Прекрасный яд (ЛП)

Когда тени переулка поглощают его, я ускоряю шаги. Все это закончится очень скоро.
Маленькая птичка проникает в мою голову. Ее гладкая, бледная кожа, ее сладкий аромат, ваниль и что-то фруктовое, когда я крепко прижимал ее к своему телу.
Этой девушке нужно было покинуть Найтчерч; она не была в безопасности в этих стенах, и уж точно не была в безопасности рядом со мной.
Глава 7
Беннетт
— Беннетт, беги. Беги быстрее, Беннетт.
Ветер хлестал меня по лицу, я не видела, куда бегу, но чувствовала холодное хлюпанье грязи под ногами. Я знала, что нахожусь в лесу, мои легкие болели от напряжения. Я слышала ужасающий звук шагов, преследующих меня. Казалось, он даже не бежал, но все равно был прямо за мной. Мое горло сжалось, пока я боролась с охватившей меня паникой.
Внезапно моя лодыжка подкосилась, и нога ударилась о большую ветку, торчащую из холодной земли.
Перекатившись на спину, я уставилась на лицо передо мной. Лицо человека, преследовавшего меня, но первым я узнала его голос.
— Тебе не следовало приезжать в Найтчерч, маленькая птичка.
— Эзра?
Яркая вспышка ножа ослепила меня, когда он поднял руку.
— Блять.
Мое тело вздрогнуло, когда я села прямо, пот покрыл лоб и шею, волосы прилипли к коже. Я провела ладонью по лицу.
Кошмар. Это был всего лишь кошмар.
Я вдыхала воздух быстрыми, неглубокими глотками, пытаясь успокоить свой учащенный пульс.
Схватив стакан с прикроватной тумбочки, я включила лампу и пошла в ванную; открыла кран, чтобы набрать немного воды, и сделала большой глоток.
Моя шелковая пижама прилипла к телу.
Кошмар казался таким ярким. Таким реальным. Волчьи глаза Эзры проникли прямо в мою душу, когда он занес свой нож для атаки.
Я решила списать это на жуткое старое кладбище и стресс от нового окружения. Этого дерьма было достаточно, чтобы вызвать кошмары у любого.
Вернувшись к кровати, я легла на прохладные простыни и закрыла глаза. Легкая боль в ноге напомнила мне, что моя встреча с Эзрой Сильваро была совершенно реальной.
Ветер бился в окно моей комнаты. Это было почти похоже на удары кулаков по стеклам. Я закрыла глаза, надеясь, что сон не заставит себя долго ждать.
БАХ. БАХ. БАХ.
Я мгновенно вскочила на ноги, когда звук удара в дверь моей спальни разнесся по всей комнате. Сердце заколотилось в груди, когда я снова поднялась с кровати и на цыпочках в темноте направилась к двери.
Часть меня хотела спрятаться под простынями, я имею в виду, это была та самая часть фильма ужасов, где девушка принимает неправильное решение в темноте и ее убивают, верно? Ну, я никогда не была склонна к разумному выбору.
Медленно поворачивая золотую дверную ручку, я почувствовала, как все мое тело дрожит, пока я пыталась сохранять спокойствие и уравновешенность.
Я выглянула в коридор. Причудливые старые картины на стене смотрели прямо на меня. Но там никого не было. Коридор был совершенно пуст. По коридору гулял жуткий сквозняк, мягко сдувая прядь моих волос с лица.
Облегченно вздохнув, я тихо закрыла за собой дверь и вернулась к кровати.
Я не из тех, кто верит в привидения или страшные истории, поэтому не понимала, почему сейчас чувствую себя так напряженно. Это был просто этот дом. От него исходила странная аура, которую я не могла объяснить.
Подойдя к окну, я отдернула огромные черные шторы, открывая темноту снаружи. Единственным освещением было сияние желтеющей луны.
Слегка приоткрыв окно, я приветствовала легкий порыв воздуха, ударивший мне в лицо. Я закрыла глаза, глубоко дыша.
Внезапно краем глаза я уловила движение внизу, в тени.
Вглядевшись в лесную чащу, подступавшую к дому, я увидела фигуру мужчины. Эзра? Нет, по походке он казался старше.
Он не шел большими шагами, как Эзра, который нес меня к дому, но он несомненно старался двигаться быстро.
