Тайная дочь президента (СИ)

— Управляющая велела передать тебе новое задание — прямо сейчас отнести кофе в кабинет господину Власову!
Влад…
Всё в груди сжалось от радости предстоящей встречи.
— Да, конечно! Отнесу.
— Иди на кухню, возьми поднос. Да поторопись, не то остынет.
Женя уходит, я быстро привожу себя в порядок, разгладив складки на переднике и поправив причёску.
В кармашке формы я ношу крохотный пробник духов, который недавно подарила мне тётя. Наношу немного ароматной жидкости на запястья, на шею, довольная спешу на кухню. Владу это точно понравится!
Ему будет приятно меня там целовать. Он любит ласкать губами мою шею, сжимать сильными пальцами мои запястья. Обожает вдыхать запах моего тела, и шептать мне разные непристойности на ушко, от которых я начинаю дрожать и краснеть.
Забрав поднос, спустя минуту, оказываюсь напротив массивной двери из тёмного дерева. Голова, как обычно, кружится от волнения. Интересно, он скажет мне привет? Или налетит как тайфун без лишнего слова, опрокинув поднос, прижмёт к стене и атакует сумасшедшим поцелуем.
Такой интересный способ придумал, чтобы увидеться посреди дня, но, пожалуй, слишком рискованный.
Стучу. Вхожу. Здесь надымленно. В глаза бросается, силуэт, который сидит ко мне спиной, лицом к окну, на большом кожаном кресле.
Медленно двигаюсь вперёд. Поднос в моих руках подрагивает. Я слышу голос, того, кто сидит передо мной — он важный и хриплый. Расстраиваюсь, потому что понимаю, это не Влад, а его отец.
Не очень хорошо…
Ставлю поднос на блестящую поверхность стола, сама быстро разворачиваюсь, собираясь незамедлительно уйти, но меня останавливают.
— А-ну стой. Я перезвоню.
Мужчина, сидящий в кресле, оборачивается. Да, это отец Владимира — Власов Николай. Я попадаю под прицел карих, недоброжелательных глаз. На меня смотрит самоуверенный, считающий себя выше всех остальных, неприятный человек, с которым я всегда избегала встреч из-за жутких рассказов тёти. Таким я себе его и представляла. Морщинистым, с редкими, седыми волосами, невысокого роста, не дюжего телосложения.
— Ты Полина? Новенькая?
Старый пень неприлично долго меня рассматривает, облизывая свои тонкие, сухие губы.
— Да.
Привстаёт с кресла, широко улыбаясь.
Улыбка Власова старшего напоминает оскал шакала.
Я от этого чувствую по спине липкий холод.
— Вот мы и встретились…
Двигается ближе. Плавно обходит по кругу, продолжая также неприлично нагло меня рассматривать.
— Твоя тётка за тебя поручилась.
Не нравится, как он на меня смотрит!
Оценивает, как девушку лёгкого поведения, выставленную на витрину публичного дома.
— Хороша собой! — радостно заявляет. — Я бы хотел познакомиться с тобой ближе… И кое-что интересное предложить!
— Извините, мне нужно работать.
Дёргаюсь к выходу, но мою руку ловит шершавая ладонь, сжимая до боли.
— Стой. Я не отпускал! Ты забыла, кто перед тобой? Работать будешь тогда, когда я скажу. Дай я тебя хорошенько рассмотрю…
— Не надо.
— Что ты сказала? — недовольно рыкнул. — Рита поручилась за тебя, детка. Ты даже не представляешь, как она меня уговаривала!
Я вспомнила, что в тот вечер, когда тётя вернулась с новостями и едой для меня, на ней не было лица, а одежда сидела неряшливо.
Ох, нет…
Боже Рита, зачем… Зачем?!
— Может ты хочешь повышение? Хочешь стать старшей горничной? Или… управляющей?
Рука Власова опустилась на моё бедро.
В какой-то момент, я не понимаю, как оказываюсь загнанной в угол, прижатой спиной к стене.
— Отпустите!
— Да не дёргайся ты! Я всего лишь хочу на тебя посмотреть! Как ты выглядишь без формы, давай проверим?
Николай касается моего лица, надавливает пальцами на подбородок, но я не могу вырваться, он очень сильный! А его прикосновения, его липкий, мерзкий взгляд вызывают у меня тошноту.
— Пожалуйста, не надо…
— Почему же? — интонация такая, словно он удивляется. — Тебе деньги что ли не нужны? Я сделаю твою жизнь лучше! Тебе всего лишь нужно будет… — наклонился к моим губам, прошептав, — развлекать меня по ночам.
 
