Чума Эпсилона (СИ)

Правда, ничего при этом не заработав.
Если же расследование уже завершено и Содружество понятия не имеет, какие ценности могли быть на погибшем корабле, то весь этот хлам оттащат на сортировочную станцию, где местные выудят из кучи самое ценное, а остальное отправят на переработку.
Тоже рискованная ситуация, конечно, но разобраться с ней будет куда проще, чем с военной базой, набитой боевыми механизмами и солдатами Содружества.
  
Может быть, мне даже удастся свалить по-тихому и не оставить за собой очередную порцию трупов.
  
Глава 12
 
В какой-то степени мне повезло.
Ну, знаете, в том смысле, что все могло бы быть еще хуже.
Мусорщик не отвез нас на закрытую военную базу, где бы меня сразу обнаружили и с которой невозможно было бы выбраться. Если бы отвез, наверное, на этом моя история бы и закончилась. Меня или выдали бы Кэмпбеллу в обмен на какой-нибудь пакет технологий, или попросту тихо шлепнули бы где-нибудь в подвале, чтоб не отсвечивал.
А артефакт Предтеч, разумеется, забрали бы, так что хотя бы имперская разведка осталась в плюсе.
Но мусорщик очевидно не получил на этот рейс никаких специальных указаний и оттащил весь собранный в космосе хлам на сортировочную станцию.
Плохая новость заключалась в том, что это было орбитальная сортировочная станция. Она обращалась вокруг промышленной планеты Эпсилон-4, на которой было всего несколько человеческих поселений и целая сеть добывающих и перерабатывающих комплексов.
Сортировочная станция, разумеется, была полностью автоматической. Большая, пустынная, обслуживается роботами…
С одной стороны, это здорово облегчало задачу, ибо в целях экономии бюджетных средств последнее обновление здесь накатывали едва ли не в середине прошлого века, и я смог взломать систему и стать для местного дешевого нейромозга невидимым даже из базового профиля.
С другой же стороны, пребывание на ней не обещало быть комфортным. Ибо в целях той же экономии бюджетных средств на ней даже внутренней атмосферы не было. Автоматам для работы воздух не нужен, а люди здесь настолько редкие гости, что могут и в скафандрах походить.
Держать склад запасных баллонов кислорода куда дешевле, чем поддерживать атмосферу на всем комплексе.
Мусорщик запулил груду космического хлама в огромный открытый ангар и отвалил обратно бороздить космические просторы. Манипуляторы живо взялись за дело, и я тоже. Они успели разобрать только половину кучи, как я уже взломал систему и внес в программу необходимые корректировки.
Я выбрался из капсулы, прихватив с собой только самое необходимое барахло — дорожный кофр и оружие. Роботы не обратили на меня никакого внимания и продолжили свою работу.
Первым делом я добрался до склада с запасными баллонами кислорода и убедился, что они заправлены и присутствуют в должном количестве. Глупо было бы проделать весь этот путь, чтобы в конце концов умереть от удушья.
Интересно, сколько бы прошло времени, прежде чем кто-то обнаружил мой труп и как бы они попытались объяснить, откуда он тут вообще взялся…
Но с баллонами все было в порядке. Их было достаточное число и они были заправлены, так что я смог бы продержаться там несколько месяцев.
Станция обслуживания скафандров тоже имелась в наличии, хотя и была законсервирована. Однако, при желании я мог бы запустить ее в работу меньше, чем за час, после чего станет возможным получать запасы питательной смеси и удалять отходы жизнедеятельности в течение тех же нескольких месяцев.
Самая плохая новость заключалась в том, что риски застрять тут на несколько месяцев были вполне реальны.
У станции отсутствовало регулярное сообщение с планетой. По мере накопления ценных материалов, добытых мусорщиками по всей системе, сюда присылали транспорт, который отвозил все это вниз, на перерабатывающие заводы, нуждающиеся в подобном сырье. Прошлый транспорт побывал тут всего пару недель назад, так что следующего ждать можно было очень долго. Судя по отчетам системы, груз для него был сформирован всего на двенадцать процентов.
