Трон галактики будет моим! (СИ)

К тому же — Дарья.
Я пока ещё толком не решил, но уже сердцем чуял, что лучше пока что двигаться куда-то в этом направлении.
Но было бы странно сдрейфить мне из-за такой ерунды, как матримониальные хотелки радушного папаши.
— Будьте уверены — я от такой ерунды никуда не улечу. слушайте, может, у него и экскаватор завалялся? Я тут занялся расчисткой города.
Илья с Алевтиной в этот момент странно переглянулись.
  
— Ты ему что, не рассказывал? — спросила супруга Илью.
— Не-а, — ответил тот.
— Ха! Тогда пусть это будет сюрпризом. Приезжай послезавтра утром, Саша, — сказала Алевтина. — Познакомим мы тебя с папенькой.
На следующий день мы продолжали раскопки, ещё чинили водопровод, а Дарья ковырялась со Скотинкой. Обычный такой день, и закончился он вполне обычно — совместной трапезой с видом на взлётку.
Которая прервалась в самом разгаре, потому что глазастая Октавия, сторожившая наш ужин, резко встала, вглядываясь в горизонт, и сообщила:
— Есть оптический захват. Опасность. Вижу опасность. Приближение глайдера. Приближение неопознанных… неопознанных сущностей.
Я тут же отложил трапезу, встал наизготовку.
— Насколько сильно неопознанных?
— Наземные хищники. Местная фауна. Крупные. Двуногие. Пять особей.
— А догоняющий?
— А я его узнаю! Это ж Петенька Скорый! — вдруг воскликнул Семёныч. — Глянь-ка, удирает от кого-то!
— Ну чего, к оружию, господа, — предложил я, не дожидаясь объяснения, кто такой Петенька.
Раз Семёныч сказал, что знает, кто это — не стал даже уточнять, выхватил бластер и пошёл вслед за мной, прикрывая сзади. А Дарья с Октавией поспешили обходить сбоку.
Глайдер ворвался на поле, резко развернувшись боком и затормозив прямо перед нами.
Странненький глайдер, как я смог разглядеть его под светом далёких прожекторов зала ожидания. Открытый, ржавый, всего с одной дверью из четырёх. А вместо задних сиденьев — грубо сваренные конструкции, вокруг которых, слегка прикрытые синтетической тканью, бренчали на ветру металлические клетки, из которых доносилось…
Щебетанье. Не, я прекрасно узнал этот тихий звук. Космические куропатки, одомашенный и выведенный ещё в древности вид домашней птицы. Самый неприхотливый: лысые, без перьев, жрут что попало, быстро плодятся, легко разводятся на кораблях малой размерности и дальних рейсов.
Куропаточник к нам в гости пожаловал, выходит?
Я зашагал вперёд. А водитель резво выпрыгнул из глайдера и прыгнул навстречу ко мне. Худой, взлохмаченный, в обносках, и тут же отрапортовал:
— Семёныч! Запрашиваю!.. Запрашиваю политическое убежище на территории имперского города Королёв!
А вот тут вот — молодец. Знает статус города, и вторгся в границы со всем уважением. Границы города, конечно, в паре километров от взлётки начинаются, но да кому до этого дело — забор на девяносто процентов отсутствует, ещё восстанавливать и восстанавливать.
— Октавия. Пока не забыл — внести в список задач восстановление забора. Важность задачи — ниже средней, — а затем повернулся к нашему гостю. — Политическое убежище я, как полицейместер города Королёв, предоставляю. Назовитесь по протоколу.
— Петька я… Скорый… Сорок лет. Холост… разведён. В пиратской деятельности не состою. Род деятельности — животноводство!
С этими словами он выразительно погрозил указательным пальцем. Мои дамы тем временем внимательно выцеливали кого-то в темноте, стоя у меня за спиной.
— Это же… да точно… не может быть! — слышал я их реплики.
Я же тем временем продолжал выполнять бюрократические процедуры.
— Причина затребования политического убежища? — спросил я.
— Да раптики за ним гонятся! — сообщила Дарья. — Вон они! Две самки, похоже, и три подростка.
