Огненная Орхидея (СИ)

— Всё, — подтверждает Итан, и голос у него звучит безумно устало.
Или мне так кажется? Или — что?
— Суть нарушений высшего порядка в том, что они не болят, Ане, — объясняет Итан, и вот теперь мне совершенно точно не кажется: да, у него усталый голос. — Самые страшные потери — те, которых мы не замечаем. Вот отсюда и получается так, что внешне человек здоров, красив и полон планов, а в паранормальном восприятии его уже нет. Всё развалено. И кончина физического тела — лишь вопрос времени. С тобой, слава всем богам Галактики, до начала полного распада не дошло. Будешь жить.
  
— Итан…
— Всё, потом. Спи.
Сон наваливается неудержимо. Пытаюсь бороться — из упрямства и желания задавать вопросы, но ничего не получается. Проваливаюсь во тьму.
А просыпаюсь от вызова через терминал. Настойчивая мелодия раздражает, чтобы не сказать, бесит. Но кому-то очень надо связаться со мной через личный визит. Первым делом в голову приходят Полина и Рамсув. Корпоративные звонки всё же идут по отдельному каналу, их ни с чем не спутаешь. Сейчас — абсолютно точно не они. Вызов личный. В любом случае, надо отвечать!
Но как же я изумляюсь, когда вижу на экране совсем другое лицо. Не Полина и не Рамсув, и вообще не человек.
— Прошу прощения за вторжение в ваше личное пространство, — абсолютно серьёзно говорит он. — Но вы ведь — Анна Жановна Жарова-Ламель, мама Полины Жаровой, верно?
Меня подбрасывает на месте, ощущение — будто кипятком обдало.
— Что с Полиной? Что-то случилось⁈
  
