Дороги мертвецов (ЛП)

— Они сказали, что ты ушел, — снова настаиваю я.
Тео снимает грязные очки и отбрасывает их в сторону, чтобы потереть виски.
— Я так и сделал. Пустая трата времени.
— Хантер — пустая трата времени?
— Нет, я, — поправляет он. — Со временем должно становиться легче, так? С этим горем. Ричардс говорил... что время лечит.
Потягивая кофе, я наблюдаю за сменой эмоций, захлестывающих его. Смерть Алиссы всё перевернула. Она была потрясающим человеком. Я был за решеткой, когда она умерла, но мне всё равно было больно. Мы были друзьями, но она была для них всем.
  
— Прошли годы, — грубо признается Тео. — Почему это не стало проще, а? Я так устал испытывать боль. Я больше не могу этого делать.
— Ты действительно хочешь знать, что я думаю?
— Почему бы и нет? Больше меня никто не слушает.
— Ну, я думаю, ты ждешь, когда все вернется на круги своя. Ну, знаешь, как раньше.
Тео кивает.
— Возможно.
— Ты ждешь чего-то, чего не произойдет. Как ты можешь быть счастлив, живя таким прошлым?
— Черт возьми, Ли, — ругается он. — Когда ты так говоришь, я кажусь чертовски тупым. Я знаю, что она мертва.
Я кладу руку на его плечо.
— Ты все еще горюешь. Ты думаешь, я не провел три года за решеткой, желая вернуться и сделать другой выбор? Это человеческий инстинкт.
Допив кофе залпом, Тео надевает очки. Они немного кривоваты и все еще грязные, но он больше похож на себя, когда его голубые глаза встречаются с моими.
— Так как же мне отключить человеческий инстинкт?
— Никак. Перенаправь их в другое русло.
— В другое русло? — он повторяет, наморщив нос.
— Любое направление лучше ада, в котором ты сейчас находишься, верно?
Тео горько усмехается.
— Когда ты успел стать таким умным?
Я ударяю своей чашкой о его.
— Уйму времени было, чтобы попрактиковаться в моих навыках мудрого будды в тюрьме. Это и годы пьяных бесед с незнакомцами. Это полезно для души.
Его голова падает и ударяется о барную стойку.
— Господи, я был таким придурком. Я наговорил столько дерьмовых вещей Хантеру и Энцо.
— Ты терпел их все эти годы. По-моему, это дало тебе некоторую свободу действий, чтобы быть придурком.
— Боже, как утешительно.
Фары внезапно освещают дом, когда ворота закрываются. Машина паркуется, и мы оба наблюдаем, как из нее выходят четыре фигуры. Одна фигура выдает Энцо. Он отключает систему безопасности, прежде чем отпереть входную дверь.
— Лейтон!
— Это будет здорово, — бормочу я в опущенную голову Тео. — Я здесь, Энц.
Остановившись в дверях, Энцо окидывает взглядом полуразрушенную комнату и замечает нас обоих. Его лицо каменеет.
— Тео, я искал тебя по всему городу, — кричит он. — Ты даже не мог ответить на свой чертов телефон?
Он не поднимает головы.
— Три дня назад я думал, ты поймешь намек, Энц. Я не хочу разговаривать.
— У нас есть проблемы поважнее, чем твоя истерика.
Входная дверь закрывается, и трое пассажиров Энцо заходят в дом. Я выпрямляюсь, засовывая пистолет под газету, которую оставил Хантер.
— Теодор Янг! — кричит знакомый голос. — Я собираюсь убить тебя во сне и помочиться на твой гребаный труп для пущей убедительности.
Высокая, жилистая, закутанная в кожаную куртку Бруклин Уэст входит в комнату с уверенностью опытного убийцы. В эти дни ее пепельно-белые волосы падают ей на плечи, непослушные и растрепанные, подчеркивая проколотый нос.
Дерзкие губки изогнуты в устрашающей гримасе, она смотрит своими серебристо-серыми глазами прямо на меня. Черт возьми, в конце концов, мне не нужно было прятать пистолет. Она никогда не выходит из дома без него.
— Привет, Брук. — Я игриво машу рукой. — Не могла бы ты не мочиться на мой труп, пожалуйста? Я не приходил домой пьяным. Ну, на этот раз.
У нее отвисает челюсть.
— Лейтон! Сукин сын.
