Профессионал. Мальчики из Бразилии. Несколько хороших парней
Синие глаза Джоан стали черными от закипевшей злости.
— Моя работа — следить за тем, чтобы вы выполняли свою работу. Я специальный консультант отдела внутренних расследований. Так что я имею право командовать вами, — в ее голосе послышалась угроза. — Прочтите письма. И когда вернетесь с Кубы, чтобы мне на стол был положен отчет! — Джоан встала из-за стола. — Вы свободны. Можете идти! — четко прозвучала команда.
Сэм Уэдберг, пятясь к двери, извиняющимся тоном проговорил:
— Простите его, он сейчас немного занят. В четверг его команда играет против «Медиков».
ГЛАВА ПЯТАЯ
Письмо было написано по-детски ровным почерком:
«Уважаемый сэр! Меня зовут Уильям Сантьяго. Я нахожусь сейчас на базе Гуантанамо, Куба. Я часто отстаю, но не потому, что я ленивый, а потому, что у меня тошнота и кружится голова. Я однажды бежал со всей выкладкой по горе. А меня сержант толкнул, чтобы я бежал быстрее. Я упал и потерял сознание. Меня привезли в больницу и сказали, что у меня просто истощение и солнечный удар. Я прошу вас, сэр, помочь мне, чтобы меня перевели с этой базы.
Уильям Сантьяго
Американская военно-морская пехота.
P.S. Я готов дать необходимую информацию относительно незаконной стрельбы за пределами периметра в ночь со 2 августа».
Полковник Джессоп отшвырнул письмо:
— Кто такой этот Уильям Сантьяго? — спросил он у стоящего перед его столом навытяжку офицера. Светлые, почти оловянного цвета глаза полковника пробуравили лейтенанта.
— Рядовой Сантьяго — это 2-й взвод, — отрапортовал он.
— Браво, сэр! — захлопал в ладоши полковник. — Ну, судя по всему, он у нас здесь не очень счастлив в нашем раю, так как он письма написал уже всем, кроме Деда Мороза, — сарказм Джессопа достиг апогея. — И еще требует, чтобы его перевели, сообщив про стрельбу за пределами периметра… Мэтью!
Сидящий рядом с полицейским офицер, в очках в тонкой золотой оправе, медленно оторвал взгляд от только что прочитанного Джессопом письма:
— Я возмущен! Этот парень настучал на своих, не говоря уж про то, что он нарушил необходимую иерархию. И что это за морской пехотинец, который не может нё упасть, добежав отсюда до туда?.. Да что у вас там, черт возьми, за фальцет.
— Я думаю, лучше вести разговор наедине, — вкрадчиво заметил Джон Кендрик.
— Не нужно, — оборвал его подполковник. — Я сам разберусь со своими людьми.
— Да уж помним историю с Сэмом Бьюлом, — съехидничал лейтенант.
— Не прерывайте меня, я старше вас по званию… — недовольно произнес Маркинсон.
— А я — старше тебя, Мэтью! — буквально зашипел на него Джессоп. — Я хочу знать, что мы будем с этим делать? — лицо полковника стало жестким.
— Я думаю, что Сантьяго следует перевести с базы немедленно, — Маркинсон снял очки и начал протирать стекла безукоризненно чистым носовым платком. — Ведь если кто-нибудь узнает про эти письма…
— Перевести Сантьяго, — задумчиво промычал Джессоп, не сводя взгляда с золотой дужки окуляра. — Да, конечно, ты прав! — продолжил полковник и подошел к окну. Он несколько минут молча рассматривал учебный плац, на котором пехотинцы выполняли учебные задания.
Потом Джессоп повернулся к офицерам и, подняв высоко указательный палец, будто одновременно разговаривая с кем-то свыше, продолжил, обращаясь к Маркин-сону:
— Наверно, Мэтью, так и надо поступать. Но погоди! У меня есть идея получше. А может, переведем весь взвод, а? — лицо полковника озарилось хитрой улыбкой. — Хотя нет. А давайте вообще всю дивизию переведем с базы, а?.. Джон! — он окликнул лейтенант — Поди, собери ребят и скажи им, чтобы подготовили свои вещички…
Джессоп неожиданно нажал кнопку вызова дежурного. Через секунду сержант возник на пороге:
— Сэр!
— Том! Пожалуйста, свяжи меня с Президентом. Мы уступаем нашу базу кубинцам, — распорядился Джессоп.
