Отчаянная и нежная (Косвенные улики)

— А вот это мы и выясним. — Он выровнял самолет и взял курс на юг.
Видя, что в его глазах застыла тревога, Камилла переменила тему.
— Скажи, пожалуйста, а какое звание у тебя было в авиации?
— Майор. — Он улыбнулся. — Похоже, я обошел тебя в чине.
— Но ты ушел в отставку, — напомнила она. — Держу пари, форма тебе шла.
— Тебе бы такая форма тоже пошла… Смотри-ка!
Они увидели внизу коттедж. Это был трехэтажный дом из темного дерева. Поблизости стояли еще два, отделенных друг от друга линиями деревьев.
  
— Ни один из них не подходит.
— Да, — согласился он. — Но мы найдем тот, который подходит.
Они продолжали поиски. Камилла осматривала местность в бинокль. То там, то тут маячили дачи, по большей части, видимо, не занятые. Лишь у немногих из труб клубился дым и у входа стояли грузовички или джипы. Мелькнул человек в красной рубашке — он колол дрова. На заснеженном лугу паслось стадо лосей. Как мимолетный отблеск пробежал белохвостый олень.
— Ничего, — успокоила она. — Если только мы хотим документально… Погоди-ка! — Белое пятно привлекло ее внимание и исчезло. — А ну-ка развернись на сто двадцать градусов вправо. — Она продолжала обшаривать взглядом через бинокль заснеженные гребни.
Да вот же он, двухэтажный, из побеленных бревен, с верандой и тремя окнами на запад! В конце наклонной подъездной дороги стоял небольшой, но мощный с виду грузовичок. Как доказательство, что дом обитаем, из трубы, завиваясь спиралью, поднимался дым.
— Это, должно быть, тот самый дом.
— Держу пари, что он! — Айвор облетел его, затем развернулся. Камилла взялась за микрофон.
— Дай мне координаты. Я вызову сюда команду для наблюдения, так что мы сможем вернуться и взять у судьи ордер на обыск.
Айвор сообщил ей координаты.
— Давай радируй. Но я не буду дожидаться клочка бумаги.
— Ради Бога, что ты собираешься делать?
Его глаза вспыхнули.
— Я посажу самолет и пойду туда.
— Нет, — сказала она. — Ты не пойдешь.
— Ты делай то, что должна. — Он заложил вираж над лугом, где Камилла увидела пасущихся лосей. — Есть надежда, что она здесь. Я должен проверить.
— Но что ты будешь делать? — Она не заметила в пылу спора, что они перешли в режим крутого снижения. — Ворвешься внутрь, размахивая пистолетом? Это трюк для кино, Найт! Мало того, что это противозаконно, ты еще подвергнешь заложников страшному риску!
— У тебя есть лучшая идея?
Он взял себя в руки и перевел самолет в пологое планирование. Дай-то Бог не перевернуться при посадке, подумала она.
— Мы вызовем команду с оборудованием для наблюдения. Выясним, кто владелец дома, получим все бумаги и…
— …Тогда войдем? Нет уж, спасибо. Ты вроде бы говорила, что каталась на горных лыжах, верно?
— Что?!
— А то, что сейчас мы проделаем это на самолете. Держись!
Камилла со страхом наблюдала через ветровое стекло, как на них с угрожающей быстротой надвигается заснеженный луг. Она хотела что-то сказать, но тут от удара о землю у нее перехватило дыхание.
Они приземлились и заскользили по лугу. Снег, взметаясь из-под колес, залеплял окна. Камилла с почти философским спокойствием ждала, что они врежутся в стену или дерево. Затем машина два раза крутанулась вокруг своей оси и замерла.
— Ты безумец! — Она наконец смогла вздохнуть и тут же обрушилась на него со всем пылом своего характера. Она хотела побить его, но для этого в кабине было слишком тесно. Ей-Богу, она готова была убить его и не пожалела бы.
— Однажды мне пришлось сажать военный самолет с испорченным радаром на Алеутских островах. Уверяю тебя, это было гораздо хуже.
— Ну и что это доказывает?
— То, что я все еще классный пилот.
— Повзрослей наконец! — закричала она. — Это мальчишество, Найт! Мы приближаемся к подозреваемым в похищениях, может быть, в убийстве, и среди них, возможно, находится невинный ребенок. Это надо делать по правилам, Найт!
Одним движением он отстегнул ремень и схватил ее за запястья.
