Большой игрок 2 (СИ)
Я собрал все внимание на пальце, стараясь принять всю гамму болезненных ощущений. А через миг частицы горящего табака яркими искрами упали на тротуар. Парень с удивлением обнаружил, что его сигарета неведомым образом потухла и ее кончик смят, будто он что-то им задел. Я же, не знаю как насчет ожога, но великолепный опыт я точно получил.
Мне захотелось выкрикнуть от восторга. Это же успех! Большой успех, на который я не рассчитывал. Может во мне дремлет талант мага? В этой шутке, доля шутки могла оказаться не так велика. Ведь я несуществующим пальцем смахнул огонек со вполне себе существующей сигареты. Парень прикурил снова.
Не слушая болтовню собравшихся у питейной, я дождался, когда он раскурит сигарету, сделает еще пару затяжек, и повторил свой болезненный, но очень полезный опыт. Снова с его сигареты посыпались искры, она погасла. Паренек выматерился, а я не сдержал хохот.
Хотя я спешил к Ольховской, желание почудить еще накатило на меня с новой силой. Я рассудил, что эти глупости могут оказаться полезны, когда я доберусь до квартиры моей художницы. Ведь если я научусь уплотнять тело, хотя бы ладонь или пальцы, то арсенал возможных шалостей у баронессы может заметно расшириться. Я хотел ее удивить: оставить неоспоримые следы своего присутствия в квартире Ольховской и уже завтра крепко поймать ее на интригу.
Отлетев метров на 10–15 от входа в трактир, я собрал все внимание на указательном пальце. Снова прочувствовал его во всей полноте в этот раз еще яснее. Ощутил боль от несуществующего ожога. Если не ощутил, то ясно представил ее. Затем как смог быстро понесся к долговязому и его приятелям. Цель я особо не выбирал, лишь вытянул руку вперед, перенес все мыслимое напряжение в палец. Взбодрил себя железобетонным намерением и со всей дури налетел на стоявших у двери таверны.
Попал в бок тому курильщику, чью сигарету я затушил. Он, кажется, почувствовал что-то охнул или даже крякнул, отбросив сигарету. Меня понесло дальше, на долговязого. Контакт с ним я прочувствовал полнее. Ощущение вышло таким, словно мой палец резко вошел в теплую, но густую сметану. Я пронесся сквозь долговязого и влетел в крепкую каменную стену трактира.
Вот здесь мне довелось пережить неприятный момент. Палец мой снова обозначил себя болью, в этот раз приглушенной, тупой. По бесплотному телу будто прошел зуд, а следом навалилась гнетущая тяжесть. Я не пронзил толстую кладку насквозь. Как бы застрял в ней, потеряв ориентацию в пространстве, не понимая, где верх, а где низ. С трудом продолжил движение, ощущая еще более неприятное чувство от проходящей через меня плотной структуры камня.
Прошло еще несколько тяжелых мгновений и передо мной вспыхнул свет. Свет очень яркий, ослепительный. Я замер, не понимая произошедшего. Слышались мужские голоса. Много голосов, хохот, звон посуды и за ним женский визг. Я видел размытые людские фигуры и слышал странное потрескивание. Причем потрескивание совсем рядом, словно что-то трещало в моей несуществующей голове. Заставил себя двинуться дальше и лишь тогда понял, что нахожусь в главном зале трактира. А яркий свет, поначалу вспыхнувший предо мной, не что иное, как электрический светильник, в который я влетел головой и некоторое время находился в нем проекцией головы.
— … посадские хороши! Особенно в том кабаке на Демьянской! — вещал бородатый мужик с красными глазами, поглаживая выпуклое пузо.
— А ты на Острожной был? Вот надо было куда смотреть! — возразил ему сосед, небрежно сдув пивную пену и глотнув из объемистой кружки.
— Федотка, поехали уже! Хватит! Поехали! — лысоватый старичок в тертом чиновничьем кителе, потянул того за рукав. — Давай уже, Федотка!
