Прекрасный яд (ЛП)

Когда я оттолкнулась от земли, нога продолжала гореть от сильной боли, а кровь начала сочиться из раны все быстрее и быстрее. Я плюхнулась обратно на задницу, чувствуя, как бледнеет лицо при мысли о мучительной борьбе за возвращение в дом.
— Какого хрена ты здесь делаешь?
Я вскрикнула от шока, когда голос, глубокий и ядовитый, проревел из ниоткуда.
Мотнув головой в сторону, я увидела, что он стоит там. Высокая фигура, одетая во все черное.
Его темные потертые джинсы, скрытые внизу увядающей, заросшей травой, и толстовка с капюшоном, закрывающая большую часть его лица. Видны только легкие пряди волос вдоль нелепо выточенной линии подбородка.
Из-за угла, под которым я сидела, тусклый солнечный свет создавал позолоченные очертания вокруг его тенеподобной фигуры. Как будто ангел и демон сцепились в битве и слились в одно целое.
— Кто… кто ты? — Я стараюсь дышать как можно спокойнее, но мое сердце бьется так быстро, что я чувствую пульсацию во рту.
Большая загорелая рука берется за капюшон черной толстовки и медленно откидывает его назад.
Мгновенно я чувствую, как у меня отвисает челюсть, когда я прилагаю сознательные усилия, чтобы скрыть свою реакцию, а по спине, словно лед, пробегает дрожь.
Там стояло видение мужчины. Такого, от которого ваша мать посоветовала бы вам держаться подальше. Чистый грех и опасность в человеческом обличье. Прекрасный — единственное слово, которое я смогла подобрать, чтобы описать его. Прекрасный, и в то же время призрачный.
Его черные как смоль волосы, подстриженные короче по бокам и длиннее на макушке, и самые пронзительные голубые глаза, которые я когда-либо видела в своей жизни. Они блестели, как осколки льда, глубоко посаженные под густыми темными бровями. Даже под черной толстовкой и рваными джинсами можно было разглядеть очертания тела, напоминающего тело греческого бога, отчего мои бедра сжались, несмотря на жгучую боль, которую я испытывала.
Этот мужчина был воплощением соблазна, и он стоял прямо здесь. На кладбище. Пока я сидела на заднице. Потрясающе.
Однако хмурое выражение его лица говорило о том, что он не рад меня видеть.
— Я спросил… Что. Ты. Здесь. Делаешь?
Боль вспыхнула в ноге, и на секунду я забыла, где нахожусь и что, черт возьми, со мной только что произошло.
— Я просто прогуливалась, хотела осмотреть территорию, я… новый сотрудник в Найтчерч. — Я слабо указала в сторону дома, когда его глаза сузились, словно оценивая, говорю ли я правду.
— Ты всегда околачиваешься на кладбищах? — Его проницательный взгляд скользнул по моим темным волосам, пирсингу и выбору одежды. Конечно, готу нравится околачиваться на кладбищах, очень оригинально. Во мне вспыхнуло раздражение.
Я подняла брови, усмешка вырвалась из моего горла.
— То же самое можно сказать и о тебе, подкрадываться к людям — не круто, и в любом случае я не околачивалась здесь, а просто проходила мимо.
Несмотря на то, что каждый мой вдох наполнен ужасом, я продолжаю смотреть ему в глаза. Единственное, чему я научилась в жизни, — никогда не показывать страха. Люди молятся на это дерьмо.
Он продолжает соперничать с моим взглядом, пока его глаза не переключаются на кровь, сочащуюся из моей ноги.
— Тебе не следует здесь находиться, это частная собственность, во-первых, а во-вторых, это небезопасно… ты ранена. — Судя по его тону, я кажусь ему неудобством, с которым он столкнулся. Наверное, так оно и есть. Не хватало только закатить глаза, и я бы точно знала, что испортила ему день.
Я смотрю на свою ногу, подтягивая ее к себе.
— Все в порядке, мне просто нужно вернуться в дом, и я ее обработаю.
Вдруг двумя большими шагами этот поразительный и в то же время ужасающий мужчина оказывается прямо передо мной, глядя на меня свысока.
— Ты не можешь вернуться пешком. — Рычит он. Я не уверена, намеренно ли его голос звучит угрожающе или нет, но от этого по моему телу пробегает еще одна волна дрожи. Я ловлю себя на том, что автоматически отстраняюсь от него.
