Отданная Зверю (СИ)

— Можно мне уйти?
— Разве я тебя держу? — спрашивает, не оборачиваясь. — Я всё сказал, а ты меня услышала. Предпочитаю тебя не насиловать, но и в чашку спускать не собираюсь. Сделаю тебе ребёнка естественным путём. Придёшь, когда будешь готова.
Закрываю глаза, выдыхаю безнадёжность и отчаяние. Зверь прав. У таких, как мы, нет и не будет выбора. Однажды я понадеялась, что любовь пробьёт все преграды, построенные миром синдиката, но увы, я жестоко ошиблась, а отец Софи поплатился жизнью. Брат не станет принуждать меня к замужеству, однако спокойной жизни ждать глупо. Многие охотятся за сестрой Дона. Не Зверь, так кто-то другой поставит меня перед фактом. У меня никогда не будет выбора.
    
13
 
Снаружи шум, крики, смех.
Пытаюсь уложить Софи спать, но она то и дело подскакивает в постели. Голубые глазёнки сверкают любопытством.
— Мама, это Зверь дерётся?! Можно я посмотрю? Ну пожа-а-алуйста!
— Софи, ты выдумываешь, никто не дерётся.
Вру неубедительно, потому что по крикам очевидно, что происходит за домом. Пусть не драка, а кулачные бои, но смысл тот же. И успокаиваться жители острова явно не собираются, им детей не укладывать. А уж когда дерётся (как выразилась Софи) Зверь, то от шума чуть ли не стены трясутся. Особенно хорошо слышны женские крики.
Да-да, женские. У Зверя на острове целое женское поселение, причем добровольное, молодое и очень привлекательное. Как они, что, где, с кем и в каком порядке, не хочу даже представлять, да и вообще стараюсь об этом не думать.
Закрываю окна. Пусть будет душно, но тихо.
Софи сворачивается калачиком и наконец закрывает глаза.
— Мама, расскажи мне про папу, — просит мечтательно.
Малышка никогда не знала своего отца, и он стал для неё воображаемым героем. Как, впрочем, и для меня, только не воображаемым. Мой отец убил Массимо выстрелом в спину, когда я была беременна. Наказал за то, что мы с Массимо сбежали и пытались скрыться. Простой солдат моего отца, он не имел права касаться принцессы синдиката, даже если я этого хотела. А он не только коснулся, но и сделал мне ребёнка, и помог бежать, когда отец задумал продать меня старому извращенцу ради собственной выгоды. Так что да, отец Софи для меня тоже герой, но отнюдь не воображаемый. Он погиб из-за меня и ради меня.
— Твой папа был таким красивым, что все девушки за ним бегали. Но он замечал только меня.
— И любил, да? — сонно шепчет Софи.
— Да, очень. Тебя он тоже любил. Наверняка он смотрит с небес и гордится тобой.
— Даже когда я плохо себя веду?
— Всегда.
— Расскажи, как вы познакомились!
Это самая любимая история Софи, и я рассказываю её как сказку, приукрашивая детали, наряды и наше окружение. Малышка засыпает, забавно сопит в подушку. Потом вдруг приоткрывает сонные глаза и говорит.
— Зверь сильный, он нас защитит.
— От кого, милая?
— Дядя Орсон говорит, что враги всегда найдутся.
Когда мы вернёмся домой, я настучу «дяде Орсону» по голове за его высказывания при ребёнке.
Софи моя дочь, и любопытство она унаследовала у меня. Как только она засыпает, я выхожу из дома и, прячась за деревьями, подхожу к тренировочной площадке. На открытом воздухе подобие ринга, на нём Зверь и ещё один мужчина, тоже угрожающих размеров. Вокруг них толпа, мужчины и женщины. В воздухе ощутимое напряжение. Противник быстрее, более юркий и подвижный, наносит удар за ударом, пытаясь пробить защиту Зверя. Тот блокирует удары, уворачивается, словно выжидает. Потом наносит один меткий убийственный удар, и противник в нокауте.
Зверь не обращает внимания на крики толпы. Смотрит в мою сторону, как будто может видеть меня за деревьями. Потом отворачивается, обнимает за плечи двух девушек в купальниках и спускается с ринга победителем.
Мне следует уйти. Вернуться в комнату, лечь спать и постараться не вспоминать, как бугрилось мышцами тело Зверя, мощное, блестящее от пота. Однако, ведомая любопытством, остаюсь на месте. Смотрю, как с земли снимают твёрдое покрытие. Под ним — углубление, наполненное… грязью?
Девушки что-то говорят Зверю, он улыбается и кивком показывает на грязь. Они скидывают верх купальников, спускаются в углубление и начинают драться. Стараются повалить друг друга, толкаются, брызгаются, визжат. Падают, но тут же поднимаются на ноги, хотя и с трудом, так как грязь скользкая.
Толпа смеётся, улюлюкает, следит за движениями соперниц и выкрикивает их имена.
На лице Зверя улыбка, но смотрит он не на девушек, а на меня. Вернее, на деревья, за которыми я прячусь.
Наконец, одной из девушек удаётся повалить соперницу в грязь. Удерживая её на земле, победительница смотрит на Зверя. Он подзывает её к себе. Под улюлюканье толпы проводит ладонью по её обнаженной груди вниз к лобку. Девушка стонет, изгибается.
Приз для победительницы — ночь со Зверем?!
Даже мой брат до такого не додумался, а уж он совершенно бесстыжий.
Качая головой, возвращаюсь в комнату.
  
