Ложечник

— Этот вполне может раскошелиться, — оценил он. — Глянь, как разодет. Тряхануть его? — Он схватил Яниса за грудки и стал трясти.
— Денег у него нет, — сказала Силка.
— Вот как? — удивилась тетка. — И у него нет, и у тебя, значит, нет, а мы, значит, такие дураки, взяли и поверили?
Пелдер пошарил по карманам куртки.
— Ничего. — И взял Яниса за горло. — Может, шею ему свернуть? Как цыпленку? Хоть повеселимся.
  
— Не надо! — Силка начала отстегивать накидку. — Хотите, отдам вам это?
Тетка рывком стянула накидку с ее плеч.
— А курточка тебе не пригодится? — поинтересовался Пелдер. — Могу и этого раздеть.
— Не-а, — ответила тетка. — У меня на нее покупателей не найдется. — Она встала вплотную к Янису и щелкнула его по носу. — Курточки от мальчиков мне даром не нужны. — И, зевнув во весь рот, она ткнула толстяка в бок. — Отпусти его. Мне надоело.
— Слышишь? — Пелдер ухмыльнулся Янису в лицо. — Ей надоело. — Он выпустил Яниса из рук. — А теперь брысь отсюда!
Пуститься бегом Янис не посмел, но зашагал прочь как можно быстрее. Силка бросилась его догонять — ее каблучки быстро зацокали по булыжникам. Поравнявшись с Янисом, она прошипела:
— Никогда не показывай, что боишься.
— Он собирался свернуть мне шею, — возразил Янис и потянулся рукой к горлу.
Стена делала изгиб, а вместе с ней и улица. Дома тут были обшарпанные, двери и окна во многих были выбиты, а проемы завешены тряпками или кое-как заколочены гнилыми досками.
Теперь уже светало по-настоящему. По соседнему переулку прогромыхала телега. Где-то заржала лошадь — другая, подальше, отозвалась.
В тени под стеной лежало что-то бесформенное и бугристое. Рядом с матерью, завернувшейся в одеяло, плакал младенец.
— Извините, вы не могли бы помочь? — обратилась к женщине Силка. — Мы ищем…
— Проходите мимо, — буркнула та в ответ. — Мне до чужих забот дела нет.
Младенец встал на ножки и заорал пуще прежнего.
— Вот посмотри, что ты наделала, — бросила женщина Силке. — Только она угомонилась, а тут ты!
Рядом с женщиной зашевелилось еще одно одеяло.
— Кто это? — спросил мужской голос.
— А я откуда знаю? — ответила женщина. — Остановились вот, а Тильда из-за них разоралась.
— Пусть идут себе мимо, — зевнул мужчина.
— Слышали? — взглянула на них женщина. — Идите отсюда. — Она схватила девочку и силой усадила ее на землю. — А ты заткнись уже.
Чем светлее становилось, тем больше нищеты открывалось взору. Под самой стеной люди жили в лачугах, сооруженных из тряпья, ящиков и палок. По другую сторону улицы ветхие дома не падали только потому, что подпирали друг друга. Переполненные грязью канавы воняли мочой и тухлыми яйцами.
Дорогу им перегородил крепыш в меховой безрукавке.
— Прогуливаемся? — осклабился он.
— Мы ищем одного человека, — вежливо ответила Силка.
— Я человек, — заявил мужчина. Он вытащил нож из-за пазухи и стал медленно водить им из стороны в сторону. — Значит, ваши поиски закончились.
Силка испуганно обхватила свои плечи руками.
Острие ножа переместилось от Силки к Янису.
— А это у нас кто?
Янис отступил назад и прижался спиной к стене дома.
— Братик твой, — догадался крепыш. — Матерь божья, до чего вы похожи. — Он схватил Яниса за ворот куртки. Вторая рука, с ножом, приблизилась к самому его лицу. Кончик ножа прикоснулся к горлу.
— О, какие расфуфыренные детки, — промурлыкал головорез, — и при этом совершенно одни. Что бы это значило?
— Мы ищем другого человека, — попыталась отвлечь его Силка.
Кончик ножа воткнулся Янису в кожу.
— Сколько у тебя в карманах?
— Метту! — в отчаянии выпалила Силка. — Мы ищем Метту!
Хватка ослабла.
— Раньше она жила на Опальной улице, — протараторила Силка. — Но потом переехала.
Крепыш потряс Яниса.
— Ну-ка, скажи и ты что-нибудь.
— Она ввела нас в этот мир, — пробормотал Янис.
— Честно?
— Да! — закивал Янис. — Она принимала у нашей матери роды, и мы хотели…
— …ее навестить, — закончила Силка.
— То есть вы ее знаете… — Крепыш отпустил Яниса. — Это обидно, потому что таких богатеньких цыплят, как вы, нечасто доводится встретить. Но делать нечего. Кто идет в гости к Метте, того трогать нельзя. — Нож сверкнул в его руке, и головорез убрал его назад под безрукавку. — Метта — ангел, как говорила моя матушка. Всегда приходила помогать, даже когда еще жила в хорошей части города. Без Метты и меня бы не было, вот так-то. Я у мамы в животе лежал неправильно, головой не туда. Почему не знаю, но так уж получилось, еще бы немного, и мне крышка. Метта меня развернула, иначе я бы так и застрял задницей. Потом у меня появилось еще три сестры и братик, но никто из них так не растопыривался в животе, как я. — Он похлопал Яниса по плечу. — Да не переживай, парниша, подумаешь, маленький порез, до свадьбы заживет. Передавайте Метте привет. От Эйнольфа, она поймет.
— Так где она живет? — неуверенно спросила Силка.
— Вы же вроде с ней знакомы?
— Конечно знакомы! — поспешил ответить Янис. — Но тогда она еще жила на Опальной улице.
— То было давно, — напрягся Эйнольф. У него были темные глаза и небритый подбородок. — А лет вам еще маловато.
— Мы тогда только родились! — пролепетала Силка.
— Ладно, катитесь, — вдруг махнул рукой крепыш. — Некогда мне тут с вами возиться, а то еще упущу чего. Идите вперед, дойдете до бочки. Там будет полдома, а рядом дом, где комната Метты, только не вверху, а внизу. Да не забудьте передать привет от Эйнольфа.
И он пошел своей дорогой — в сторону ворот.
Идти до бочки оказалось недалеко. Она лежала на боку в закутке между двумя домами. Выбитое дно было занавешено замызганной тряпкой. Дом слева наполовину разрушился, осталась только нижняя часть. Соседний с ним дом заваливался вперед. Окна были заколочены, а вместо двери висело не достающее до порога одеяло.
— Метта? — позвал Янис.
— Она дома, — сказала Силка. — Я слышу чьи-то шаги.
  
