Демонолог (СИ)

Внутри что-то ёкнуло. Похоже, дорого.
— Расплатишься наличными?
Купюр и монеток не хватит. Зато у меня есть банковская карта тех отморозков из тупика. Почему бы не опробовать ее в действии? Заодно выясню, как люди рассчитываются этими штуковинами.
— Картой.
Меня, безусловно, должен был насторожить внешний вид карты. Черный фон, логотип солидного банка, золотая гравировка. Грабители из подворотен не заводят такие карты. К сожалению, я ничего не знал о здешних порядках и мироустройстве.
Протягиваю черный прямоугольник.
Женщина разворачивает в мою сторону экранчик неведомого устройства:
— Прикладывай.
Устройство пикает, из кассового аппарата вылезает чек, который аптекарша выдает мне вместе с пакетиками, спреем и волшебным «Регенератом». В ее глазах недоумение, но я этот тревожный звоночек игнорирую.
На улице уже темно.
Фонари горят, но не все. Проносящиеся по проезжей части автомобили светят фарами. На противоположной стороне дороги виднеется ситилайт с рекламой льготной ипотеки для малоимущих.
Я чуть не споткнулся о лазлегшегося на тротуаре бомжа. Бесформенное чудо в лохмотьях промычало что-то невразумительное и начало шелестеть картоном.
С ранениями медлить нельзя. Я неоднократно видел могучих воинов, которых заражение крови после очередной сечи загоняло в землю. Если зараза проникла в вены, никакие целители не помогут, ты — мертвец. Поэтому, не тратя времени понапрасну, я обрабатываю раны на ладонях антисептиком. Приятный холодок сменяется жжением. Хорошо. В моем мире пришлось бы раскалить на огне нож и заняться прижиганием. Выждав несколько секунд, я убрал спрей в рюкзак, достал тюбик с мазью, скрутил крышечку и выдавил на ладони немного мерцающей голубой субстанции. Втер в каждую дырку с двух сторон, игнорируя боль. Стоило бы почитать инструкцию, но я не хочу задерживаться в этом стремном райончике. На неприятности можно нарваться в любой момент.
Мазь — в рюкзак.
Ускоряюсь.
Память носителя уверяет, что живу я в соседнем квартале. Точнее — в микрорайоне «Нагорье». Там сплошные бетонные высотки, некоторые продолжают строиться до сих пор. Странно, что я полез на территорию Доберманов. Аптеки же через каждую сотню метров разбросаны…
Меня напрягают трупы в тупике.
Даже в моей отсталой с технологической точки зрения реальности городская стража начала бы разыскивать убийц. А здесь… всё сложно. Вроде бы, стража есть — все называют ее полицией. Вот только я ни разу не запримететил патрульной машины с мигающими красно-синими огоньками. Да и сам Илья был уверен, что полицейские не часто бывают в этих краях.
Город, в котором я оказался, имел довольно расплывчатое административное деление. Насколько я понял, есть места откровенно неблагополучные, как это, где селится преимущественно чернь, лишенная Дара. А есть элитные кварталы для избранных — охраняемые, чистенькие, с автономной инфраструктурой. Эдакие замкнутые экосистемы внутри мегаполиса.
Я вновь попытался пробудить в себе магическую силу.
Сконцентрировался, попробовал втянуть в себя незримую энергию, разлитую повсеместно…
Без шансов.
Теперь я заперт в теле слабого подростка, привыкшего ботанить в школе, а не держать в руках меч или копье. Илья вздрагивает от каждого шороха, вжимает голову в плечи. Этим рефлексам тяжело противостоять. Парень не относится к числу одаренных, поэтому у него нет сверхспособностей. Следовательно, их нет и у меня. Это не значит, что я не сумею найти решение. Это значит, что в начале игры судьба раздала мне плохие карты.
Я иду по Варваринской улице, протянувшейся на окраинах Неома от площади Хворостовского до станции метро «Черный Крест». Раньше этот город именовался Москвой. И да, это столица, центр непонятного и чуждого мне государства, известного как Европейская Московия. Делаю себе зарубку на будущее: разобраться получше в здешнем мироустройстве. А сейчас главное — попасть домой.
Мое тело проголодалось.
Подозреваю, что с утра ничего не ел. Сегодня воскресенье, но мать ушла на подработку. Илья всю ночь занимался какой-то ерундой в глобале, проснулся ближе к обеду. Перекусил вчерашним супом и разогретыми макаронами. Покормил сестренку…
 
