МОЕ ТЕЛО – МОЙ ДОМ. Телесная осознанность для исцеления травм и работы с разрушающими эмоциями

У каждого из нас свой субъективный предел терпимости. Важно определить стартовую позицию, отправную точку, чтобы можно было проследить, как со временем и практикой расширяется ваше окно толерантности.
Вы, как и многие другие, можете обнаружить, что пребывать в пределах окна толерантности как будто бы скучно. «Ничего не происходит». Давайте подумаем об этом. Если наше тело привыкло к гипервозбуждению, а затем мы, чтобы справиться с ним, «отключились», перешли в состояние гиповозбуждения, значит, мы привыкли к резким взлетам и стремительным падениям. И, выйдя из этого цикла, вы почувствуете себя совсем иначе. Я часто напоминаю своим клиентам, что скука – это хорошо. Организму полезно восстанавливаться, расслабляться, отдыхать, пополнять ресурсы.
Учитывая, что свои внутренние реакции знать очень важно, остановитесь на минутку и понаблюдайте за собой.
Вы перевозбуждены, чувствуете тревогу? Или, может быть, ощущаете, что на вас слишком многое навалилось?
Или вы, напротив, склонны к гиповозбудимости? Может быть, вы чувствуете пустоту? Или оцепенение? Вы как будто отключились? Или подавлены?
Давайте слегка обобщим, чтобы было проще во всем этом разобраться. Многие люди, находясь в состоянии повышенного возбуждения, склонны использовать определенные вещества или действовать, чтобы справиться с собственными реакциями. Они могут исступленно заниматься спортом, переедать, употреблять слишком много алкоголя, злоупотреблять лекарствами или наркотиками. Когда человек ищет способ направить свою энергию в нужное русло, он часто обращается к сексу или порнографии.
Если жизнь подавляет вас настолько сильно, что вы не знаете, как поступить, то проще всего замкнуться. Остановиться. Попытаться отключиться. Мы говорим о тех моментах, когда вам не хочется вставать с постели. Вам хочется вечно лежать под одеялом – погрузиться в спячку и держаться подальше от других людей.
Один из моих клиентов, Лен, мог рассказать тысячу прекрасных историй. В то же время он был очень тревожным. Мы стали исследовать его окно толерантности и то, где именно в его пределах Лен находится. В итоге он осознал, что пользуется своим беспокойством, чтобы вызвать в себе хоть какие-то чувства. Лен понял, что когда чувствует себя оцепеневшим и замкнувшимся, то начинает беспокоиться. Чем больше он изучал происходящее с ним, тем сильнее поражался. Лен осознал, что беспокойство для него – способ выйти из состояния оцепенения. Волнение давало ему тот самый энергетический прилив, который выталкивал его из депрессивного существования.
Одна моя клиентка, Сарали, поняла, что пользуется не слишком удачным механизмом для борьбы с тревогой. С одной стороны, ей вроде бы становилось легче, с другой, она бессознательно погружала себя в нечувствительность. «Если я начинала тревожиться, то понимала, что очень хочу есть, желательно что-нибудь вкусное и сладкое. И ела до тех пор, пока не доводила себя до нечувствительности. В конце концов я поняла, что променяла тревогу на неприятное телесное ощущение излишней полноты и раздутости. Механизм успокоения, пока боролся с гипервозбудимостью, фактически вводил меня в кому. Я пыталась отключиться от стресса, но в итоге лишь чувствовала себя плохо физически и злилась на себя за то, что делала это снова и снова».
Сарали поняла, что ее тревожность настолько высока и ей так тяжело с этим жить, что найти равновесие не получается. Мы позанимались медитацией, и Сарали вынесла из нее инсайт. «Мне кажется, в самом начале медитации я кое-что поняла… Помнишь, ты попросила меня сосредоточиться на ощущениях тела? С самого детства у меня было убеждение, что быть больной – это безопасно. Что в таком состоянии я защищена. Мама заботилась обо мне, когда я плохо себя чувствовала, но была неспособна даже допустить мысль о том, чтобы защитить меня в другое время. Поэтому, мне кажется, я начала сублимировать возбуждение, тревогу, страх и все то, что было вызвано вовлеченностью в абьюзивные отношения с отцом. Я перешла на телесные ощущения, потому что это было для меня безопасно. И, пытаясь справиться с жестоким обращением, я как бы разотождествилась сама с собой».
