Изгой. Дикарь
На щеках Майкла разлился густой румянец. Он бросил солонку и перечницу в мусор.
– Не знаю, зачем я повсюду таскаю их с собой, – пробормотал он.
– Эй, ты уверен? Они вроде как милые. – Мария сделала шаг к мусорному ведру, чтобы достать их.
– Нет, оставь, – приказал Майкл.
Мария взяла скотч и погрузилась в заклеивание коробки. Она чувствовала, как слезы обжигают глаза, и ей не хотелось, чтобы Майкл их заметил. Очевидно, он уже испытал унижение, признавшись, что когда-то был маленьким ребенком, мечтавшим о настоящем доме. Ей не хотелось все усложнять, показывая, какой грустной ей показалась эта сцена.
– Не хочешь узнать, что называют мальчишеским, э… мальчишеским эквивалентом «дыни» в этих книгах? – спросила Мария.
– Тебе многое нужно узнать, если считаешь это «эквивалентом», – ответил Майкл.
– Ты знаешь, что я имею в виду, – рассмеялась Мария.
– Я хочу услышать это от тебя, – ответил он. – Не верю, что ты можешь произнести такое слово. Не твоими невинными губками.
– Я же сказала, не называй меня невинной.
Все. Она это сделала – увела их от явно неприятной для Майкла темы. Мария надеялась, что он понимал: если ему однажды захочется поговорить, она будет рядом и обязательно поможет.
* * *Макс уставился на экран компьютера. Никаких совпадений по запросу «инопланетяне и Элвис»? Всего два часа назад их были тысячи!
Он перечитал запрос: оба слова были написаны неправильно. Макс откинул голову и закрыл глаза. «По крайней мере “и” я написал верно», – подумал он. После случившегося это уже было хорошо.
Он никак не мог выкинуть из головы ту сцену, когда Лиз упала на пол, а Николас спокойно вышел из дома, словно то, что он сделал, не имело особого значения. И еще Макс гадал, где сейчас Изабель.
– Проблемы? – спросил Рэй.
Парень вскинул голову и открыл глаза. Он терял навыки – даже не услышал, как Рэй подошел к нему. А это всего второй вечер на работе. Должно быть, владелец музея думает, что нанял полного придурка.
– Нет, никаких проблем, – заверил его Макс. – Вот-вот нарою что-нибудь на этого фотографа. – Он перепечатал запрос. И не смог сдержать стон, когда понял, что написал две «и» подряд.
– Ты в порядке? – снова спросил Рэй. – Не нужно было возвращаться, если дома проблемы.
Макс вздохнул:
– Я должен работать. Там я все равно ничем не помогу.
Рэй кивнул. Он не стал больше задавать вопросы, но и не ушел – видимо, на случай, если Макс все же захочет выговориться.
– Просто моя сестра слишком привязалась к этому парню… – Макс в нерешительности замолчал. Не мог же он рассказать Рэю, что происходит на самом деле.
– Парню, которого ты не одобряешь, как я понимаю, – уточнил тот.
– Он подбивает ее делать вещи… Вещи, которые она сама бы никогда не сделала, – продолжил Макс.
– Думаешь, она в опасности? – спросил Рэй, пристально глядя на парня.
– Думаю, да.
Рэй подвинул стул ближе к Максу и сел.
– Тебе может не понравиться этот вариант, но думал ли ты, чтобы рассказать обо всем родителям? – спросил он.
Если бы только Макс мог поговорить об этом с ними! Они отлично справлялись с кризисами, никогда не обвиняли детей, ничего не высказывали – в общем, вели себя лояльно. Они просто всегда знали, что нужно делать, и делали. Конечно же, после они могли и покричать. Но сначала все исправляли.
Однако Макс не мог обратиться за помощью к родителям в ситуации с Изабель. Во-первых, они не знали, что он и Из – инопланетяне. Конечно же, мама с папой подозревали, что в двух детях, обнаруженных голыми на шоссе, есть что-то странное. И после усыновления Макса и Изабель они пытались узнать что-нибудь об их прошлом. Но так и не нашли ответов.
