Дороги мертвецов (ЛП)

— Я сказал ей убедиться, что ребенка не будет дома, — объясняет он, когда мы подходим к коттеджу. — Я подумал, что это было бы слишком.
— Спасибо.
Красная дверь выделяется на фоне заснеженного сада. Она яркая, неистового малинового оттенка, кровь разливается по лужайке, создавая завесу смертности. Я почти боюсь к нему прикасаться.
На подъездной дорожке стоит машина, накрытая брезентом, и Хантер быстро заглядывает под него.
  
— Что ты делаешь? — Я шиплю на него.
— Проверяю ее историю, — отвечает он, присвистывая себе под нос. — Это просто дерьмовый старый Бимер. Интересно.
— Почему?
Он смотрит на меня.
— Она сохранила деньги, когда твоего отца осудили. Что со всем этим случилось?
— Ну… Я не знаю.
— Может быть, мы узнаем. Хантер кладет руку на дверь. — Готова к этому?
— Буду ли я когда-нибудь.
Я прижимаюсь к нему, когда он стучит три раза. Секундой позже замок щелкает, и дверь приоткрывается. Два зеленых глаза устремлены на Хантера, уже блестящих от слез.
— Джиана? — он подсказывает.
— Мистер Родригес, — выбегает она.
Держа дверь открытой, Джиана Кенсингтон выходит на захламленное крыльцо. Она невысокая и стройная — ненамного выше меня, — но выглядит миниатюрной и элегантной.
Ее шелковая белоснежная блузка заправлена в узкие джинсы, а орехово-каштановые волосы собраны сзади в свободный хвост, обрамляющий черты лица средних лет.
Сделав глубокий вдох, я выхожу из-за спины Хантера. В тот момент, когда она замечает меня, у нее текут слезы. Ее руки зажимают рот, и ей требуется тридцать секунд, чтобы изучить каждый дюйм моего тела.
— Эм, привет, — неловко говорю я.
— Летиция? — Джиана всхлипывает, прикрываясь руками. — Боже мой, ты такая… такая большая.
— Это Харлоу. Не...
Прижимая руку к горлу, она сжимает изящный серебряный медальон, пока мы смотрим друг на друга. Я отчаянно пытаюсь и не узнаю ее. Ее волосы светлее моих, у нас глаза разного цвета.
Она могла быть незнакомкой.
Этот человек не моя мама.
Этот титул принадлежит другой женщине, жестокой и беспечной, избивающей мое маленькое тельце до тех пор, пока ее кулаки не треснут и не пойдет кровь. Миссис Майклс украла у меня право на любящего родителя. Я не могу вернуть это обратно.
— Заходи, — выпаливает Джиана, возвращаясь в свой дом. — Боже, не стой на снегу. Мне так жаль.
Я позволяю Хантеру вести. Он снимает пальто и поворачивается ко мне, приподняв бровь. Когда я не двигаюсь, он мягко затягивает меня внутрь и снимает парку с моих плеч. Я не могу пошевелить и пальцем.
— Дыши, — шепчет он.
Толкая меня перед собой, я ловлю момент, когда Джиана видит мою сломанную руку. Краска отливает от ее лица.
— Что случилось? — спрашивает она.
— Как я уже сказал по телефону, Харлоу все еще поправляется, — дипломатично отвечает Хантер. — У неё был сепсис, и она перенесла операцию из-за перелома руки около двух месяцев назад. На следующей неделе ей должны снять гипс.
Джиана может делать всевозможные выводы из этих коротких обрывков информации. Я не уверена, что хочу, чтобы она так много знала обо мне.
— Как ты себя чувствуешь, Летти? — спрашивает она с натянутой улыбкой.
— Харлоу, — напоминает ей Хантер.
— Хорошо. — Она опускает голову, снова краснея. — Прости.… может, заварим чай? Мой муж, Фостер, скоро вернется домой с собакой.
Мы следуем за ней по узкому коридору в кухню в задней части дома. Ее дом удобный, хотя и тесный, окрашен в приглушенные тона. Я решительно игнорирую детскую обувь, разбросанную рядом с лестницей.
На кухне в стиле фермерского дома я изучаю блюда, которые приготовила Джиана. Сэндвичи, печенье и миниатюрные пирожные. Она нервно напевает, наполняя два чайника чаем, каждую секунду бросая на меня взгляды.
В комнате тепло, уютно, она подходит для семейного отдыха. Я не могу не заметить кучу фотографий в рамках на подоконнике. Новость все еще не дошла до меня, и я отчаянно нуждаюсь в доказательствах.