Но я не стал впадать в отчаяние.
— Надо было захватывать мусорщик, — сказал Генри.
— А смысл? — спросил я. — Прыжкового двигателя у него нет, на планету он сесть не может, а на станции нас ждут ребята Кэмпбелла. Так и болтались бы в космосе, пока на корабле бы что-нибудь не отхлебнуло. А оно бы обязательно отхлебнуло, потому что к длительным полетам такие корыта не приспособлены.
— Ладно, другой вариант. Нас притащили близко к планете, и мы вполне можем сесть на капсуле.
— Не можем. Это Содружество, здесь чуть ли не у любого крупного астероида есть собственная орбитальная оборона, а на капсуле нет местных кодов безопасности. Я не смогу взломать систему снаружи, и, тем более, за то время, которое понадобится ей для залпа.
— Тогда давай подделаем отчеты, чтобы транспорт за хламом пришел раньше.
— Думаешь, никто не обратит внимания на отклонение от обычного графика?
— Ты прав, кэп, — сказал он. — Но что с того? Любая наша попытка отсюда выбраться с их точки зрения будет каким-то отклонением, и они в любом случае что-то заметят. Предлагаешь сидеть здесь и соблюдать их график? Когда там следующий рейс?
— Судя по отгрузочному журналу, через два-два с половиной месяца, — сказал я.
— Ты ж сам помрешь от скуки, кэп. Если раньше не помрешь от голода, жажды или кислородного голодания. Кроме того, мы не уложимся в сроки, поставленные имперской разведкой.
— Мы в них уже в любом случае не уложимся, — сказал я.
Единственный способ соблюсти сроки — это прямо сейчас подать сигнал «SOS» и вручить артефакт Предтеч примчавшейся на него спасательной команде.
Генри при этом сразу же уничтожат, а меня, в лучшем случае, запрячут в тюрьму до конца моих дней. Возможно, тихое ожидание транспорта действительно является не таким уж плохим вариантом.
Тем временем, я изучал местные протоколы безопасности.
На станции нужно было что-нибудь сломать. Поломка должна была выглядеть случайной и в то же время быть достаточно серьезной, чтобы с ней не могла справиться местная автоматика. Но не слишком серьезной, чтобы они не подогнали сюда целый батальон техников.
Пара ремонтников с поверхности, больше мне не нужно.
Через несколько минут размышлений я наконец-то додумался, что можно ничего не ломать, а просто отправить сигнал о поломке от имени местного нейромозга.
Я поделился своими соображениями с Генри и через собственный канал дал ему доступ к местным техническим файлам. Пусть изучит и придумает, что тут можно виртуально поломать для отправки бригады. Ему все равно больше заняться нечем.
Пока он придумывал, я прогулялся по станции.
Смотреть тут было особо не на что. Во-первых, тут было темно, потому что автоматике свет тоже не очень-то и нужен. Во-вторых… ну, тут ничего и не было. Бесконечные широкие коридоры, по которым двигались грузовые тележки, и куча ангаров, в которые они складировали все это барахло. По сути, работа шла только в сортировочном блоке, вся остальная станция выглядела пустыней без малейших признаков даже механической жизни. Когда ее строили, в проект явно закладывали другие объемы. Или, может, раньше в местной системе больше мусора летало.
— Нашел, — сказал Генри. — Нарушение работы системы охлаждения. За последние десять лет по этой причине бригада вылетала сюда целых четыре раза, последний был два года назад. Думаю, что это не должно вызвать подозрений.
— Отправляй сигнал.
— Сделано, — доложил он через пару секунд. — Значит, мы опять угоним корабль?
  
— Возможно, — задумчиво сказал я.
— Там будет два техника, — сказал он. — Как ты собираешься поступить с ними?
— По ситуации.
— Полундра, на абордаж, пленных не брать?
— Они не комбатанты.
— Попутный ущерб, делов-то.
— Это непрофессионально, — сообщил я без меры кровожадному нейромозгу.
— На кону вопрос нашего выживания, — напомнил он.