Нас больше нет... (СИ)

— Быстро звони Дамиру! Пусть приезжает сюда с деньгами, если хочет увидеть тебя! Живой…
Я в шоке. 
Что происходит? Почему этот человек требует денег от Дамира? 
Мысли лихорадочно мечутся в поисках объяснения, но ничего не складывается.
— Я... я не понимаю, — бормочу я, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота. — Зачем вам Дамир?
— Не твоё дело! — рявкает мужчина, и я вжимаюсь в сиденье от страха. — Звони, быстро!
  
Дрожащими руками я пытаюсь найти телефон в сумке. Пальцы не слушаются, всё валится из рук. 
Внезапно нащупываю что-то твёрдое — баллончик! Мама подарила для самообороны, настояв, чтобы я всегда носила его с собой. 
"Береженого бог бережет," — сказала она тогда, когда ещё была в трезвом уме и выпивала только по праздникам. 
Кто бы мог подумать, что он действительно пригодится...
Сжимаю баллончик в одной руке, а другой достаю телефон. Экран кажется неестественно ярким в темноте салона. 
Набираю номер Дамира, молясь, чтобы он ответил. 
Гудки. Один, второй, третий... Нет ответа.
— Он не берёт трубку, — говорю я похитителю, чувствуя, как внутри всё сжимается от страха.
Тот в ярости бьёт кулаком по рулю. Я вздрагиваю, словно удар пришелся по мне.
— Пожалуйста, отпустите меня, — умоляю, как к глазам подступают слёзы. — Я ни в чём не виновата!
— Заткнись! — кричит он и резко поворачивается, пытаясь выхватить мою сумку.
В панике я думаю о деньгах, которые там лежат. Нам с Соней едва хватает на еду, скоро платить за квартиру... Эти мысли придают мне решимости.
В отчаянии я выхватываю баллончик и брызгаю ему в лицо. Он кричит от боли, отшатываясь назад. Не теряя ни секунды, быстро разблокирую двери и выскакиваю наружу.
Холодный ночной воздух обжигает лёгкие. Я бегу, не разбирая дороги, только бы подальше от этой машины, от этого человека.
— Помогите! — кричу я, но мой голос тонет в тишине спящего города.
Вокруг какие-то дворы, ни души. Темно и страшно. Фонари горят тускло, отбрасывая жуткие тени. Каждый шорох кажется угрозой. Я бегу на единственный видимый источник света и внезапно выскакиваю на дорогу.
Яркая вспышка фар ослепляет. Визг тормозов. Удар… 
Я падаю на асфальт на мгновение теряя сознание.
Сквозь звон в ушах слышу чей-то встревоженный голос. 
Тёплые пальцы касаются моего лица, нежно гладят по щеке. Голова раскалывается от боли, каждый вдох даётся с трудом.
С усилием открываю глаза и вижу... невероятно красивые голубые глаза.
Мужчина. Молодой, симпатичный. С таким… каким-то добрым лицом обеспокоенно смотрит на меня. В его взгляде столько тепла и заботы, что на секунду мне кажется — всё это сон. 
А может я умерла? 
Ангел встретил меня…
— Вы в порядке? — спрашивает он мягким голосом, от которого по телу разливается тепло.
Слабо киваю, не в силах оторвать взгляд от его глаз. В них словно отражается всё небо — бескрайнее, чистое, полное надежды.
— Откуда вы здесь взялись? — продолжает он, бережно поддерживая меня. — Вы выскочили прямо под колёса...
И тут меня словно молнией пронзает — грабитель! Страх снова вводит в оцепенение.
— Тот мужчина! — выпаливаю, вцепившись в руку незнакомца. — Он пытался меня похитить! Напал возле дома, затащил в машину...
Я дрожу всем телом, слова вырываются сбивчиво, путано. Мужчина крепче прижимает меня к себе, пытаясь успокоить. От него пахнет чем-то свежим и чистым — как морской бриз на рассвете.
— Он где-то здесь, рядом! — продолжаю в панике. — Нужно бежать!
Незнакомец помогает мне сесть, оглядывается по сторонам. Улица пуста, только ветер гоняет обрывки газет по асфальту. Вдалеке слышится визг шин — похоже, нападавший скрылся.
— Должно быть, он увидел, что я позвала на помощь, — говорю я, ощущая, как напряжение медленно отступает. Адреналин схлынул, оставив после себя лишь усталость и боль.
— Вам нельзя здесь оставаться, — строго говорит мужчина. — И вообще ходить одной в тёмное время суток — это опасно для такой хрупкой девушки.
Я киваю, к глазам подступают слёзы облегчения. Впервые за этот безумный вечер я чувствую себя в безопасности. 
Не знаю почему. Но рядом с ним это так… Что-то подсказывает, ему можно доверять. 
— Садитесь, — говорит мой спаситель мягко, помогая подняться. — Мне нужно вас осмотреть.
  
