Профессионал. Мальчики из Бразилии. Несколько хороших парней

— Ну все, хватит. Она поняла, — вмешался сидевший понуро Каффи.
— Я пойду позвоню жене, — и Сэм быстро направился к выходу.
— Ты почему так их ненавидишь? — вопрос Джоан заставил Уэдберга остановиться. Его лицо гневно запылало.
— Они избили слабого парня. Вот и все. Все остальное — это просто дымовая завеса. — Сэм от возмущения даже стал заикаться. — Они мучили и били слабака, они не любили его, потому и убили. А почему? Да потому, что он бегать не мог быстро.
— Тихо, тихо вы! — Дэнни решил положить конец этой перепалке. — Все, сегодня отдых. Мы и так работаем по двадцать часов уже три с половиной недели. Все, отдыхаем! Сэм! Отправляйся к жене, дочери… — Каффи помахал Уэдбергу.
— А ты, Джо, — и он ободряюще похлопал Джоан по руке, — займись тем, чем ты обычно занимаешься.
Дэнни взял свой портфель и, уже открывая огромную дубовую дверь, спросил:
— Завтра какой день?
— Суббота, — чуть слышно произнесла Джоан.
— Суббота, хорошо… — Каффи кашлянул в кулак. — Значит, завтра встречаемся в десять.
— А почему ты таких любишь? — вопрос Сэма остановил Джоан.
Она подошла к Уэдбергу так близко, что он смог увидеть маленькое родимое пятнышко на девичьем подбородке и, глядя на Сэма своими пронзительно-синими глазами, которые сейчас предательски блестели от слез, произнесла:
— Потому, что они стоят у стены и говорят нам: «Ничего с вами, ребята, не случится, пока я на дежурстве».
— Ладно, — пробурчал Сэм, — про врача — забудь. В понедельник мы начинаем битву.
  
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЯТАЯ
 
Дэнни, в спортивном трико и с битой на плечах, расхаживал из угла в угол своей кухни.
Телевизор испускал истошные вопли, был слышен топот ног, удары мяча — транслировался очередной бейсбольный матч.
В дверь постучали. На пороге возникла запыхавшаяся Джоан. Дэнни восхищенно присвистнул — синяя пушистая кофточка выгодно оттеняла глубину глаз и белизну шеи Джоан. Девушка нерешительно переступила порог, долго осматриваясь вокруг, словно попала в этот дом впервые, а потом произнесла:
— Извини, что побеспокоила. Может, нужно было сперва позвонить?
— Нет, нет, заходи. Я просто смотрю телевизор, — пригласил жестом девушку Дэнни.
— Я подумала, ну если я приглашу тебя на ужин… — эти слова Джоан едва выдавила из себя.
— Ты приглашаешь меня на свидание? — в глазах Дэнни загорелся огонек интереса.
— Нет, — твердо сказала Джоан.
— А похоже, что приглашаешь. Меня раньше часто звали на свидание, — начал Дэнни, поигрывая битой.
— Я знаю очень хороший морской ресторанчик… — Джоан смущенно опустила глаза.
  
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ШЕСТАЯ
 
Официант на вытянутой руке поднес огромное блюдо, доверху наполненное омарами. Смеясь и подшучивая друг над другом, Джо и Дэнни колотили молоточками по опаловым клешням омара и с аппетитом уплетали сочное мясо.
— А мое третье дело — пьяная драка в ресторане. — Джо облизала пальцы и с улыбкой добавила: — Девять недель — ты понимаешь? — девять недель я вызывала всех свидетелей.
— А что предлагал прокурор? — поинтересовался Каффи.
— 15 суток, — Джоан ловко подхватила двузубой вилкой кусочек омара.
— Черт, из-за 15 суток ты корпела эти 9 недель? — не то восхитился, не то возмутился Дэнни.
— Но потом меня перевели в отдел внутренних расследований, где я получила две медали и две благодарности… — Джоан стала глотать устрицы.
— Ты почему это все говоришь мне о своем послужном списке? — сообразил вдруг Дэнни.
— Потому, — лицо Джоан сразу стало серьезным, — потому, что я хочу, чтобы ты думал, что я — хороший адвокат.
— Я так и думаю, — кивнул Дэнни.
— Нет, не думаешь, — Джоан вытерла салфеткой руки и стала говорить, будто гипнотизируя, глядя Дэнни прямо в зрачки. — А я думаю, что ты — просто исключительный адвокат! Я смотрела сегодня — ты просто всех заворожил, ты всем понравился. Я думаю, ты всех убедил и в итоге Доусон и Дауни будут тебе жизнью обязаны.
— Джо! — Дэнни слегка поперхнулся. — Я думаю, ты должна понимать, что мы проиграем это дело. Ведь то, что говорил в своем заявлении Росс — это правда! Ну предположим, они действительно получили приказ и это имеет значение для суда… — Монолог давался Дэнни с огромным трудом. — Но все равно — они обвиняются в убийстве.
 