Глава 12
 
— Пока не знаю. Мы можем встретиться? Чем быстрее, тем лучше.
Он, оказывается, знает, где я остановилась. Пришёл сюда. Ждёт внизу, в рекреационной зоне отеля. Мне только и остаётся что привести себя в порядок по-быстрому и спуститься.
Запрашиваю информацию о звонившем, чтобы не терять времени даром. Терминал подсовывает доклад Рамсува, потому что у всех материалов от Рамсува — самый высокий приоритет.
Ирискнаульфэрп «Ириз» Лейран-хеннош Ситаллем а-дмори абанош. Руководитель контактной группы по межрасовому взаимодействию в пространстве Малариса. До того — та же должность в пространстве Шаренойса. Уж на что я пень в галактической политикие, но про Маларис-то у нас только ленивый не слышал. О Шаренойсе в публичной сфере информации меньше, но там тоже не цветы корзинками: бунты, угроза открытого мятежа и вот это всё.
В локали Солнца он по личным причинам: навещал давнюю родню на Старой Терре. У нас, в Катуорнери, если быть точным. Всё в открытом доступе, в числе прочих родственников — профессор Нанкин Тойвальскирп, моя ученица, а ныне — глава своей собственной лаборатории… Ну да, она как-то упоминала про гостей из Галактики, просто я не придала значения, а сама Нанкин особенно не распространялась.
Надо же. Работаю в Тойвальшен-Центре не один десяток лет, а ни сном ни духом. И Полинка его абсолютно случайно встретила, я уверена. А вот насколько случайно он сам оказался там, где моя дочь его встретила, вопрос.
Впрочем, вряд ли такой чин прицельно знакомится с человеческими девушками ради пряных приключений, хватает других забот.
Согласно докладу Рамсува, Полина с ним через информ раньше не общалась вообще. Она, конечно, могла скрыть общение, но, будем честными, думать о таких вещах — для неё слишком сложно. Девочка вообще пока ни о чём не задумывается, живёт моментом. Впрочем, такое отношение к жизни характерно в той или иной степени для всех носителей паранорм псхиокинетического спектра. Отключить невозможно. И по этическим причинам, и по более практическим: паранорма может вовсе не активироваться при слишком сильно зажатом между рамками правил разуме.
А дозвонился до меня Ситаллем исключительно потому, что Рамсув внёс его в список допустимых контактов. В личный список. Из-за Полины…
Рекреационная зона при отеле — одна из самых просторных в Четырёх Пирамидах. Несколько уровней, рукотворные речки, фонтаны.
Вживую, не на экране, Ситаллем впечатляет. Могу понять, почему Полина влюбилась по уши: очень эффектный мужчина, хоть и нечеловек. Старательно утрамбовываю на дно души собственные нехорошие воспоминания молодости. Те мужики были военными, с плазмоганами и в броне, и вообще, строго говоря, гады, потому что пришли без приглашения туда, куда их не звали. А этот — из Старших, то есть, их интеллектуальная элита. И с Маларисом Федерации он очень сильно помог, чего там. Допустим, не один, их там целая команда была так называемых специалистов по социальной инженерии, но он ведь был главным…
— Рад вас видеть, профессор Ламель, — говорит он мне.
Отмахиваюсь:
— Зовите по имени, Анной. Раз уж Полина выбрала вас, не вижу смысла в формальностях.
— Тогда я — Ириз.
Я киваю, соглашаясь.
— Что с Полиной?
Вопрос мы задаём одновременно. После чего только и остаётся, что развести руками.
— Она уже больше суток не откликается, — говорю я. — Вообще-то, похоже на неё. Но я думала, она с вами! Она рассказала мне, что встретила хорошего чело… кхм… ну, и в общем…
Что я навела справки, он понимает и так, без продолжения фразы. Кроме деталей: справки навёл всё-таки Рамсув, а я удосужилась воспринять информацию только после его звонка. Но вдаваться в подробности ни к чему. Не в них основная печаль.
— Я полагал, Полина с вами.
— Нет. Не со мной.
— Я знаю, где она остановилась. Но я ограничен в правах, как не-гражданин Федерации. Потребовать доступ в её номер можете только вы, как её родитель. Возможно, она просто спит, всё-таки конкурс, в котором она участвует, достаточно сложен. Недавно они выходили на поверхность, например, и работали там несколько часов подряд. Но…
— Вам не по себе, — говорю я. — Верно? Вот и у меня душа не на месте. Поехали к ней. Только погодите, сначала я сделаю запрос…
Нейросеть жилого блока ожидаемо отказывает мне в доступе к Полинкиному номеру. Тайна личности, свобода перемещения, Полина Жарова — совершеннолетняя.
— Полина Жарова, — говорю я, — прайм проекта «Огненная Орхидея», о чём в её айди-профиле отражено самым честным образом. И не закрыто в приват, между прочим. Я — автор проекта «Огненная Орхидея», и у меня есть право контроля в любое время суток. О чём Полина Жарова предупреждена по всем правилам, а так же ею оформлено соглашение с Лабораторией Ламель в присутствии нескольких независимых свидетелей и юриста старотерранской Службы Сопровождения Сделок.
Вот это жилой блок съедает без звука.
— Поехали! — киваю Иризу.
— Пожалуй, будь вы просто родителем, вас не допустили бы, — задумчиво говорит он. — Интересный закон.
— Всё так, — отвечаю я. — Вы очень правильно сделали, что обратились ко мне, Ириз. Иначе пришлось бы действовать через нейросеть охраны порядка, оформлять заявление на розыск, в котором нам бы отказали: не прошло и троих суток же, а материнская интуиция у не-паранормала — не аргумент. Вы же вообще с точки зрения закона посторонний, так как ваши отношения не оформлены.
В Лунном городе нет частного транспорта. Очень неудобно, когда надо спешить, как вот в нашем случае. Но удобно для самого города, безусловно… Особенно в праздничные дни, когда улицы, переходы и галереи заполнены гуляющим народом всех рас, форм, размеров и цветов…
Полинка, по собственной глупости растратившая перед полётом все свои сбережения на ерунду, снять смогла лишь самый дешёвый вариант. Да и то из тех, что были, а не из тех, какие хотелось бы. Идея Рамсува, между прочим. Как ещё научить взбалмошную девушку рассчитывать свои финансы? Особенно после того, как все слова давным-давно исчерпаны.
  
В экстренных случаях — подстраховали бы, но без угрозы для жизни вмешиваться никто не собирался.
Гиперопека — не лучший метод воспитания самостоятельной зрелой личности. Полине — восемнадцать, у неё — паранорма, а уровень агрессии на улицах Селеналэнда, да ещё под праздники, стремится к нулю, потому что все охранные и наблюдающие системы переведены в повышенную готовность.