Нельзя так слепо доверять чужим словам
 
Одеяло сдвинулось в сторону, и в дверном проеме появилась сморщенная старушка в бесформенном платье.
— Вы Метта? — обратился к ней Янис.
— А кто ж еще? — проворчала она. — Если ты к мальчикам, то тебе не повезло. Они еще не вернулись, а когда вернутся, неизвестно.
— Мы не к ним.
— Мы из поместья Холдер, — уточнила Силка. — Нас послала Вильма.
— Подойдите сюда. — Метта протянула руки. — Ближе! — Ее пальцы пробежались по лицу Силки, потом по плечам, пропорхнули по воздуху, нашли Яниса и поднялись к его лицу. Пальцы гладили, надавливали, а потом по щекам проскользнули к вискам. — Так это вы. Двойняшки.
— Это мы, — подхватила Силка. — Фолкер и я. Фолкер и Силка Холдерлинг.
— Только меня зовут Янис, — поправил Янис.
— Тьфу ты! — спохватилась Метта. — Что же мы балаболим на всю улицу, где нас любой может услышать. А ну-ка быстро в дом!
За одеялом открылся узкий проход к лестнице наверх. Часть стены второго этажа раскрошилась. Потолок между этажами в одном месте обрушился, из зияющей дыры торчали рейки. Метта прошаркала к углу под лесенкой. Там на провисшей веревке болталась занавеска. Метта ее отодвинула и пропустила гостей вперед.
В этой комнатке они втроем еле поместились. Со стороны лестницы стена в комнате Метты шла под наклоном, вплотную к ней стояла кровать. У другой стены расположился стол, а между столом и кроватью места едва хватало, чтобы стоять. Сквозь окно через щелку над занавеской пробивался лучик утреннего света.
Метта медленно, осторожно сгибая колени, села на кровать. Янис не мог понять, надо ли и ему сесть рядом, и надеялся, что нет. От постельного белья пахло плесенью, да и от самой Метты не лучше.
  
Силка оперлась о край стола, Янис встал возле нее. Так они и стояли бок о бок, ждали, пока Метта что-нибудь скажет.