ГЛАВА 19
 
Мужчина бережно помогает мне забраться в машину. 
Меня качает от стресса и ушиба головы, каждое движение отдаётся болью во всём теле. Салон автомобиля кажется мне спасительным кораблём посреди бушующего океана ночи. Он усаживает меня на переднее сиденье, сам занимает место водителя и достаёт аптечку. Его движения уверенные, спокойные — словно якорь для моего взбудораженного сознания.
— Давайте я вас осмотрю, — говорит он мягко, и его голос обволакивает меня, как тёплое одеяло. — А потом мы вызовем полицию.
Я с недоверием смотрю на него, хотя его внешность словно у святого с иконы. Русые волосы уложены в модную стрижку, волевой подбородок, ровный нос. Широкие плечи и подкачанные руки выдают в нём спортсмена. Но больше всего меня поражают его ладони — мягкие, заботливые, с длинными тонкими пальцами. Они словно созданы для того, чтобы исцелять и утешать.
— А почему я должна вам доверять? — спрашиваю я, всё ещё настороженно. Страх и недоверие — мои верные спутники этой ночью.
Он улыбается, и эта улыбка — словно луч солнца в пасмурный день, пробивающийся сквозь тучи моих сомнений.
— Потому что это моя работа, — отвечает он просто. — Помогать людям.
— Ваша работа? — я невольно подаюсь вперёд, заинтригованная. — Вы... спасатель?
Он тихо смеётся, и этот звук странным образом успокаивает меня, словно бальзам на израненную душу.
— Не совсем. Я врач. Евгений, — он протягивает мне руку, и я чувствую, как меня затягивает омут его глубоких голубых глаз.
— Лидия, — отвечаю я, пожимая его ладонь. Его прикосновение тёплое и уверенное, словно обещание защиты и поддержки.
— Лидия, — повторяет он, словно пробуя имя на вкус. — Красивое имя. Теперь давайте посмотрим, что у вас с головой.
Он открывает аптечку, тщательно обрабатывает руки, и бережно касается моего лба. Его пальцы нежны, но уверены — прикосновение профессионала.
— Немного будет щипать, — предупреждает он. — У вас небольшая царапина и шишка. Скажите, вы помните, что произошло?
Я киваю, и тут же морщусь от боли. Воспоминания накатывают волной, грозя утопить меня.
— Меня... пытались похитить. Какой-то мужчина. Он требовал денег от моего бывшего мужа, — голос дрожит, выдавая мой страх.
Евгений хмурится, его пальцы на секунду замирают. В глазах мелькает тревога, смешанная с сочувствием.
— Это серьёзно. Вам очень повезло, что вы смогли сбежать.
— Да, — шепчу я. — Повезло, что вы оказались рядом.
Наши взгляды встречаются, и на мгновение время словно останавливается. В его глазах я вижу тепло и искреннюю заботу, которые согревают меня изнутри.
— Ну всё, до свадьбы заживёт, — говорит он, заклеивая пластырем царапину.
Я чувствую, как краска приливает к щекам. Его слова — словно лёгкий бриз, разгоняющий тучи моего настроения.
— До свадьбы? — переспрашиваю я. — Вы это всем своим пациентам говорите?
Он снова смеётся, и я ловлю себя на мысли, что мне нравится этот звук. Он словно музыка, которая заставляет забыть о пережитом ужасе.
— Только самым красивым, — подмигивает он.
Я не могу сдержать улыбку. Как давно со мной никто не флиртовал... Это чувство — словно глоток свежего воздуха после долгого пребывания в душном помещении.
Евгений берёт телефон и набирает номер полиции. Пока мы ждём их приезда, он рассказывает мне забавные истории из врачебной практики. Его голос действует успокаивающе, словно колыбельная, и постепенно напряжение отпускает.
  
— А как вы оказались здесь так поздно? — спрашиваю я, чувствуя, как любопытство пробивается сквозь пелену страха.