На нем было толстое черное пальто с большим капюшоном, но даже в закрытом виде было очевидно, что этот человек более округлый, чем Эзра. Да и телосложение не совсем такое.
 
Я не могла разглядеть его лица, но одна вещь, которая поразила меня, одна вещь, которую я смогла разглядеть, хотя большая часть его тела была окутана тьмой, — были его руки. Его старые руки были разрисованы чем-то, похожим на кровь.
Из моего горла вырвался вздох, и я подумала, не спуститься ли посмотреть, не ранен ли он. Только когда его голова дернулась вверх, я увидела эти пронзительные глаза, уставившиеся прямо на меня.
Я быстро отпрыгнула назад, отпустив занавеску, прикрывавшую меня. Мое сердце бешено колотилось, я вернулась к кровати, забралась в нее и натянула простыни повыше, плотно обернув их вокруг своего тела.
Закрыв глаза, я заставила свой разум переместиться в другое место, молясь, чтобы сон поскорее забрал меня, но я не могла стереть воспоминания о своем кошмаре, и не могла стереть видение рук, окрашенных кровью.
Золотое мерцание утреннего солнечного света пробивалось сквозь занавески, заставляя танцующие пылинки светиться, как крошечные звездочки.
Вчера Эзра заверил меня, что сообщит своей матери, что я сегодня не выйду на работу, поэтому часть меня чувствовала, что мне следует отдохнуть, но после вчерашней встречи с ним и кошмара, от которого у меня участилось сердцебиение, а также мужчины, которого я видела из окна, я чувствовала себя как никогда взволнованной.
Взглянув в зеркало, я увидела светлые корни, появившиеся в волосах, где не хватало черной краски, которой я пользовалась.
Мой золотой пирсинг в носу и губе сверкнул, когда на нем отразился свет от большой люстры-водопада, свисающей с потолка. Это было новое начало, и оно потребовало нового образа.
Войдя в ванную и задвинув засов, я принялась смывать краску для волос, скрывавшую мои шоколадно-каштановые от природы локоны.
После нескольких раз смывания краска удалилась довольно легко, и как только все было готово, я приступила к удалению пирсинга.
Я так давно не была натуральной брюнеткой, что, когда в очередной раз посмотрела в зеркало, мне показалось, что на меня смотрит совершенно другой человек.
Схватив черный свитер и черные джинсы, я расчесала волосы, нанесла немного блеска для губ и аккуратно надела свои старые, потрепанные угги — единственное, что я смогла найти, в чем мне сейчас было удобно.
Даже если я не могла сразу приступить к работе, мне все равно было крайне любопытно осмотреть дом, и мне нужно было еще немного времени, чтобы осмотреть окрестности.
Взглянув на маленькие серебряные часики, которые висели у меня на запястье, я заметила, что было восемь тридцать утра. У Эстель, должно быть, уже была встреча с новым персоналом, так что я упустила свой шанс познакомиться со всеми вместе.
Выйдя в большое фойе, через которое проходила вчера, когда только приехала, я заметила молодую женщину, несущую кувшин с, вероятно, водой. Она была очень привлекательна, ее тугие локоны платиновых светлых волос аккуратно лежали чуть ниже плеч.
Ее лицо было безупречно накрашено, а губы подведены ярко-красным цветом. Она напомнила мне моделей пин-ап из пятидесятых. Она уставилась на меня, ее оценивающий взгляд сканировал мое тело от лица до ног. Она была одета в фиолетовое облегающее платье с белым фартуком, облегающим ее стройные бедра. Ее большие груди вздымалась и находились практически под подбородком.
Наши взгляды встретились, когда она остановилась как вкопанная прямо передо мной.
— Ты, должно быть, та девушка, которая не смогла прийти на встречу этим утром. — Ее тон был холодным, как будто она не собиралась заводить друзей.
— Беннетт, да. — Я протянула ей руку. Она взглянула на этот жест, переведя взгляд с моей руки обратно на мое лицо, даже не пошевелившись. Словно прикосновение к моей руке могло заразить ее какой-то опасной для жизни чумой. Тогда ладно. — Я вчера повредила ногу, неуклюжая, знаю, но через день-два все будет в порядке. — Я чувствовала так, будто извиняюсь перед ней за что-то. Почему, черт возьми, мне казалось, что я извиняюсь?