14
 
Я задыхаюсь.
Этой самый страшный кошмар, чёрная бездна, мучительная смерть. Изо всех сил пытаюсь втянуть воздух, но не могу. Сильная, большая рука закрывает мне нос и рот, давит с такой силой, что во рту кровь.
Спросонья не могу понять, что происходит, разум замутнён паникой.
Вокруг темно, только искры страха в глазах.
Бьюсь всем телом, но бесполезно. Мне не вырваться, я намного слабее. Хватаюсь за чьи-то плечи, царапаюсь и получаю удар в живот. Слепну от боли, схожу с ума.
С меня стягивают пижамные шорты, грубо давят на ноги коленом, раздвигая.
Вою до боли в горле, но получается сдавленно. Никто не услышит, никто не поможет. Да и есть ли на этом острове хоть кто-то, готовый спасти женщину от насилия?
Вряд ли.
В прошлый раз меня спасли.
Отец собирался продать меня гадкому извращенцу, и тот напал на меня. Меня спас Массимо, и после этого мы сбежали. То нападение тоже случилось посреди ночи и было таким же страшным.
Сейчас я ощущаю всё заново — ужас, отчаяние, беспомощность, но в миллионы раз сильнее. Я всё стерплю, всё выдержу, но не здесь. Со мной в комнате Софи. Что с ней? Только бы её не тронули!
Рука сдвигается, освобождая мой нос, и я делаю жадный вдох.
Грубые пальцы пробираются мне между ног, хозяйничают. Извернувшись, сгибаю колено и ударяю насильника в пах.
Ругательства его выдают, это Иво — охранник, которому Дон Леоне велел меня защищать. От него несёт спиртным, но даже в таком состоянии он намного сильнее меня.
— Лежи тихо, или придушу твою малявку! Ты все равно будешь трахаться со Зверем, но я получу тебя первым, и ребёнок будет от меня. Мой сын будет управлять империей Андреаса Леоне.
Иво насмотрелся на полуголых женщин в грязи, выпил и загорелся бредовой идеей. Наваливается на меня всем телом, давит, душит…
В комнате вдруг становится светлее, и в следующую секунду Иво исчезает. Раздаётся крик, тошнотный хруст его шейных позвонков.
Зверь выносит тело Иво из комнаты и швыряет в коридор.
Содрогаюсь от пережитого, от ужаса. Впиваюсь взглядом в угол, где стоит кровать Софи. Малышка садится в постели и смачно зевает. Она в порядке. Это всё, что мне нужно знать. Спасибо всем святым.
Зверь возвращается. Стоит в дверях и смотрит на меня.
— Зверь, это ты? Что ты здесь делаешь? — сонно спрашивает Софи.
— Выношу мусор.
— Ты меня разбудил.
За несколько секунд тишины я успеваю испугаться ещё сильнее. Сейчас Зверь наорёт на Софи, напугает её…
  
— Прошу прощения, ваше высочество, — наконец говорит он с усмешкой. Слова звучат странно, он не привык извиняться.
Он Зверь, беспощадный убийца, но сейчас я готова упасть перед ним на колени в знак благодарности, и не только потому, что он спас меня от насилия, а по другой, ещё более важной причине. Он делает исключение для моей малышки, показывает ей свою человечную сторону. Сомневаюсь, что многим была оказана такая честь.