Позади нее в комнату входят две фигуры, олицетворяющие власть. С волосами цвета полуночи, достаточным количеством темных татуировок, доходящих до горла, и несколькими черными пирсингами в бровях Хадсон Найт представляет собой пугающее зрелище.
Он одет в свои обычные рваные джинсы и черную футболку, демонстрирующую еще больше татуировок, которые оттеняют его огромные бицепсы в темноте. Каждый дюйм его тела покрыт. Я бы перешел чертову дорогу, чтобы убраться подальше от этого ублюдка.
— Малыш Родригес, — протягивает он. — Давно не виделись.
Сдернув меня с барного стула, он больно сжимает мою голову и ерошит мне волосы. Трахни меня, это все равно что оказаться в объятиях крокодила.
— Не могу дышать, — хрипло говорю я.
— Не убивай пока этого маленького засранца. — Энцо вздыхает с другого конца кухни. — От него есть польза.
Хадсон фыркает, отпуская меня.
— Пока.
Отряхиваясь, я попадаю под очередной торнадо, когда Бруклин заключает меня в удушающие объятия. Клянусь, у меня действительно скрипят ребра.
— Ли, — шепчет она мне на ухо. — Черт возьми, чувак. Где ты был? Мы безостановочно пытались до тебя дозвониться.
— Прости, Би. Всё было так неспокойно.
— Мы живем в миле отсюда, придурок. — Она отталкивает меня назад и пригвождает взглядом. — Ты мог бы зайти, когда освободился.
— Да.… Я знаю.
Я готовлюсь встретить последний столп устрашения. Старший брат Хадсона, Кейд Найт, более накачанный и жилистый, чем я его помню. Он больше не похож на чокнутого подражателя Кларка Кента.
Он, как обычно, одет в рубашку с открытым воротом и отглаженные брюки, безупречно чистая ткань идеально сочетается с его зачесанными назад золотисто-светлыми волосами и проницательными карими глазами.
— Лейтон. — Он напряженно кивает. — Ты хорошо выглядишь.
Я подавляю желание закатить глаза.
— Иди сюда, идиот.
Он хихикает и заключает меня в крепкие объятия. До того, как я попал в тюрьму, я довольно хорошо узнал их разношерстную компанию. Они ворвались в нашу жизнь без предупреждения после закрытия института Блэквуда.
Другие парни — Илай, Феникс и Джуд — обычно всегда рядом. Эта неблагополучная семья объединилась по самое не могу. Они переехали после того, как Хантер купил это место, поддерживая тесные отношения со всей командой.
— Каким бы очаровательным ни было это маленькое воссоединение, — перебивает Энцо, — у нас здесь чрезвычайная ситуация.
— Что происходит? — Быстро спрашиваю я. — Харлоу?
— Нет, она все еще в безопасности с Хантером. — Он тычет большим пальцем в Тео. — Если бы этот человек потрудился включить свой телефон, он бы знал, что происходит. Наша пропавшая девушка нашлась.
— Что? — Тео напрягается.
— Разведывательная группа продолжила поиски, — мрачно отвечает Кейд. — Они заметили подозрительный автомобиль, выезжавший из места похищения с фальшивыми номерами.
— Вы нашли машину этого ублюдка? — Я изумленно смотрю на них.
Энцо кладет руки на барную стойку.
— Я сам отследил это с помощью-камер. Мы отправили местную полицию на промышленную площадку и обнаружили сгоревший фургон, преступника нигде не было видно.
— Внутри было оставлено тело девушки, — говорит Хадсон, пожимая плечами. — Никаких отметин, насколько мы можем судить. Вскрытие подтвердит.
— Значит, это не наш убийца, — предполагает Тео.
— Не похоже на это. — Энцо качает головой. — Это не та причина, по которой мы рыскали по улицам Лондона в поисках тебя.
Шагнув вперед, Кейд достает айпад из своей кожаной сумки и кладет его перед нами. Я наклоняюсь ближе. На экране появляется фотография напечатанной записки.
Харлоу,
"Да будет известно: кто обратит грешника от ложного пути, спасёт душу от смерти и покроет множество грехов". Иакова 5:20.
  
Возвращайся домой.
С любовью,
Твой отец.
Я борюсь с желанием разбить айпад Кейда вдребезги.
— Что, черт возьми, не так с этим больным сукиным сыном?