— Слушай меня! — Она рванулась, чтобы освободиться от этих железных пальцев, но ярость в его глазах остановила ее. — Я знаю, что такое реальность, Камилла. Я достаточно повидал в своей жизни и знаю, как жесток наш мир… Когда эта девочка была младенцем, я держал ее на руках. И сейчас не оставлю ее ради каких-то бумажных процедур!
— Айвор!..
— Брось! — Он оттолкнул ее руки. — Я не прошу тебя о помощи, потому что пытаюсь уважать твои идеи законности и порядка. Но я пойду за ней, Милли, и пойду сейчас.
— Подожди. — Она погладила его волосы. — Дай мне подумать минутку.
— Ты чертовски много думаешь!
Он хотел встать, но она ударом кулака в грудь опрокинула его обратно в кресло.
— Я сказала — подожди! — Она откинулась, прикрыла глаза и погрузилась в размышления.
— Сколько до дома? — спросила она через минуту. — Полмили?
— Пожалуй, три четверти.
— Дороги, ведущие туда, все расчищены…
— Да, — нетерпеливо сказал он. — И что с этого?
— Было бы лучше, если бы я могла застрять в сугробе… Но поломка машины — тоже хороший повод.
— О чем ты говоришь?
— Я говорю о совместной работе. — Она открыла глаза и уколола его взглядом. — Тебе не нравится мой способ действий, а мне — твой. Значит, надо найти какой-то компромисс. Итак, я вызываю на подмогу местную полицию и даю им слово от имени Гейджера. Увидишь, он управится с бумагами в два счета.
— Я тебе говорю…
— Говори что хочешь, — хладнокровно отрезала она. — Это единственный приемлемый путь. Врываться туда нельзя. Во-первых, мы могли ошибиться насчет дома. Во-вторых, — она отмахнулась от его попытки что-то возразить, — это увеличивает опасность для Рут, если ее там держат. И, в-третьих, любые действия без должной процедуры дают этим ублюдкам шанс увильнуть от суда, а я хотела бы засадить их в тюрьму, и надолго. Итак, слушай…
Ему это не нравилось. И дело было не в том, насколько хорош был предложенный ею план. Не нравилось, и все. Но во время долгой дороги к дому она хладнокровно и логично опровергла все его доводы.
Она собиралась войти в дом сама.
— А почему ты думаешь, что они впустят тебя, как только ты постучишься?
Она склонила голову и бросила кокетливый взгляд из-под ресниц.
— Нет нужды доказывать тебе, Найт, что у меня в распоряжении огромный запас обаяния. — Она прибавила шаг, подлаживаясь к нему. — Как ты думаешь, что сделает большинство мужчин, если в дверь постучится беспомощная женщина, взывающая о помощи, потому что она заблудилась, ее машина сломалась, а на улице, — она изобразила легкую дрожь, и голос ее перешел в кошачье мурлыканье, — а на улице так ужасно холодно!
Он выругался и задумчиво посмотрел, как тает клуб пара от дыхания.
— А что, если они предложат отвести тебя к твоей машине, чтобы починить ее?
— Ну, я буду ужасно благодарна. И постараюсь задержать их на какое-то время, пока не приедет полиция.
— А если они начнут грубить?
— Тогда мы с тобой приведем их в чувство, не правда ли?
Ему не хотелось даже думать об этом.
— Я все-таки считаю, что мне надо пойти с тобой.
— Неужели ты думаешь, что они проявят то же сочувствие к маленькой беспомощной женщине, если она появится со здоровенным мужчиной?! — спросила она с сарказмом. — В любом случае местные ребята подоспеют раньше, чем случится что-нибудь нехорошее. — Она помолчала, оценивая расстояние до дома. — Мы уже довольно близко. Кто-то из них может выйти на утреннюю прогулку. Нельзя, чтобы нас увидели вместе.
Айвор сунул сжатые в кулаки руки в карманы, затем разжал их. Она была права. Более того, она была великолепна! Он вынул руки, взял ее за плечи и привлек к себе.
  
— Следи за каждым шагом, лейтенант.
Она крепко поцеловала его.
— И ты тоже.
Камилла повернулась и дальше пошла одна крупными шагами. Айвору вдруг захотелось остановить ее и сказать, как он ее любит. Но вместо этого он повернулся и пошел в обход, подбираясь к дому сзади. Сейчас не время для эмоций. Их надо отложить на потом.