Стезей Боли (СИ)
Мы недоумённо переглядывались, и лишь Кастет решился озвучить мысль, которая волновала всех.
— Это всё отлично, гробы, всё такое, колорит, — задумался он. — Мне другое интересно. То, что нас не трогает «нежить» в составе отряда — это, конечно, круто. Ты только расскажи, как мы сможем помешать полусотне человек добиться желаемого?
Вампир лишь отмахнулся, продолжая нарезать круги по залу. Грохот отодвигаемых крышек саркофагов и недовольное брюзжание Хассарага вызывали недоумение.
— Он вообще идиёт? — шёпотом поинтересовался Утрамбовщик. — Сейчас вся эта хрень поднимется и, мне кажется, нас не спасёт даже «иммунка».
— Во-о-т ты где спрятался, — радостно заорал вампир, грохнув очередной крышкой так, что она, хрустнув, раскололась на две половины. — Разлёгся здесь, вы только поглядите, — повернувшись к нам, он с восхищением цокнул языком. — Не, ну вы видели?
— Мля-я-я! — только и смог промычать гном, пятясь назад. — Жопа!
Я только открывал рот, чтобы осадить спятившего вампира, когда Хассараг, не напрягаясь, ухватился за край саркофага, в котором уже начинал шевелиться его обитатель.
Резкий рывок, и громадная каменная махина срывается со своего постамента в нашу сторону. Несколько раз перекувыркнувшись, по пути потеряв остатки крышки, монолитный гроб, наконец, перевернулся набок, проехав по блестящему мрамору ещё несколько метров, оставив за собой глубокие неровные борозды.
Вывалившееся оттуда тело завозилось на полу в клубах каменной пыли, силясь подняться. Затем жалобно захрипело. Вот мамой клянусь, оно явно с нами не здоровалось.
— А ну подъём, кабрак вшивый! — переместившись к «мумии», вампир без малейших усилий вздёрнул её за шею, придав вертикально положение. Не знаю, кем бедолага был при жизни, но в моей груди шевельнулось что-то похожее на сочувствие.
Когда Хассараг отпустил бедному иерарху смачную оплеуху, мне захотелось оказаться, как можно дальше отсюда. Лучше бы он Божественный источник дерьмом измазал, ей богу, было бы менее вызывающе, чем та дичь, которую он сейчас творил.
— Да! — согласился я с Утрамбовщиком, до сих пор отказываясь верить своим глазам. — Нам — жопа!
Глава 24
— Сашенька, несите дичь!
— А вы знаете, что наша Земля плоская?
— Спасибо, Сашенька.
Двор Столицы. Оплот иерархов Ордена Ариэла.
Одно неосторожно сказанное слово всегда приводит к непредсказуемым последствиям, причём, по статистике, эти самые последствия зачастую неприятные.
В этот раз отличилась наша неугомонная Пандорра, решившая блеснуть углублённым знанием монстрологии «Даяны I».
Когда я увидел, как древнейший «отморозок» треплет за шкирку одно из не менее древних существ, которые в прошлый раз нас с лёгкостью «вынесли», сразу стало понятно, что живыми мы отсюда уже не выберемся.
Ну неужели, прежде чем творить, то, что он сейчас исполнял, нельзя было посоветоваться с нами, чтобы мы сейчас не стояли с шокированным видом, лихорадочно соображая: «Куда бежать и что, собственно, происходит?». Детский сад, штаны на лямках.
В данной ситуации нас могло спасти только то, что Хассараг не был включён в состав отряда. Мне бы вспомнить о его выходках и сделать это сознательно, но в этот раз я просто не посчитал нужным. Просто повезло. И с секунды на секунду узнаем, насколько правильным был сей шаг.
— Мне кажется, я знаю, что это за твари, — приглушённо пискнула Пандорра. — Это «дампиры». Сказано это было тихо, но те, для чьих ушей данная фраза не предназначалась — услышали. — Это такие создания, получающиеся от скрещивания высших вампиров и обычных людей. Ублюдки, в общем.
Хассараг от изумления даже перестал трясти за шею этого, так называемого «дампира», а затем оглушительно расхохотался, вытирая несуществующие слёзы.