А во-вторых, даже если бы хотел, тогда Макс не мог рассказать новым родителям правду о себе и Изабель – он и сам не знал, что на самом деле пришелец. Только годы спустя, когда увидел фотографии обломков после крушения в Розуэлле и снимки со вскрытием пришельцев, а затем узнал некоторые символы с инкубационной камеры, Макс все понял. Он прочитал все истории о том, как правительство угрожало свидетелям крушения. Именно в тот момент Макс осознал, что, озвучив свою инопланетность, он подвергнет себя, Изабель и всех окружающих их людей опасности. Они с сестрой договорились никогда никому не рассказывать.
Макс и теперь не собирался нарушать договор. Если его родители узнают правду, то окажутся в опасности из-за Валенти, как и Лиз сейчас. А он не собирался рисковать жизнями близких.
– Судя по молчанию, ты не хочешь вовлекать в это родителей, – подытожил Рэй.
– Не совсем, – ответил Макс. – Думаю, мне просто придется разбираться с этим самому.
Рэй встал.
– Если когда-нибудь захочешь рассказать побольше о том, что происходит, – ты знаешь, где меня найти.
Он двинулся к подставке с буклетами у входа.
«У меня нет другого выхода, кроме как присматривать за Изабель, – подумал Макс. – Пусть даже ей это не понравится. Я буду знать о каждом ее шаге. И попрошу других помочь мне».
Но сначала нужно было ее найти. Макс надеялся, что она пошла к Майклу. Или в их пещеру.
Но чувствовал, что она направилась к Николасу.
* * *Изабель ворвалась в комнату Майкла.
– Ты должен заставить Макса отстать от меня! – воскликнула она. И только потом заметила, что в комнате была и Мария. Она даже не подумала о том, что Майкл может быть не один. Он ведь предпочитал уединение – если не находился с ней или Максом.
По крайней мере, так было раньше. Изабель не могла вспомнить, когда Майкл проводил время с другой девушкой, кроме нее. И она уж точно не ожидала увидеть здесь Марию, которой, казалось, очень комфортно в комнате Майкла.
Изабель стряхнула с себя это странное чувство – нечто вроде ревности, оттого что Мария, одна из ее близких подруг, собиралась занять ее место в жизни Майкла. Точнее, даже не подруг – теперь они все были чем-то вроде семьи.
Изабель пыталась объяснить это Николасу, но он не хотел слушать. Более того, его бесило одно лишь упоминание о людях. Не то чтобы он их ненавидел – просто разговоры о них казались ему пустым занятием.
– Так что в этот раз наделал Макс? – спросил Майкл. – Заставил тебя мыть посуду вместо него?
Изабель понимала: Майкл прекрасно знал, что она бы не пришла к нему, будь причина настолько незначительной. Ей хотелось все ему рассказать, но не перед Марией. Впервые после установления связи у нее было то, чем она хотела поделиться только со своими, и если бы Мария поняла намек и ушла… Но нет, до нее, кажется, не дошло. А Изабель была слишком зла, чтобы ждать.
– Он приказал мне держаться подальше от Николаса, – выпалила она. – Он все время говорит мне, что делать. Не используй свои силы, будь осторожна, иди туда, сделай это, бла-бла-бла. Меня от него тошнит! Почему он считает, что главный среди нас? Ты с ним одного возраста, Майкл. Если кто-то должен быть главным, то почему не ты? Почему контроль за всем принадлежит ему?
Майкл встал, взял Изабель за плечи и усадил на кровать рядом с Марией. Он прислонился к комоду, скрестив руки на груди, всем своим видом словно говоря «не води меня за нос».
– С самого начала, – скомандовал он. – И ничего не утаивай.
– Прошлой ночью мы с Николасом вроде как… тусили в боулинге, – нехотя пояснила Изабель. – Но это было после закрытия.
– Другими словами, вы туда вломились, – подытожил Майкл. – И?
– Мы немного подурачились. Поели. Немного поиграли шарами от бильярда… – Изабель замолчала. Она знала, что нужно рассказать про охранника, но это казалось слишком сложной задачей.
– И? – Майкл выжидающе смотрел на нее.
– А потом охранник почти поймал нас, так что Николас воспользовался своими силами, чтобы вырубить его, – выпалила Изабель. – Но он в порядке. Николас ему почти не навредил. Лиз сказала, что шериф Валенти…
– Стой. Назад. Как Валенти попал в эту историю?