— Слушаюсь, сэр! — сержант направился к двери.
— Подожди, Том, — вернул он дежурного. — Не связывай меня пока с Президентом. Я думаю, нам есть смысл сначала обсудить все это с присутствующими, — и полковник обвел офицеров тяжелым взглядом. — Может быть, я говорю, может быть, у нас есть какая-то ответственность, как у офицера, тренировать Сантьяго? Готовить его? Может быть, мы, как офицеры, ответственны перед нашей страной за то, чтобы мужчины и женщины, которые отвечают за безопасность этой страны, должны быть профессионалами — где-то я читал об этом однажды?.. — Полковник Джессоп, как хороший актер, упивался той ролью, которая ему сейчас досталась. Он то закатывал глаза, то взмахивал в ужасе руками, то бесконечно теребил свою седеющую голову — в общем, сегодняшний спектакль удался Джессопу. — И вот теперь я подумал, подполковник Маркинсон, что ваше предложение перевести Сантьяго — так, разумеется, это и безболезненно, но как бы это вам сказать — не по-американски! — Джессоп сделал длительную актерскую паузу и выдохнул: — Сантьяго останется здесь!
Это прозвучало из его уст как приказ.
— Мы его будем учить! Джон! — полковник подошел к Кендрику. — Ты за него отвечаешь! Если Сантьяго не сможет сделать нужные зачеты — я буду тебя считать виновным. Я убью тебя!
— Так точно, сэр! — с готовностью ответил лейтенант.
— По-моему, это ошибка, полковник! — Маркинсон подошел к Джессопу.
— Мэтье! По-моему, нам действительно стоит поговорить наедине… — Джессоп легонько подтолкнул Кендрика. — Джон! Это все! Встретимся в клубе вечером. Там пообедаем и посоветуемся, как нам тренировать Уильяма Сантьяго… — по-отечески Джессоп похлопал лейтенанта по плечу.
— Я с удовольствием выслушаю ваши предложения, — Кендрик в мгновение ока исчез за дверью.
— Мэтью! — полковник выдвинул ящик своего стола и достал коробку с сигарами. Затем выбрал одну и аккуратно обрезал ее кончик золотыми ножницами. Поднес зажигалку и сладко затянулся. — Садись, Мэтью, — любезно предложил он Маркинсону. — Что ты думаешь о Кендрике?
— Ну, я не думаю, что он имеет какое-то значение… — начал подполковник.
Джессоп резко прервал его на полуслове:
— Я тоже думаю, что он — хорек. Но прекрасный офицер. И, в конце концов, с ним можно договориться, как командовать, — полковник, не моргая, долго всматривался в умное, интеллигентное лицо Маркинсона. — Мы должны помнить, что мы спасаем жизнь, Мэтью! Это наша ответственность и относиться к этому нужно очень серьезно! И я считаю, что если какой-то пехотинец, который не готов к выполнению задания…
Маркинсон встал:
— Это означает подвергать жизнь людей опасности, — подполковник поправил очки и собрался уходить.
— Сядь, Мэтью! — пролаял Джессоп. Он весь ощетинился, даже короткая стрижка его стала похожа на шомпол. — Мы знакомы с тобой не первый день, не так ли? Нас вместе призвали, мы вместе закончили академию, — Джессоп говорил медленно, будто процеживал каждое слово через свои длинные зубы. — Мы вместе с тобой были во Вьетнаме… Но меня повысили и все время повышали успешнее и быстрее, чем тебя, — Джессоп как-будто гипнотизировал Маркинсона своим холодным стальным взглядом, — если это источник напряжения или неловкого положения — мне глубоко насрать на это! Понятно? — спросил Джессоп.
Маркинсон ни единым жестом не выдал своего состояния.
— Мы должны думать о том, что мы спасаем жизни людей, подполковник Маркинсон! — приказной тон Джессопа стал крепнуть. — И никогда не нужно подвергать сомнению мои приказы, когда здесь присутствуют младшие по званию. — Этими словами Джессоп дал понять, что аудиенция закончена.
ГЛАВА ШЕСТАЯ
На бейсбольной площадке Каффи отрабатывал удары левой.
К сетке, отделяющей игровое поле от газона, решительно подошла Джоан. Она окликнула Дэнни:
— Лейтенант Каффи! Я хочу поговорить с вами о капрале Доусоне и рядовом Дауни.
— Доусон и Дауни… Что-то я вроде слышал про них… — поднимая биту над головой, промычал Каффи.