— Ты, оказывается, «дампир», представляешь? — вампир хлопнул его по плечу, отчего иерарха заметно покачнуло. — Сейчас парни твои поднимутся, расскажешь, что они тоже «дампиры», — не прекращал заливаться он. — Ой, не могу. Ублюдки.
— Мамочка, — отступила Пандорра на шаг. — Почему он на меня так смотрит?
— А ты догадайся, — настороженно прошептал Димон. — с трёх раз.
Бесцеремонно поднятый иерарх, вместо того, чтобы наброситься на Хассарага и попытаться открутить ему башку за неуважение, сейчас очень подозрительно смотрел на нашу Пандорру.
Нехорошо, зло смотрел. Пробрало всех.
Угрожающе зарычав, он медленно выпрямился, поведя плечами. Я ощутимо услышал, как хрустнули кости твари.
— Не знаю, кто такой «дампир», но немедленно извинись перед ним, девочка, — прошипела Олес, медленно поднимая щит. — Видишь, оно сердится?
Сзади прозвучал резкий хлопок закрывшихся дверей, и в тот же миг иерарх сорвался с места в нашу сторону.
«Хоть ты бы молчала», — мысленно простонал я, смещаясь с траектории движения и материализуя мечи.
Олес была права: оно сердилось. Мало того, оно было зло, как «Стылый шатун», с которым мы однажды уже встречались.
«Ускорение».
Время привычно замедлилось, и я отчетливо понимал, что Пандорра не успеет. Поэтому единственным правильным решением было ударить на опережение. В ушах звучал безумный хохот Хассарага, который в моём ускоренном состоянии стал больше похожим на звук лопастей вертолёта.
В горизонтальный удар я вложил всю силу, чувствуя, как прочную кожу твари, рассекает лезвием «Жала», словно боксёрскую грушу, набитую одними лишь опилками. Тварь только разворачивалась ко мне, когда активированной руной Льда и следующим ударом, я превратил её в промороженное крошево, рассыпавшееся по полу.
Вывалившись из «Ускорение», я с ненавистью посмотрел на Хассарага, как ни в чём не бывало сидевшего на одном из саркофагов.
— Ты вообще на чьей стороне, придурок?
— В смысле, на чьей стороне? — удивился он, пропустив оскорбление мимо ушей. — Ну конечно же на вашей! А вот он — нет, — указал он нам за спины, скрещивая ноги по-турецки и поудобнее устраиваясь на каменной крышке.
— Бой! — заорал я. — В круг! Не разделяемся!
«Завеса Боли».
«Знак Удачи Соул».
Сзади послышалось тихое рычание. Крутнувшись на месте, я успел увидеть, как два поджарых силуэта, со светящимися венами, бросились в нашу сторону. Сдвоенная атака иерархов не смогла с наскоку проломить строй, поскольку была встречена Свэйном и Олес.
По их скупым движениям было заметно, что парочка уже давно привыкла работать в тандеме.
Приняв на щит одного из иерархов, Олес невольно проехалась по каменному полу, но с ног её сбить не удалось. Удар твари был мощным, но явно не для массивной валькирии, которая незамедлительно уколола поверх щита, целя иерарху в оскаленную рожу.
Мелькнувшая вспышка сбоку заставила меня шарахнуться, но оказалось, что это Димон, напитав Мглой стрелу, отправил её навстречу второму иерарху, который уже успел обойти нас сбоку, намереваясь прорвать строй со стороны Яхиля.
Димон предпочитал не изменять своим традициям, превратив башку иерарха одним выстрелом в тряпки.
— Браво, ребята! — захлопал в ладоши Хассараг. — Признаться, я такого не ожидал! — небрежным движением он отбросил в сторону огрызок… яблока.
Серьёзно? Это чмо сидит и спокойно жрёт яблоки?
Не знаю, что меня больше задело: то, что высший вампир вместо собственноручно вырванных сердец, полных крови трескает фрукты, или то, что сей клыкастый урод, вместо того, чтобы нам помочь — заставил своих «птенцов» не вмешиваться. Вместо этого, они спокойно сгрудились за одним из каменных гробов и с интересом наблюдали, как мы здесь корячимся.
Следующие несколько минут мы просто отбивались от иерархов, задвинув Яхиля в середину, и старались не подохнуть. Слава Тиамат, что в этот раз хранители Божественного источника Ариэла выбирались только поодиночке и двойками.