— Можно?
Джиана чуть не роняет чайник, который держит в руках.
— О, ну, эм...… конечно. Ты… помнишь ее?
Взяв в руки первый снимок, я прижимаю бабушку к груди. Я не могу поверить, что она действительно была настоящей. Сидя на одеяле для пикника, она строит замок из песка с помощью миниатюрной лопатки и ведерка.
— Немного, — признаюсь я. — Она уже некоторое время появляется в моих снах. Я понятия не имела, что она настоящая, не говоря уже о семье.
Джиана остается на безопасном расстоянии, но, похоже, отчаянно пытается пересечь кухню. То ли обнять меня, то ли причинить боль, я не знаю. Я не могу доверять ей. Только не после миссис Майклс.
— Она всегда брала тебя с собой на пляж, когда ты уезжала погостить. Неважно, сколько раз я говорила ей, что кормить этих чертовых чаек незаконно. Ты была ярким светом во всем ее мире.
Я провожу пальцем по ее шелковистым волосам.
Она была настоящей.
Может быть, таковы все мои мечты.
— Бабушка Сильви, — шепчу я.
Ставлю рамку на место, прежде чем уронить ее, и сажусь на свободное место рядом с Хантером. Джиана садится напротив, подмечая, как он берет мою руку в свою. Ее брови сводятся вместе.
— Как я объяснил по телефону, текущая ситуация немного деликатная, — начинает Хантер, делая глоток чая.
Чашка дрожит в руке Джианы.
— Я видела объявление для прессы. Я рада, что вы сохранили в тайне личность Лет... эээ... Харлоу.
— Боюсь сказать, что пройдет совсем немного времени, прежде чем СМИ соединят точки. Секреты рано или поздно становятся достоянием общественности. У нас возникли некоторые проблемы с репортерами, отслеживающими передвижения Харлоу.
— Этого нельзя допустить, — задыхается она.
— Мы обеспечим безопасность Харлоу, несмотря ни на что. Я также могу подтвердить, что мы возобновили дело о ее похищении. Вам нужно будет снова пройти допрос, на этот раз с моей командой.
— О, конечно, — смущенно соглашается Джиана.
— Мы продолжим посвящать всю нашу компанию этому делу, пока все не будет закончено.
— Что, если это не сработает? — Что? — спрашиваю я. — Мы не можем бороться с этим вечно. Другим людям тоже нужна твоя помощь.
— Харлоу, — рявкает Хантер. — Мы это не обсуждаем.
Когда Джиана пытается похлопать меня по руке, я отодвигаюсь назад, вне пределов ее досягаемости. Она бледнеет еще больше. Напряжение превращает все ее тело в мраморную статую.
Прочищая горло, Хантер снова наполняет свою чашку.
— Мне нужно спросить вас о вашем бывшем муже. У нас есть к нему несколько вопросов.
— Я не видела его больше десяти лет, — отвечает она резким голосом. — Наш брак распался, когда его осудили. Я переехала сюда, чтобы быть поближе к своей матери, пока она не умерла.
— Вы ничего не слышали о нем с тех пор, как его освободили?
Поколебавшись, она снова прикасается к медальону на шее.
— Было письмо. Оно пришло в десятую годовщину похищения.
— Нам нужно будет принять это в качестве доказательства.
— Ну, если я смогу найти его... хм, с тех пор мы переехали.
— Что в нём было? — Я набрасываюсь на нее.
Джиана закусывает губу.
— Харлоу… он не был хорошим человеком. В каком-то смысле я рада, что ты не помнишь, через что он заставил нас пройти.
— Ты не имеешь права так говорить. — Я сдерживаю слезы, грозящие пролиться. — У меня украли воспоминания. Я потеряла все.
— А я нет? — возражает она.
Вытирая щеки, она смотрит на Хантера в поисках помощи. Он слишком занят, выпивая свою часовую дозу чая, чтобы вытащить ее из ямы, которую она вырыла.
— Что теперь будет? — Джиана прочищает горло.
— Харлоу останется под стражей до тех пор, пока угроза не будет устранена.
  
Она выглядит удрученной. Меня бесит, что я хочу стереть это выражение с ее лица кулаком. Насилие не в моем характере, но она не может сидеть здесь и оплакивать девушку, которая умерла давным-давно.