А я после этого «Поехали!», сказанного требовательно и громко, я вспомнил про «Дергунчика». Полезной магией Весера я успел воспользоваться сегодня только раз. Собирался размять им мышцы после основной тренировки, но чертов магистр поменял все мои планы. Нет, вкусив все прелести внетелестной жизни, я нисколько не сожалел о состоявшемся обмене и том, как я проводил этот вечер. Однако до дуэли осталось меньше суток — срок ничтожный, при том, что я недостаточно старательно готовился к предстоящему бою. Я был по-прежнему полон уверенности, что положу Ряху — полагался на свою технику. Но в прошлом помнилось два случая, когда излишняя уверенность подводила меня. Еще я помнил, как Ковальчук — мой первый тренер — после проигранного боя буквально вколачивал мне в лоб кулаком простое знание: даже к самому слабому противнику нужно относится серьезно.
Почему-то именно в этот момент, когда я уже перестал думать о «Дергунчике», на ум мне и пришла интересная мысль: «Что если запустить процедуру прокачки мышцы в тонком теле — теле, лишенном самих мышц?» Эксперимент мог выйти более чем интересный! Ведь чтобы уплотнить тело призрака, требуется его как следует прочувствовать, охватить себя самого или какую-то часть себя стойким вниманием. Я вспомнил тот, самый первый опыт с «Дергунчиком», когда меня дико трясло в присутствии Лизы и Марфы. Трясло так, что зубы стучали и казалось, подпрыгивал пол. Уж что может быть ярче тех безумных ощущений тела, трясущегося, словно через него пропускали высоковольтный ток.
Итак, идея неожиданна и хороша. Недолго думая, я отлетел к центру зала и дал стартовую команду: «Понеслись!», что соответствовало самой высокой ступени магического влияния на тело.
Глава 5
Женщины жарких снов
Быть может, мне стоило проявить осторожность и начать с первой ступени, которая активировалась стартовым словом «Поехали!». Чаще всего я предусмотрителен и осторожен, но сейчас я всего лишь призрак. Весериус как-то утверждал, что с призраком не может стрястись ничего дурного. Или почти не может. Магистру виднее. Не случилось ведь со мной ничего, когда мое бесплотное тело пропустило через себя винт дирижабля.
А вот здесь случилось.
Не ведаю, почему и как, но меня затрясло. Хотя тело призрака не имеет мышц, я ощутил, что меня колбасит почти так же сильно, как если бы они были на самом деле. Да, мышц нет, но как бы есть их проекции — видимо, в этом причина. Вибрация нарастала. Готов поклясться, мне даже померещился частый цокот несуществующих зубов. Тут же вспыхнувшую мысль, скорее произнести стоп-слово — ее я отогнал. Происходящее лишь разогрело во мне интерес. В ту же минуту народ отхлынул от места, где я зависал, едва касаясь ногами столешницы. Кто-то отбежал со вскриком, кто-то отступил молча, с непониманием или ужасом на лице.
Причину суеты в зале я распознал не сразу. Лишь через несколько секунд заметил, что мои руки пульсируют, мерцают призрачным светом, на мгновения становясь видимыми и снова исчезая. И не только руки. Такое происходило со всем моим телом. Помимо того, что оно отныне было видимым, мигающим, словно аварийная лампа, свечение, исходившее от него, стало зеленоватым.
— Твою мать! — от неожиданности воскликнул я и рассмеялся.
Кажется, стоявшие вокруг услышали мой дребезжащий голос и прерывистый смех.
Вот это нихрена же себе поворот! Интересно, сам Весериус знает о том, что «Дергунчик» именно так влияет на тонкое тело⁈
Давясь смехом, оглядывая искаженные физиономии посетителей питейной, я снизил амплитуду подергиваний: произнес стоп-слово, исчез для всех секунд на пять, затем снова появился после команды «Бодро поехали!»
Зал галдел. Кто-то возбужденно покрикивал, кто пятился, переворачивая табуретки. Конопатый паренек с вихрастым чубом вскарабкался на барную стойку, чтобы меня лучше видеть. Хотя в этом мире магия не была в диковину, мое явление произвело сильное впечатление на полупьяный люд.
— Призрак, черт дери! Это призрак! — кричал кто-то позади меня.
— Да это же Леха Штруц! Вчера его похоронили! — решил мужик с вытаращенными от изумления глазами.
— Вчера закопали, а сегодня снова в питейную! Забухать решил! — толстяк с пунцовой рожей залился смехом.