Изгой. Дикарь

Примерно это она и сказала, когда того талисмана кинули в бак. В тот же момент улыбка исчезла с лица Алекса.
– Я почувствовала это, – пробормотала Изабель, уставившись на инопланетянина. Она повернулась к парню; ее лицо побледнело. – Почувствовала, как кто-то воспользовался силой.
– Ты уверена? – спросил Алекс.
– Совершенно. – Изабель кинула еще один взгляд на инопланетянина. – Давай сдадим оборудование.
  
Они быстро отдали свои клюшки и направились на парковку.
Алекс не понимал: очевидно, ни Макс, ни Майкл не были с Изабель, когда она получила бонусную игру. Но все они настаивали на том, что других пришельцев не существовало. Как же тогда объяснить все происходящее?
И почему все эти события сосредоточились вокруг Изабель? Того парня подкинули, когда он дразнил Изабель. А теперь она так поразительно забила мяч.
Они остановились перед побитым «Фольксвагеном Рэббит» Алекса.
– Э-э, Изабель… – Парень засомневался, стоит ли озвучивать свои мысли. Он только что провел пару часов, пытаясь отвлечь ее от плохого настроения – и вот уже собирался снова его испортить.
Она прищурилась.
– Вываливай.
– Ты полностью контролируешь свои силы? – быстро спросил он. – То есть ты когда-нибудь пользовалась ими неосознанно?
– Что?! Ты думаешь, я так страстно желала забить мяч в мини-гольфе, что неосознанно воспользовалась своей силой? – тут же воскликнула Изабель. – Большое спасибо, Алекс. Ты, как и остальные ребята, считаешь, что это моя вина?
– Это не твоя вина, если ты неосозна… – начал Алекс, пытаясь уменьшить нанесенный вред, но Изабель его перебила.
– Ни за что! – Девушка толкнула Алекса к машине. Она стояла так близко, что тот ощутил тепло, исходящее от ее тела. От пряного аромата у него кружилась голова.
Изабель подошла еще ближе, сокращая расстояние между ними.
– Я никогда не делаю того, чего не планирую, – твердо сказала она. А затем обвила руками его шею и поцеловала. Это был длинный, страстный поцелуй, заставивший вопросы покинуть голову Алекса.
  
