Две Лисы для Изначального бога (СИ)

В город отпросилась у начальницы намекнув, что можно отвлечь пса-охранника с помощью специального лакомства.
Тогда ее мужчина обратит внимание на женщину, пока питомец будет занят угощением.
Сделав правильные выводы, женщина вручила мне мешочек с золотыми монетами. Бери сразу много и побольше, и руки в стороны развела, как заправский рыбак.
Всю дорогу, пока шла по улочкам думала о лакомстве для такого монстра.
Каково же было мое удивление, когда Тамара поставила на стол круглый аквариум с крышкой и узкой прорезью в боку. Внутри копошились летающее — ползающие насекомые. Красивые. Такие упитанные. Еще она выложила огромную кость. Не из динозавра же она, — переспросила, округлив глаза. Нет, — специальные водоросли.
Глядя на мои округлившиеся глаза, она засмеялась — это для антуража. Сэм его разгрызть не сможет, пососать еще куда не шло. Но и то хорошо, в структуре волокон много микроэлементов и витаминов.
— А почему ты его Сэмом называешь?
— Потому что он Семтюрмонель, или коротко Сэм.
— Кто, прости?
— Семтюрмонель.
— А почему? — Обреченно протянула, дивясь странному имени.
— Наверное, потому что седьмым родился.
В качестве отвлечения двух влюбленных Тамара предложила устроить им в саду романтический ужин. Откуда-то на стол рядом с лакомствами был водружён китайский небесный фонарик. И хотя в этом мире не было китайцев, но фонарики были.
Мысль о китайцах заставила задуматься — если бы здесь были китайцы, то захватчиков уже давно бы съели, или разводили опять же для еды.
Да, божественный недосмотр в этом отношении.
— Ты пойдешь во дворец, а я помогу тебе отвлечь этих двоих. Скажешь, что изюминка будет в конце ужина. Запуск этого фонарика они запомнят надолго.
— А как же ты сможешь обмануть их?
Тамара улыбнулась и сделала несколько пасов перед своим лицом.
— Смотрюсь в тебя, как в зеркало, — пропел удивленный мозг.
— Класс, — слушай, может я могу охранников на воротах отвлечь, а ты по моему пропуску пройдешь?
Через час к воротам катилась тележка. В ней покоилась тряпичная кукла в человеческий рост, с вывернутыми в разные стороны руками и ногами, аквариум и кость для жабо-пса, а также фонарик для управляющего и моей начальницы. Только перед дверью в свою комнату я смогла отмереть. В тряпичной кукле никто не распознал живого человека, а значит наш план начал воплощаться в жизнь.
Однозначно сегодняшний вечер станет эпохальным. Во дворец я собиралась идти под личиной начальницы, пока она будет ужинать в укромном уголке сада. Я вела свой личный счет тех, кого мне удалось обмануть, заставив представлять на моем месте другое существо. Если я правильно все рассчитала, то Кицунэ будет должна мне этот отдых мечты. А уж устраивать всякие развлечения эта плутовка умела, как никто другой.
Пробираясь в сгущающихся сумерках в сторону, крыла Верховного, я переживала только об одном. Чтобы он был на месте, и чтобы второй раз в это гнездо не пришлось соваться. Все же изучение устройства дворца дало возможность пробраться в крыло так, что никто меня не видел.
Левое и правое крыло дворца были зеркальными отражениями друг друга, и тайный ходы в том числе.
Только здесь ними никто не пользовался. Пробираясь в темноте запутанного лабиринта, я размышляла о том, насколько много всего произошло с того момента, как мы вышли из портала в храме Изначального.
Чувствовала ли я себя оторванной? Скорее нет, чем да. Казалось, что сейчас и здесь я на своем месте, а лиса внутри твердила, что нас ждут великие дела.
Так, здесь направо и немного вниз.
Я нащупала на стене маленький глазок, отодвинула закрывающую его задвижку и приникла к дыре глазом.
В плохо освещенном зале стояла гулкая тишина. Только странное поскрипывание долетало от центра комнаты.
Вглядываясь в тени, которые колыхались в отблесках единичных свечей, я узнала балахоны Служителей Серого. Их было четверо.
Их фигуры не давали нормально рассмотреть то, вокруг чего они собрались. И что они вообще делают.
 