Я решил выяснить, что такое глобал.
Кажется, эту штуку можно использовать для поиска ответов на вопросы, хотя мой носитель зависает в глобале с другими целями. Илья — игроман. Прячется в цифровых иллюзиях от неприглядной действительности.
Улица кажется мне всё более запущенной. Дома высокие, но какие-то обшарпанные, нуждающиеся в ремонте. Темнота скрадывает детали, но ощущение захудалых трущоб усиливается. В полумраке бродят мутные типы, из окон пахнет дешевой жареной едой.
Очередной перекресток.
Светофоры не работают, Варваринскую улицу пересекает гигантская траншея. Я вижу вывороченные трубы, ворочающийся экскаватор, фигурки рабочих в оранжевых робах. Плохо. Раскопки могут оставить без горячей воды целый квартал. А я бы хотел не только поесть, но и умыться.
Дома стали ниже, но впереди маячат темные тридцатиэтажные громады.
Еще никогда я не чувствовал себя столь уязвимым. Тело не натренировано, оружия нет, магических умений — тоже. Всюду шляются беспредельщики, маньяки и наркоманы.
Иду вдоль траншеи, непрерывно оглядываюсь.
Постепенно дорога начинает подниматься в гору — микрорайон выстроен на холмах. Справа высятся мрачные пятиэтажки, слева простирается пустырь.
Наращиваю темп.
Еще полквартала — и я на месте.
Огибаю по широкой дуге пьяные компании, гогочущие у подъездов. Парни и девушки. Курят, пьют, грызут семечки, плюют на мостовую. Типичное быдло, здесь таких большинство. На остановках припозднившиеся прохожие возвращаются с работы или едут к друзьям на вечеринки.
Еще немного…
Я не сразу замечаю приземистый белый автомобиль, ползущий вдоль обочины. Тачка, поравнявшись со мной, замедляется. Бесшумно скользит вниз тонированное стекло.
— Малец…
Продолжаю идти.
— Остановись, поговорить надо.
Твою ж мать.
Этого мне еще не хватало.
  
Глава 2. Поглощение — мать учения
 
Машина слегка ускоряется, а затем резко тормозит.
Предсказуемый маневр.
Дверь открывается, выпуская из подсвеченного приборной доской салона молодого человека лет тридцати. Мне этот персонаж не понравился сразу. Уверен в себе, одет с иголочки, на губах — презрительная усмешка. Такие типы всегда настораживают. Во-первых, ему здесь не место. Похож на аристократа из богатой семьи — что он забыл в трущобах? Во-вторых, он не должен меня знать. Я никогда не пересекался с людьми такого класса.
Мужчина заступает мне дорогу.
Хочется верить, что он заблудился или что-то в этом роде.
К сожалению, сбываются худшие прогнозы.
— Ты расплатился моей картой в аптеке.
Как он узнал?
Молчу.
— Отдай.
Голос властный.
Человек ни во что не ставит людей, подобных мне. Он привык повелевать и не терпит отказов. Я понимаю, что карта украдена Доберманами, но мне неприятен его тон.
— Она заблокирована, — продолжает мажор. — Ты больше не сможешь тратить мои деньги.
Достаю карту и протягиваю аристократу.
В голове что-то не укладывается. Если верить воспоминаниям носителя, украденную пластиковую карту не составляет труда заблокировать. Всего один звонок в службу техподдержки. Дальше жертва идет в полицию, пишет заявление. Вора находят или не находят. Богатенький Буратино получает новую карту.
Я незаметно стал думать выражениями из этого мира.
Вживаюсь в образ.
Мужик забирает черный прямоугольник, прячет в карман. И выдает:
— Садись в машину.
— Что? — я охренел.
— СЯДЬ В МАШИНУ.
Что-то произошло с голосом аристократа. Слова проникли в меня на глубинном уровне и на краткий миг сковали волю. Магия? Безусловно. Выродок пытается меня подчинить, пользуясь своим Даром. С чернью это работает, но я — не чернь. Пусть я не обладаю доступом к прежним умениям, но так просто меня не сломить.