— Ничего, мы все равно найдем Маркинсона, — убежденно заявила Джоан.
— Джо! Мы проиграем это дело. И проиграем с треском! — на лице Дэнни отчетливо выступило выражение такой обреченности, что у Джоан защемило сердце, а глаза стали темными и влажными…
  
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ СЕДЬМАЯ
 
В понедельник военный трибунал представил первое слово защите в лице адвоката Даниэла Каффи.
Кресло свидетеля занял высокий стройный капрал Джефри Барэнс.
— Скажите, капрал, когда устраивают красное наказание пехотинцу? — задал Дэнни свой первый вопрос.
— Ну, это тогда, если он опаздывает, если у него непорядок в комнате, если он отстает во времени пробежек, — перечислил капрал.
Каффи выдержал паузу:
— У вас когда-нибудь было красное наказание?
— О да, сэр, — улыбнулся Барэнс. Там была такая жара, а у меня были потные ладони… — доверчиво сообщил капрал. — А я ладони не помазал, как нам велели.
— И что же случилось? — поинтересовался Каффи.
— Ребята мне в ту ночь устроили темную, набросили на голову одеяло, били меня 5 минут, а потом облили клеем. Вообще-то мне это помогло — больше я никогда с тех пор винтовку не ронял, — с гордостью закончил капрал.
Тогда Каффи начал задавать вопросы так быстро, что капрал едва успевал с ответом.
— А рядовой Сантьяго когда-нибудь опаздывал?
— Да, сэр.
— У него был беспорядок в комнате?
— Да!
— Отставал он во время пробежек?
— Всегда, сэр!
— Когда-нибудь, не считая 6 сентября, ему устраивали красное наказание?
— Нет? сэр! — Барэнс отрицательно замахал головой. — Никогда!
— Вам устроили красное наказание за то, что у вас руки вспотели, — Каффи подошел к креслу свидетеля. — Так почему же Сантьяго не устраивали такого наказания? — Дэнни напряженно ждал ответа.
Напряжение охватило и всех присутствующих на процессе. Стало очень тихо, и в этой тишине слова Барэнса прозвучали как гром среди ясного неба.
— Доусон не позволил бы, сэр!
— Доусон? — переспросил Каффи.
— Да, многие хотели бы рассчитаться с Сантьяго, но боялись Доусона, — капрал с нескрываемой неприязнью глянул в сторону обвиняемых.
Огромный Доусон сидел по-прежнему невозмутимо. Со стороны казалось, что все происходящее в суде вообще касается не его.
— Протестую! — поднялся с места представитель обвинения.
— Хорошо! — согласился с ним Каффи. — Спросим по-другому. Барэнс, вы хотели когда-нибудь устроить Сантьяго красное наказание?
— Да, сэр! — согласился капрал.
— А почему не делали этого? — Дэнни повернулся к улыбающемуся Джефри.
— Потому что Доусон мне бы так врезал, сэр!
— Ну ладно! Сейчас вас кое о чем спросит капитан Росс.
Каффи сел и стал перешептываться о чем-то с Джоан.
— Капрал Барэнс! — голос Росса зазвенел под высоким потолком зала. — У меня — Устав американских вооруженных сил, — и он протянул Джефри толстую книгу в черном переплете. — Вы знакомы с ним? Вы его читали?
— Да, сэр! — отрапортовал капрал.
— Раскройте мне главу, где описывается красное наказание, — предложил Росс.
— Сэр? — вопросительно взглянул на него Барэнс.
— Найдите, пожалуйста, мне здесь эту главу, — настаивал капитан.
— Ну, сэр, — растерялся капрал, — красное наказание — это просто наше выражение такое.
— А, ну хорошо, — и, не давая Барэнсу опомниться, капитан забрал у него Устав и возвратился на место. Он взял со стола очередную книгу и вновь обратился к Джефри: — Вот у меня Устав внутренней службы базы Гуантанамо, Куба. Здесь наверняка есть красное наказание. Правильно?