Наконец служитель с моей стороны отошел с какой-то чашей и моему взгляду открылся огромный черный таракан, который потел.
Я попыталась сделать ревизию увиденному. Но ничего другого, кроме потеющего таракана в голову не приходило. Стоящие собирали то, чем он потеет в чаши, и именно с одной из них отошел служитель, открыв мне эту странную картину.
— А, так это же, наверное, то, чем мажут лбы! Ну психотропный наркотик. Очуметь, это ж надо какая- интересная животинка!
Жрец со стороны головы отошел, и в чаше у него была алая жидкость.
Только тщательнее вглядевшись в то место, где он стоял, я с ужасом поняла неприглядную истину. Таракан доедал человеческие остатки, потея при этом наркотической дрянью.
Наверное, этот вид плохо повлиял на мою тонкую душевную организацию, потому что я не сдержала рвотного рефлекса.
Звук, который выдало мое тело, раздался в священной тишине как колокол.
И в мою сторону повернулись все четыре головы в капюшонах и одна со страшными огненными глазами и чавкающей челюстью.
Команду — ноги, мне кажется, давала лиса, потому что я каким-то звериным нюхом за три минуты преодолела маршрут, по которому добиралась двадцать минут назад.
Что-то страшное прогрызало стену за спиной, понимание попадалова, гнало меня вперед со скоростью пули.
— Если тебя обнаружат, кинь этот шарик за спину, — возникли в памяти слова Тамары.
Отбежав от дворца метров на триста, запустила им в сторону двери, откуда выскочила и дала деру дальше уже лисой.
Через секунд десять, в том месте, где упал шарик сверкнуло. Таракан, высунувшийся по пояс из стены замер, оглушенный вспышкой.
Во все стороны забили огненные фонтаны, выбрасывая в воздух сполохи в различных диапазонах.
В комнату я втиснулась запыхавшейся девушкой.
Тамара ждала меня и глядя мне в глаза сказала — тебе нужно срочно куда-то спрятаться.
Позови Сэма, он поможет.
Наверное, моя начальница была рада праздничному фейерверку, а я неслась за Сэмом, который вел меня в сторону такой памятной башни.
Длинный язык выстрелил в стену, где предположительно располагалась панель, стена подернулась дымкой и засветилась зеленым.
— Куда меня ссылают, — мелькнула мысль, прежде чем я заскочила в приглашающую дымку. Следующая мысль была — Тамара меня отмажет. — Поскольку две меня на территории резиденции это действительно перебор.
7.3
Шутки в сторону.
Ричи
Нельзя привыкнуть к боли. Но есть те, кто не чувствует боли. Это очень редкая генетическая аномалия у людей. По имеющейся статистике (которая, по вполне очевидным причинам, крайне невелика), средняя продолжительность жизни таких нечувствительных существенно ниже среднего показателя.
Вот и с субъектом, который управлял стройкой пришельцев было не все просто.
Ёкаи помогли достать из империи, в которой жила Кицунэ антидот. Поэтому пожилого раба мы накачали этим веществом и оставили на попечение одной из девушек.
Он правда очень удивлялся ее виду. Видимо с племенем ёкаи доводилось знакомится не всем, либо память о них затерли у обычного населения.
Прораба тоже напоили антидотом. Но никаких изменений в ругательствах, которыми он сыпал на двух охранников за пол дня не обнаружилось.
— Может он доброволец или идейный, — размышлял я вслух, наблюдая за ним из темноты.
Когда он уж слишком сильно начинал верещать и бросаться в их сторону, один из охранников давал ему в лоб, отбрасывая того к стене на выделенное ему ложе.
Было ощущение, что удар этот великан воспринимает как щелбан, потому что он поднимался и как ни в чем не бывало начинал словесную атаку снова.
 
Но состояние кожи на лбу говорило о том, что охранники бьют в полную силу и если не прекратить, то может треснуть его череп.
— Пытать, — не вариант.
Почесал макушку, обычно боль развязывает языки почти всем.