Тайная дочь президента (СИ)

Он опять набрасывается на меня и целует, вдавливая в запотевшую кабину душевой мокрым, мускулистым телом.
На этот раз его алчный аппетит переходит все границы. Поцелуй превращается в дикое торнадо, сметающее всё на своём пути.
— Да, ты… точно ты. Сладкие губы…
И потом снова и снова целует, до тех пор, пока реальность не перестаёт для меня существовать.
  
Глава 8
 
День сегодня выдался непростым, утомительным. Управляющая подбросила уйму работы, так что я сейчас уже шла по коридору на последнем издыхании.
Направляюсь в сторону запасного выхода, а дальше к домику для прислуги, в котором я уже живу больше месяца. Мечтаю рухнуть в плен тёплого одеяла, сладко уснуть.
Не успела свернуть за угол, как вдруг меня накрыла огромная тень. Я была схвачена за локоть и утянута в сторону подсобки. Собралась закричать, но на мои губы обрушилась увесистая ладонь.
Дверь хлопает. Я оказываюсь в крохотном, тёмном помещении, прижата спиной к горячему, массивному телу, излучающему мощь и силу.
— Тшшш, — горячий шёпот заскользил по ушной раковине, заставляя меня трепетать от безумия и жажды, разгорающейся в нижней части живота.
Я также быстро успокоилась, как испугалась. Узнала его. Своего мужчину, в которого была… намертво и тайно влюблена.
Тогда в душе он не смог остановиться. Я до сих пор не понимаю, как это случилось? Мы оба сорвались и сошли с ума. Я помню лишь, что стояла под струями воды, он целовал меня жадно, без перерыва, не позволяя даже вдохнуть, и одновременно превращал моё платье в рваные куски.
Лишив одежды, прижал к себе, обхватив сильными, мускулистыми руками, и сделал своей.
Мне никогда не было так хорошо, как с ним…
Его поцелуи затмевали разум, прикосновения, какие-то нежные, но и властные одновременно, доводили до безумия, отправляя в ту самую вселенную, в которой было хорошо и беззаботно, как в раю.
Плененная его безудержными, напористыми ласками, я потеряла себя. Он так красив… Сильный, взрослый, опытный мужчина. На которого невозможно не смотреть без восхищения, о котором невозможно не думать.
— Полинаааа, — Владимир короткими поцелуями атаковал мою шею, а я дрожала, чувствуя, как начинаю улетать куда-то далеко-далеко. Властные руки оглаживают женские бёдра, с силой впиваются пальцами в нежную кожу, в очередной раз оставляя метки своей неистовой жажды.
Меня резко разворачивают. Грохот! Что-то падает с верхней полки подсобки, а я оказываюсь прижата спиной к стеллажу. На мои губы обрушивается дикий поцелуй!
— Влад… — мычу прямо в его горячий рот, задыхаясь.
Всё тело превращается в безвестное облачко, когда именно эти губы начинают сводить меня с ума, скользя и лаская мою кожу. Жадно, глубоко целуя, воруя мой кислород и способность твёрдо стоять на ногах.
— Я соскучился! Не могу без тебя!!! Спятил! Зависимым стал, как маньяк какой-то! Так адски сильно тебя хочу…
— Не надо, нам нельзя. Мы совершаем ошибку!
Он слишком сильно одурманен мною. Рвёт платье вверх с треском, идёт дальше, как ураган, не видя преград. И опять мы нарушаем правила, на этот раз в крошечной, пыльной подсобке.
Минуты перетекают в сладостную вечность. Мир перестаёт существовать. Влад напоследок мягко накрывает мои губы своими, и сильно прижимает к себе, пытаясь отдышаться.
Я тоже дрожу, тоже пытаюсь выровнять дыхание. Растрёпанная, вспотевшая. Моя кожа везде полыхает от его властных пальцев и поцелуев. Так не хочется от него отрываться. Хочу, чтобы Владимир Власов был только моим.
Поправляю юбку, глубоко вдохнув. Безумие… С ним всегда так, и только с ним! Целуя его, будто выпиваю сладкий яд, а потом падаю бесконечную пропасть.
— Поля… — хрипло шепчет он, зарывшись носом в мои растрепавшиеся волосы.
Приказываю себе собраться! Напоминаю, что мы находимся в доме его отца, где даже у стен имеются уши. Всё очень серьёзно. Надо бежать!
— Мне пора. Нас могут увидеть! Надо что-то с этим делать. Я… просто не могу так, по кустам, как преступники, какие-то.
 
