Демонолог (СИ)
А теперь хорошие новости.
У меня есть дом и семья. Так что на улице я не заночую. Остается найти свое жилище, привести себя в порядок, заживить раны и присмотреться получше к этому дикому краю. Понять, как я сюда попал. И что делать дальше.
— С тобой всё в порядке?
Вопрос задает полная женщина лет тридцати пяти. Она искренне хочет помочь — вид у меня болезненный.
— Да, всё хорошо, — натянуто улыбаюсь. — Голова кружится, вот и захотелось отдохнуть.
Женщина подозрительно пялится на мои грязные вещи. Ладони, пробитые гвоздями, я от греха подальше спрятал за спину.
— Район здесь опасный, — говорит женщина. — Будь осторожен.
— Спасибо, — я отлипаю от стены, сворачиваю направо и быстро шагаю по тротуару, огибая спешащих по своим делам людей.
Я умылся водой из бутылки, но волосы местами слиплись от крови. Подозреваю, что выгляжу я скверно. Радует, что ночь вступила в законные права.
Соберись.
Не привлекай к себе внимание.
Вечереет. В переулке было сумрачно из-за теней, отбрасываемых высокими домами. Здесь, на оживленной улице, толпы людей спешат по своим делам, загораются фонари, витрины магазинов, неоновые вывески. Всё это вливается в меня мощной стремниной. Главное отличие этого мира в том, что здесь много устройств, принцип работы которых от меня ускользает. Механизмы повсюду. Энергия струится по проводам, освещает квартиры и магазины, приводит в движение грохочущие экипажи с рогами на крыше.
Разум выхватывает детали.
Автомобиль с «шашечками», из которого выбирается симпатичная девушка с белыми волосами. В руках у девушки — бумажные пакеты, набитые покупками… Компания хмырей, курящих на перекрестке и сканирующих недобрыми взглядами прохожих. Бедно одетая старушка, плетущаяся из магазина с матерчатой сумкой. Лавки тут, кстати, называются магазинами и гипермаркетами… Оборванные дети, оживленно переговаривающиеся между собой и пьющие что-то коричневое из бутылок. Паренек в широких штанах несется по тротуару на скейтборде, деревянной доске на колесиках, ловко маневрируя в толпе. Девочка с разноцветными волосами, заплетенными в косички, колотит баскетбольным мячом о мостовую. В небольшом тупике какие-то упыри прицепились к мужику в очках — толкают его, что-то объясняют, пытаются приобнять и запугать. Ясно, сейчас заберут деньги. Не мое дело, иду дальше.
Всюду — мусор, грязь, битое стекло. Под ногами валяются сигаретные пачки, окурки, скомканные бумажные стаканчики. Много плевков. Под водостоком — лужа блевотины.
Райончик, если честно, захудалый.
Я много путешествую и по роду своей деятельности забредаю в такие трущобы, что страшно вообразить. Где бы я ни жил, маргинальные кварталы узнаваемы. Грязь, раздолбанные дороги, беспросветность. Преступники, унылые выражения на лицах. Вонь, пьянство, бедность. Здесь — похожая картина. Девушки какие-то потасканные, мужчины — скользкие и неприятные. Хочется побыстрее выбраться с этих улиц, но я не знаю, куда иду. Есть подозрение, что доставать мобильный телефон не стоит — тут же прибегут ребята, похожие на покойников, брошенных мной в тупике.
Итак, что я знаю?
Солнечная Валдорра осталась в прошлом, как и вся моя жизнь. Я не помню своей смерти. Как я очутился в этом техногенном кошмаре? Выполняя приказ Нергала, я сел на корабль, прибыл в порт Валдорры и снял комнату в одном из неприметных постоялых дворов. Дальше мои воспоминания носят обрывочный характер. Сижу в таверне, ем поданное жаркое. Пью что-то из глиняной кружки. Лестница, голоса людей, кровать. Меня отравили? Не думаю, я приучал себя с юношества к большинству известных ядов. Получается, уснул и не проснулся. Точнее, проснулся ЗДЕСЬ. У всего этого должен быть смысл. Некое объяснение, которое я хотел бы получить.