 
Как только у нас появляется доступ к нашему внутреннему опыту, мы можем обнаружить, что и хорошие чувства, и приятные переживания способны стать триггерами. Например, Нэнси, когда познакомилась с мужем, который дал ей чувство защищенности, ощутила это на себе.
Вот как Нэнси это осознала. «Я все время пребываю в подавленном состоянии, и так уже очень много лет. Мой диагноз – это травма. В итоге знакомство с мужем для меня стало триггером. Я сказала ему, что с ним чувствую себя в безопасности впервые в жизни и наконец-то могу быть собой. В то время я даже толком не осознавала, что именно говорю, но хватило и этого. В итоге я буквально покатилась по наклонной. Я полностью отключилась от жизни. Мне было плохо от света. Мне было плохо от шума. Я не могла даже говорить нормально. Я фактически два года провела в постели. Я опустилась на дно. Но теперь я воспринимаю подобные состояния как часть меня самой, которая сигнализирует о том, что я делаю слишком много и мне нужно замедлиться. Нужно обратить внимание на то, что происходит у меня внутри. Как только я чувствую, что на меня накатывает, то сажусь, успокаиваюсь и начинаю разбираться с тем, что происходит. Так что в итоге я даже благодарна за то, что это со мной случилось».
Все, что выводит нас за пределы зоны комфорта, может спровоцировать реакцию. Это нормально. Зона комфорта, о которой мы будем говорить в следующей главе, безопасна и удобна не просто так! Выходя за привычные нам пределы, мы начинаем слышать сигнал тревоги. Он идет от нашего тела. И в этой ситуации наша основная задача – остановиться и обратить внимание на то, что происходит. Находимся ли мы на краю нашего окна толерантности? Или, может быть, уже давно вышли за его пределы?
Навык, о котором пойдет речь в этой главе, призван помочь вам не терять ощущение удобства и безопасности даже за пределами зоны комфорта. Однако, прежде чем начать оттачивать эту способность, давайте немного поразмышляем.
Дневник. ПРИЗНАНИЕ СВОИХ ЧУВСТВ
По-моему, самое время остановиться на минутку и ответить на несколько вопросов.
Как вы успокаиваете себя, когда находитесь в состоянии повышенного возбуждения?
Возможно, у вас есть несколько способов, которые кажутся вам удачными. Но если вы похожи на других людей, то, скорее всего, эти способы не настолько здоровы, насколько хотелось бы. Попробуйте вспомнить последний раз, когда вы были перевозбуждены. Что вы сделали, чтобы успокоить себя?
Что вы делаете, чтобы получить немного энергии в тот момент, когда ощущаете оцепенение? (Может быть, вы обращаетесь за этим к кофеину, шоколаду или другим стимуляторам.) Вспомните, когда вы чувствовали подавленность или замыкались в себе. У каждого из нас есть старые проверенные способы подбадривать себя. Каков ваш?
* * *
Работая с нашим окном толерантности, мы стараемся найти путь к его пределам, но при этом пытаемся за них не выходить, чтобы не нарушать равновесие. Оказавшись на краю, балансируя, мы можем мягко растягивать и расширять окно, чтобы со временем стать способными переживать чуть больше.
Самый простой и наглядный навык можно отработать, отделяя факты от чувств и тех интерпретаций, которыми мы их наделяем. Именно так мы можем упорядочить внутренний хаос.
Мы продолжаем развивать все то, чему научились до сих пор. Как только вы сможете различать между собой ощущения, чувства и мысли, у вас появится возможность дальше исследовать разницу между тем, что происходит, и вашим восприятием, между настоящим и прошлым.
С этой концепцией я познакомилась во время обучения у доктора философии Ивонн Агазарян, которая создала модель системно-центрированной терапии. Речь пойдет о полезном навыке создания внутреннего пространства, который я адаптировала для того, чтобы помочь людям не обострять внутренние переживания под действием триггера. Таким образом мы сможем отделить текущую реальность от той, которую сформировали своими убеждениями.