Отчаяние разрывает меня на части. Кое как выскальзываю из жадных тисков. Бросаю последний взгляд на моего мужчину.
Владимир опять в костюме. Никогда не видела его в простой одежде. Строг и педантичен во всём. Живет по строгим правилам, которые с раннего детства навязал ему его отец тиран.
— Ну, я пошла. Первой.
Делаю шаг в сторону двери.
— Постой.
Как вдруг, он ловит меня за руку, опять на меня набрасывается, топит в ещё более жарких, ненасытных объятиях. Не может мною насытиться! Я такая же… Я тоже не могу! Но ничего не могу с этим сделать. Есть правила, которые нельзя нарушать. Иначе пожалеешь.
Влад гладит моё лицо тыльной стороной ладони, и смотрит таким глубинным взглядом, как будто я — его всё.
— Ты такая красивая… Безумно красивая. Ты особенная девушка, Полина. Я думаю о тебе без перерыва. Хочешь тайну открою?
— Хочу.
— Не знаю, как это объяснить… но ты что-то во мне изменила, — бережно берёт мою руку, опуская её себе на грудь. Там, где сердце. — Вот здесь.
Я взволнованно сглатываю.
Да, я тоже это заметила. Власов поразительным образом стал вести себя совсем не так, как во время нашей встречи в обеденной зале. Девочки это тоже недоуменно отметили. Сказали, что барина младшего будто подменил его брат-близнец.
— Хочу, чтобы ты была моей. Только моей! — рычит, твёрдо заявляя.
— Но… Это всё звучит как-то эгоистично. Мы не можем быть вместе, — от этих горьких слов наворачиваются слёзы. И душа в клочья рвётся! Еле сдерживаюсь. — Разве отец не подобрал для тебя достойную невесту?
— Я что-нибудь придумаю!
— Невозможно…
Он должен меня отпустить и не мучить больше.
Чем чаще я его вижу и целую, чем сложнее нам будет однажды расстаться.
Наверно я должна собрать вещи и уехать. Найти другую работу! Но это так сложно… Я всякий раз борюсь со своими чувствами, но они побеждают.
— Ничего в мире нет такого, что не подвластно было нам, — сжимает мою руку на своей груди, еще раз целует. Мягко, коротко, в уголок моих губ.
— То есть, ради меня ты сможешь пойти против отца?
— Да.
— Нет…
Не верю.
— У меня к тебе всё серьёзно, я говорю правду. Ты будешь моей! Я тебя никуда не отпущу и никому не отдам!
За дверью слышатся шаги, мы затихаем. Кто-то проходит по коридору. К счастью, мимо нас. Я почувствовала, как Влад напрягся, спрятав меня за своей спиной.
Фух, это было опасно!
— Я пойду, позже поговорим! — мягко улыбаюсь, глядя в его такое правильно лицо, хоть и с жёсткими чертами, но по-мужски очень красивое лицо.
— Я первая. Ты потом…
Приподнимаюсь на носочки, коротко, но очень нежно целую его мягкие губы и выскальзываю из подсобки.
Внутри всё трепещет от радости! Я парю как бабочка по коридорам, потому что Влад сказал, что я принадлежу только ему! И что ради нас он может запросто пойти против отца.
Отказаться от наследства, сбежать! Чтобы быть со мной, создать семью, жить долго и счастливо, получая от жизни то, что ты действительно хочешь. А не потому, что обязан, так надо.
На душе так легко, так сладко… Перед глазами розовая пелена. Я выбегаю из подсобки и бегу к лестнице, не замечая, что за мной тайно наблюдают.
* * *
— Поля! — окликает меня Женька, другая горничная, с которой я иногда общаюсь.
От неожиданности роняю на пол стакан, который вытирала полотенцем, тот вдребезги разбивается.
— Блин.
Расстроенная, приседаю, собирая осколки. Повезло, что это не раритетная ваза из дорогого фарфора, а обычное стекло. Иначе, я бы до самой старости работала на Власовых бесплатно.
— Ты в порядке? — на плечо ложится её ладонь.
Если бы.
Я уже несколько дней сама не своя! Глубоко в голове засели слова Влада, когда он заявил, что у него ко мне серьёзные чувства и что ради меня он готов пойти против отца.
А ещё в последнее время я начала сильно уставать. Засыпаю на ходу. И аппетита нет. Скорей всего, это последствия усталости, зверского ритма, в котором я сейчас живу.