Я прищурился, глаза уже привыкли к освещению, и я действительно их увидел. Пять штук стояли прямо на границе взлётки и окружающей её пустыни. Что-то среднее между динозаврами-велоцерапторами и страусами. Здоровенные, под два метра ростом, худые, с длинными шеями и хвостами, похожими на сорочьи. Но бошки крупные, с зубастыми такими клювами, скорее напоминавшими челюсти.
Петька часто закивал.
— Ей богу — гонятся! Съесть хотят моих куропаточек! Выследили! Почти неделю уже за мной гонятся. Тысячу километров уже намотал! От самого кислотного озера и на север. Только спать улягусь — к утру меня Дрюня меня будит, говорит, приближаются!
— Кто тебя будит? — переспросил я.
— Бонжюр, месье! — послышался бархатный баритон из глайдера. — Меня зовут Андрон, я робот-компаньон Петра, к вашим услугам.
Только вот робота никакого я там не увидел. Ну да ладно. Я повернулся к Октавии:
— Что-нибудь знаешь о раптиках?
— Раптус стайный обыкновенный, в простонародии — раптик, — коротко кивнула Октавия. — Хищное стайное животное Восточной Герберы. Средне-высокий класс опасности.
— О ля-ля! — снова послышался голос из машины. — Какой ангельский голос я слышу. Скорее, скорее дайте взглянуть мне на обладательницу столь прелестного голоса?
Мне, в свою очередь, тоже уже не терпелось посмотреть, кто это там вещает. Похоже, робот-компаньон у нас куртуазный обольститель, кибернетический дон Жуан.
— Фигня какая-то, — заявила Дарья, опуская ружьё. — Они бы не стали гнаться. В песках пищи хватает безо всяких куропаток, папа же говорил — месяц назад дожди были. Пётр, ты что-то темнишь!
— Дарья, рекомендую вам снова взять под прицел данных представителей фауны! — попыталась возразить Октавия. — Господин рыцарь в опасности. Очевидно, что это хищники, преследовавшие дичь! А дичью мог быть и сам гражданин. А теперь и все вы тоже!
Дарья покачала головой.
— Октавия, ты, конечно, девушка сообразительная, но я здесь жила и даже в школу ходила. Раптики — шибко умные. Людей на сотню километров обходят. На них же пустынгеры охотятся уже много столетий, и раптики научились от них скрываться. Им неприятности не нужны. За всю историю всего пара нападений была.
Я решил, что в данном вопросе следует больше доверять Дарье, чем Октавии, и вопросительно посмотрел на Петра. Тот отвёл взгляд.
— Ну… да… есть такое, да… Ну… Я прознал про племя пустынгеров одно. На задней границе Восточной и Западной. Они, говорят, раптиков — энто самое.
Он снова глаза отвёл.
— Чего? — насторожился я.
На пустынных планетах каких только извращений не насмотришься. Тем более — разведён…
— Приручают они их. Ну и я подумал — а чего мне только вот с этой мелюзгой водиться, когда можно центнер мяса получить.
— И ты украл их яйца, — обречённо возвела очи горе Дарья. — А они за тобой гнались. Мда… Ты понимаешь, насколько у них мощный родительский инстинкт?
— И они теперь запомнили и нас.
— Ага, — кивнула Дарья. — И будут нас преследовать, пока не отомстят.
Я уже заметил, что ситуации, когда Дарья соглашается с Октавией — очень хреновые. И Октавия это почувствовала. Подняла свой супербластер и наставила на мечущаеся силуэты хищных птиц.
Что ж, пришло время решить наш дипломатический ксено-конфликт. Мало кому захотелось бы, чтобы вокруг его города разгуливала стая полуразумных двухметровых тварей с нереализованной жаждой кровной мести.
  
Глава 15
 
Сюрпризы на грани военного конфликта
 
— Хоть уцелели? — первым делом уточнил я.
— Уцелели… вот! — он подбежал к одной из клеток и открыл шторку.
Там, обложенная тряпьём, виднелась какая-то хитрая кулибинская приспособа из пластиковых контейнеров, воды, нагревателей, подсветки и прочего. Своего рода инкубатор.
А в середине виднелись яйца — чуть меньше страусиных, в крапинку и с полосочками.
  
— Я и температуру замеряю каждые два часа, и воздушный режим обеспечиваю, и всё прочее. По-научному подошёл.
— Сколько? — спросил я.
— Что сколько?.. А. Семь. Семь яиц я отобрал. У одной было четыре, у другой — три…
Я на миг задумался, а затем принял решение.