Мерзавец!!!
Николай начинает смело меня трогать во всех местах, и почти целует. Я бы никогда не отмылась от этого позора! Если бы по счастливой случайности дверь кабинета не открылась.
— Отец, я…
Узнаю голос вошедшего, моя душа застывает.
Нет!!!
Это вовсе не счастливая случайность!
В кабинет вошёл Влад.
И сейчас он смотрел на нас.
В его глазах кипел ад. А его кулаки сжались со злобным хрустом. Он видел, как его отец прижимается ко мне, собираясь поцеловать. Я вцепилась в его руки, пытаясь скинуть с себя негодяя, а со стороны это выглядело так, будто я не могу сдержать страсть.
— Что здесь происходит?
— Сорвались мы, от большой и безумной любви. Сам что ли не видишь? — подло ухмыляется.
Лихорадочно поправляю юбку, от потрясения и стыда теряю дар речи.
Сволочь!
Что он себе позволяет?!
— Тебя, сын, стучать не учили?
Оказавшись вновь свободной, спешу к двери. Боюсь посмотреть Владу в лицо, все его эмоции и без того кожей чувствую. Они разъедают меня до костей.
Он сам открывает передо мной дверь, схватив за локоть, толкает в коридор, не позволяя даже ни слова вымолвить в своё оправдание.
— Что ты хотел? — откашлявшись, Николай Сергеевич поправил галстук. — Милочка, зайди ко мне через час, мы продолжим! — это уже мне напоследок добавляет.
Дверь безжалостно хлопает. От мощного удара трясется даже потолок.
Я стою на одном месте ещё несколько минут, так точно!
Подожду его. Объясню. Он обязательно мне поверит. Не стоит волноваться!
Но, несмотря на успокаивающие слова, тревога в душе никак не угасала. Из-за нехорошего предчувствия…
Я вышла в сад, чтобы подышать воздухом, успокоиться. Прислонилась спиной к стене дома, ненадолго прикрыла глаза.
Когда открыла увидела полыхающие, как никогда, большие янтарные глаза, с безграничным осуждением смотревшие на меня.
— У тебя роман с моим отцом? Давно?!
— Нет!
Мощный кулак летит в мою сторону, заставляя меня вскрикнуть и зажмуриться. Слышится удар. Но боли нет… Открываю глаза, понимаю, что он впечатал его в стену рядом с моей головой.
— Как. Ты. Могла?!
— Я ничего не делала! Он сам ко мне начал приставать, я клянусь!
— Это ведь ложь? Я видел, как ты вцепилась в его руки, а слова отца?! Он сказал мне, что ты вертишь перед ним хвостом и заигрываешь. Сама на него в углу накинулась! Умоляла о повышении и… — он еле выбил из себя последние слова, поморщившись, — предлагала себя.
— Что ты сказал…
Он меня больше не слушает. Ярость затмила всё.
— Что тебе ещё наговорил обо мне твой отец?
— Я уезжаю.
Сказав это, разворачивается и уходит.
  
Глава 9
 
К вечеру мне стало совсем плохо… Дело не только в том, что произошло днём, меня тошнило. Грудь стала болезненной, запахи раздражали. Я посмотрела на своё уставшее лицо в зеркале, положила ладонь на живот, внутри которого ощущалось странное тепло.
Боже мой! Только этого ещё не хватало!
Пришлось бежать в аптеку за тестом…
Я до последнего надеялась, что моё состояние — результат тяжёлого физического труда, плюс, я ещё была разбита из-за ссоры с Владимиром. Но, сделав тест, увидела, как на нём появились две красные полоски.
Мир опрокинулся. Я рухнула на кровать и словно разбилась вдребезги. А ведь тётя… сколько раз она меня предупреждала. Но я думала, со мной такого точно не будет.
Вспоминается её последний разговор. В тот день, я обнаружила на своей кровати ещё один подарок от сына миллиардера. Это были серьги с драгоценными камнями в виде капелек. И букет роз… Я прижала его к груди, вдохнув его невероятный запах, и поняла, что я в этой жизни больше никого не полюблю так безмятежно сильно, как его.
Почувствовала толчок в спину. Обернулась, увидев тётю.