 
Не успеваю я ответить на его слова, как две большие руки подхватывают меня, и я чувствую, что мое тело прижато к твердой, широкой груди.
У меня неловко перехватывает дыхание, и, судя по тому, как на секунду уголки его рта приподнимаются в почти ухмылке, я понимаю, что он тоже уловил мою реакцию.
— Знаешь, я могу ходить. — Мой протест, вероятно, звучит так же слабо, как и ощущается, поскольку моя рана продолжает пульсировать, и мысль о том, чтобы доковылять обратно до дома, наполняет меня ужасом.
Я слышу, как глубокий вдох наполняет его грудь, словно он раздражен тем, что я вообще говорю сейчас.
— Будет быстрее, если я просто отнесу тебя обратно.
Сдавшись, я обвиваю своими тонкими руками его шею и позволяю ему обнимать меня. Тепло, проникающее сквозь его одежду, успокаивает мурашки на моем теле от начинающейся прохлады.
Пьянящий аромат греха, смешанный с цитрусовыми и стиральным порошком, доносится до меня, когда я машинально откидываюсь назад в его объятиях.
— Поскольку я позволяю незнакомцу нести меня, меньшее, что ты мог бы сделать, это сказать мне, кто ты и почему находишься на территории Найтчерч.
— Это мой дом, — отвечает он. — Меня зовут Эзра Сильваро.
Сын! Я вспомнила, что Эстель упоминала о том, что нужно избегать другого крыла особняка, поскольку там жил ее сын. Этот парень был определенно не тем, кого я ожидала встретить. Разве в фильмах ужасов спрятанный сын не был обычно каким-нибудь отвратительным чудовищем? Я явно насмотрелась всякого дерьма и небылиц.
— Я Беннетт, Беннетт Кин. В основном просто Беннетт, но друзья иногда называют меня Би. — Теперь я колебалась.
— Королева Би2, — ответил Эзра, — Маленькое существо с отвратительным жалом… ну ясно!
Я нахмурилась от его потенциального оскорбления. Этот парень был полон веселья.
Не займет много времени, прежде чем мы доберемся до дома.
Несколько рабочих суетятся вокруг, когда мы входим в большие двери, но они даже не поднимают глаз, когда Эзра несет меня через кухню в небольшую гостиную с черным бархатным диваном в углу.
Он опускает меня на мягкий материал и направляется к высокому шкафу из темного дуба с несколькими шкафчиками.
После нескольких секунд поисков Эзра возвращается с небольшой коробкой, очень похожей на аптечку.
Достав маленькую иголку с ниткой, он поворачивается ко мне, его лицо по-прежнему сохраняет стоическое выражение.
— Тебе нужно наложить несколько швов, больница не нужна, но если я не зашью рану, ты можешь подхватить инфекцию. Сначала мне нужно промыть рану, к тому же у нас нет обезболивающего, поэтому я предлагаю тебе выпить это, — он лезет в карман джинсов, вытаскивая маленькую серебряную фляжку. Я снимаю крышку, нюхая жидкость внутри.
— Виски? Фантастика! — Мой сарказм был кристально чист, когда я получила раздраженный косой взгляд от Эзры.
— Ну так не пей это, мне похуй! Мучайся от того, что я буду делать. — Зарычал он.
Я усмехнулась, недоверчиво качая головой. Этот парень был полным ослом.
Меня совершенно не волновало, что я не обращусь к врачу или не поеду в больницу, хотя было чертовски странно, что он просто не позвонил в клинику, но нахождение в такой непосредственной близости от этого мужчины, кем бы он ни был, заставляло мой желудок делать сальто, а между ног разливался жар при одном его виде. Даже несмотря на то, что с момента нашего знакомства он был просто угрюмым ублюдком.
Вздохнув, я сделала большой глоток из фляжки. Прохладная жидкость обожгла мне горло и я поморщилась.
Большинство девушек, полагаю, взбесились бы, если бы какой-то парень готовился наложить швы на их кожу без обезболивающего, но по какой-то причине мне было настолько больно, что мне действительно стало все равно.
Большая рука Эзры обхватывает мою лодыжку, осторожно приподнимает мою ногу и кладет ее себе на колени. Его большой палец рисует успокаивающие круги вокруг моей лодыжки, заставляя бабочек в моем животе снова затрепетать.