Глава 3
 
Изабель засунула купон на бесплатную игру в мини-гольф в раму зеркала, позаботившись, чтобы он оказался рядом с их с Алексом фотографией на выпускном балу, а потом плюхнулась на кровать.
Это было даже весело. Мини-гольф едва ли мог стать ее любимой игрой, но Алексу удалось изменить ее мнение. Все шло хорошо… пока кое-что не случилось. Тот странный момент, когда она ощутила гудение используемой силы.
Что, если Алекс прав? Могла ли она неосознанно воспользоваться своей силой, чтобы направить мяч? От этой идеи стало не по себе.
«В этом нет смысла», – подумала Изабель. Они говорили о мини-гольфе. Нет ничего, связанного с этой игрой, что могло бы вызвать в ней какое-либо неосознанное желание. Да, забить мяч в ту лунку было бы здорово, но не более того.
Совершенно другое дело, если бы, например, перед ней внезапно материализовался Брэд Питт. Или Стейси Шайнин набрала бы сто восемьдесят килограммов. Тогда ей точно пришлось бы подумать над теорией Алекса о неосознанных желаниях.
Должно быть другое объяснение. Но от попыток понять его у Изабель уже начала болеть голова.
Девушка потянулась на кровати и закрыла глаза. Может, она просто посмотрит пару сновидений? Ей следовало бы немного отвлечься.
По крайней мере, она все еще могла путешествовать по чужим снам. Это был единственный безопасный способ воспользоваться силами – люди никогда не узнают о нем. Даже Макс, мистер Ответственность, иногда это делал.
Изабель гадала, настанет ли когда-нибудь день, когда ей не нужно будет осторожничать. Когда она сможет использовать свою истинную силу. Она скучала по ней. Иногда возникало ощущение, что в какую-то часть ее тела вкололи обезболивающее, и та просто онемела. Отмерла.
Может, Макс и Майкл не переживали из-за потери части себя, но Изабель не могла отмахнуться от этого. Жить, скрывая силу, – словно иметь пару больших прекрасных крыльев и не иметь возможности летать.
«Нет смысла раздумывать над тем, что нельзя изменить, – одернула она себя. – Воспользуйся силой для чего угодно, кроме хождения во снах, и умрешь».
Изабель поправила подушку под головой и сосредоточилась на глубоком ровном дыхании, готовясь к прогулке во сне. Через пару секунд она проскользнула в состояние между сном и явью и оказалась в сфере.
Девушка опустилась на пол и пробежалась глазами по блестящим сферам, вращающимся вокруг нее. Они всегда напоминали ей гигантские мыльные пузыри, наполненные радужным цветом. Каждая принадлежала спящему человеку; за долгие годы Изабель удалось соединить бо́льшую часть знакомых людей с их сферами сна. Она определяла их по цвету и звуку. Каждая издавала одну чистую музыкальную ноту, которая никогда не повторялась.
Изабель закрыла глаза, чтобы сосредоточиться на звуках сфер, не отвлекаясь на их мерцающую красоту. Да, это новая нота, такая низкая и глубокая, что ее почти не слышно.
Девушка стала напевать – так можно было призвать сферу сновидений к себе. Звук приблизился; Изабель открыла глаза и протянула руки. Наконец шар, вращаясь, упал к ней в руки.
«Скорее всего, это будет какой-нибудь мужчина средних лет, только что переехавший в город, – подумала Изабель. – У него будут отвратительные сны о нем и супермодели».
Иногда, заглядывая в сновидения других людей, можно было увидеть действительно неприглядные вещи. То, из-за чего хотелось тут же побежать в ванную и вымыть руки.
Изабель сделала глубокий вдох и заглянула в сферу… но увидела лишь свое отражение. Странно. Поверхность других была прозрачной, и увидеть сон внутри не составляло труда. Эта же словно была сделана из бронзы, но тонкой, как лист бумаги, и почему-то мягкой.
Защитная сфера из металла – это точно не та вещь, которая могла бы заставить Изабель остановиться. Она развела руки, продолжая что-то напевать себе под нос. Шар начал расширяться; девушка отпустила его, и через несколько минут, когда он стал достаточно большим, Изабель ступила внутрь. Сфера за ней восстановилась.
Это оказалось намного лучше, чем сон какого-то мерзкого потного мужика. Все выглядело чудесно. И очень реалистично.
Изабель стояла на пустом пляже. Солнце почти село, и темнеющее небо покрывали, словно брызги, темно-красные и оранжевые пятна. В воздухе пахло свежестью, как обычно бывает после грозы, но не было похоже, что здесь недавно шел дождь.
«Это чей-то сон, – напомнила себе Изабель. – Не ищи логику».
Однако все, что она видела, вообще мало напоминало сон. Во-первых, он казался слишком статичным. Здесь были несколько крошечных птичек, гоняющихся за волнами, когда они затихали, и убегающих, когда те возвращались, и на этом все. Будь это обычный сон, здесь бы обязательно что-то происходило.
И где был сам спящий? Ладно, человек мог принимать другие обличья во сне, но кто бы ни являлся хозяином этого видения, он должен был присутствовать здесь хоть в каком-нибудь виде. Представлял ли он себя одной из этих маленьких птичек? Это было бы мило.
Изабель решила, что раз уж она торчит здесь, то может хорошо провести время. Правда, она была одета не для пляжа. Мгновение спустя на Изабель появилось ярко-оранжевое бикини с прозрачной юбочкой.
Девушка шла босиком, держа в руке большой бокал с напитком из тропических фруктов. Она решила добавить себе красивый золотистый загар – было приятно и легко манипулировать реальностью во сне.
Изабель прошлась вдоль пляжа – с каждым шагом ноги утопали в мягком, словно пудра, песке. Она никогда не видела, чтобы песчинки были такими маленькими.
  
Небо стало совершенно темным; вышла луна. Изабель подняла глаза и поняла, что месяц почему-то не один – их два. Оба идеально круглые и сияющие серебряным светом.
Поднялся легкий ветерок. Мгновение спустя волосы Изабель сами завязались в элегантный пучок. Хотела бы она иметь столько же силы при бодрствовании! Ей бы никогда не пришлось снова страдать из-за спутанных волос.