило магии рассеяться, как паук отряхнулся, его жвала раскрылись, там появилось что-то белесое. Да что же в меня все плюют-то⁈ К тому же я ощутил, что магия начинает уходить из тела. Почему так быстро⁈ Минуты не прошло.
Я дождался, когда в меня полетит паутина, и снова прыгнул вперед. Паук не ожидал такой наглости и не среагировал. А я ухватил его за ногу и пропустил всю оставшуюся магию одним долгим потоком.
Паука затрясло, он стал еще более пушистым. Запищал. И задымился. Через полминуты он упал, поджав все лапы. Молния мелькнула меж пальцев еще раз и исчезла. Почему так быстро?
— Кажется, что-то случилось, — произнес Илья.
— Тише ты, — шикнула его подруга. — Еще услышат.
— Ну да, лучше сидеть тихо, чтобы никто не догадался и наверняка не выпустил вас, — с насмешкой заявил я. — А! Ой, как же я не подумал. У вас же все под контролем и это такой хитрый план. Не буду тогда мешать, только соберу всякое и пойду.
— Что? Эй! Нет-нет-нет, никакого плана! Выпусти нас! — взмолился Илья.
— Зачем? Это же все ваша добыча, а мне пора валить, — продолжил издеваться я, пока разрезал паука в надежде добраться до железы, что вырабатывала паутину.
— Мы тогда погорячились, — виновато сказала девица. — Думали, что ты из городских охотников. Выпусти нас, пожалуйста. Изгоям лучше держаться вместе.
Как раз к финалу ее покаяния я понял, что скорее испорчу паука, чем достану из него что-то. Забавная ситуация. Я был им нужен только для того, чтобы не умереть здесь и сейчас. После я вполне ожидаемо стану для них обузой и они наверняка захотят от меня избавиться. Они мне же мне нужны для познания этого мира. Значит, надо сделать так, чтобы я был им нужен. Как? Если не в роли сильного мага, то… в качестве лидера! Да, того, кто генерирует идеи и направляет. В конце концов я старше и опытнее, хоть по мне сейчас и не скажешь. В своем мире я создал корпорацию с нуля. Что мне мешает повторить успех? Вот он, мой стартовый капитал, трепыхается в коконах. Главное убедить их, что мы нужны друг другу, а не только они мне. Значит, нужно набить себе цену и впечатлить этих детишек.
— Ладно, хорошо, — сделал я вид, что сжалился.
Вытер испачканный в ихоре паука нож и осторожно разрезал кокон девицы. И поймал потом. Я едва удержался на ногах под ее весом. Да, над телом еще работать и работать. Мы встретились взглядами и она замерла, прямо как в дурацких книжках о любви. Я не собирался сначала замирать, какая ерунда, я же не пацан какой… а, ну да, как раз пацан. И тело среагировало соответственно от близости с красивой девушкой. Но я задушил пусть прекрасный, но такой неуместный сейчас порыв.
— Привет, — улыбнулся я. — Александр.
Я едва не представился по имени-отчеству, но вдруг понял, что у этой версии меня отца могли звать иначе. Да и глупо это в девятнадцать лет.
— Елена, — представилась она. — Освободишь моего друга?
— Разумеется.
Я отпустил ее и разрезал второй кокон. Илью я ловить не стал — задавит. Еще в прошлый раз заметил, что он мощнее меня. Он ожидаемо грохнулся на землю и с ворчанием поднялся.
Мы с ним оказались одного роста. Когда приведу себя в норму, будем примерно и одной комплекции. И примерно одного возраста. Он окинул меня оценивающим взглядом, усмехнулся и протянул руку.
— Илья Ларионов. Бывший барон графов Валуевых из Мценска.
Ага, мысленно кивнул я себе. Пока я сидел под деревом сразу после появления в этом мире, угасающая память дала мне общее представление о местном обществе. Во главе Российской Империи стоял, что не удивительно, император. У него ближний круг из великих князей. Городами правили князья и совет графов. Их вассалы имели титул барона. Изгнанники лишались титулов и вообще всего. Только перстни им оставляли, потому что их не снять, разве что отрезать палец.
В этот момент у меня начал зарождаться план, куда двигаться дальше. А пока я пожал руку Илье. Краем глаза заметил печатку с топазом у него на пальце — на две ступени выше меня.
— Я тоже из Мценска. Бывшая графиня Денисова, — с горечью усмехнулась Елена.
— Александр Образцов, бывший граф из Орла, — на их манер представился и я.
— Давно ты тут? — спросил Илья.
— Четыре дня. А вы?
— Полтора месяца, — поморщился он. — За что тебя? Образцовых, вроде, мало осталось.
— У князя Голицына появился более удобный человек на наше место в совете города. А отец оказался очень неудобен. Его убили, а меня обвинили в покушении на князя. Хотя куча народа видела меня в это время в баре. Но у всей кучи случилась амнезия, конечно же, — усмехнулся я.
И это было даже правдой. Без лишних деталей о запое и безделье бывшего хозяина моей тушки, но правдой. Снова задавать встречный вопрос я не стал — захочет, сам расскажет.
— А я просто лишним оказался. Четвертый сын. Они, видите ли дочку хотели, а тут я с пи… кхмм… парень, в общем, — быстро поправился он, покосившись на Лену.
— Меня обвинили в непристойном поведении, недостойном титула, — в свою очередь рассказала она. — А если откровенно, то княжеский сынок не хотел на мне жениться и выдумал сказочку.
Не нравился мне ее тон. Нечто затаенное в нем слышалось, не все Елена рассказала, что-то личное оставила. Впрочем, это и понятно, мы еще мало знакомы, нет повода доверять и откровенничать.