А что с телом?
Я знаю, как меня зовут. Надо напрячься и добыть больше информации. Меня зовут Ильей, это понятно. Выходит, я неким образом вытеснил парня из его тела, сохранив частичный доступ к чужой памяти. Я свободно разговариваю на русском языке. Понимаю многие вещи, которые не должен понимать. Раз мне пятнадцать, должна быть семья. Родители, например.
Вспышка.
Илья живет с матерью и сестрой. В убитой двухкомнатной квартире. Отец бросил семью много лет назад, Илья его до сих пор не простил. Мать с утра до ночи вкалывает на трех работах, чтобы прокормить семью. Кредиты, ипотека, мало еды. Странно, что мой носитель не взял на себя обязательства главы рода. Женщина работает, а пятнадцатилетний оболтус шляется по злачным местам…
Нет, не шляется.
Мне дали какое-то поручение.
Зайти в хозяйственный магазин и купить… Так, это важно. Лекарства какие-то? Всё, вспомнил. Сестра приболела, нужен порошок от простуды. Растворяется в горячей воде. Шесть пакетиков. Самый дешевый, «Антигрипп-Плюс». За два рубля тридцать копеек.
Резко останавливаюсь.
Меня кто-то задевает плечом, цедит сквозь зубы:
— Придурок.
Значит, я пошел за лекарством и нарвался на Доберманов. Это не обычные гопники, а банда отморозков, которые промышляют вымогательствами и грабежами.
Гопники.
Еще одно интересное слово.
Память носителя подсказывает, что в этом мире есть магия. Одаренные умеют оперировать праной — мистической энергией, открывающей доступ к сверхспособностям. Очень хорошо, это напоминает мои прежние навыки. Тогда почему здесь такое засилье техники? И почему я не владею этой пресловутой праной?
Ладно. Не знаю, что со мной произошло, но в теле Ильи Невзорова я застрял. Вероятно, надолго. Придется выживать в этой реальности, осваивать новые знания и продвигаться к вершинам. Я не привык прозябать в нищете и бояться каких-то там гопников. Я — Джерг, странствующий жрец Нергала. Сын смертной женщины и могущественного демона. Вершитель судеб, посредник между живыми и мертвыми. Я разберусь с теми, кто меня запер в этом тщедушном теле. И жестоко отомщу. Но это — потом. А сейчас мне надо в аптеку.
В этом городе лавки лекарей называются аптеками. Разбросаны эти магазинчики на каждом углу, большинство из них работает круглосуточно. А вот и знакомая витрина, над которой красуется вывеска с зеленым крестом. Поднимаюсь по ступенькам, захожу внутрь. Очереди нет. Скрюченный дед набирает лекарства по рецепту. Показывает какое-то удостоврение, говорит, что ему положена скидка. Я терпеливо жду. От нечего делать рассматриваю выставленные на продажу коробочки, флакончики, тюбики и бутылочки. На некоторых присутствует пометка «Зачарованные ингредиенты».
— Слушаю вас.
Увлекшись созерцанием товаров, я не заметил, как дед отошел в сторону, освободив место у небольшого окошка. За стеклом стояла женщина лет тридцати в белом халате и вопросительно смотрела на меня.
— Что-то ищете?
Я приблизился к окошку.
Тихо произнес:
— Мне нужен порошок от простуды.
— Есть «Антигрипп», «Фармацитрон», — начала перечислять женщина. — И еще магические экстракты, но они дорогие.
— Не надо дорогие, — я решил проявить осторожность. — «Антигрипп», пожалуйста. Шесть пакетиков.
— Два тридцать.
Женщина на секунду скрылась из поля зрения, а потом вернулась с несколькими дозами порошка, сложенными в полиэтиленовый мешочек.
Я вспомнил про свои ладони.
— А есть у вас что-нибудь… заживляющее?
Аптекарша уставилась на меня непонимающим взглядом:
— Порезался?
— Руку гвоздем пробил, — показываю правую ладонь.
— Мать моя женщина, — запричитала аптекарша. — Где ж это так, а?
— На стройке гулял, — вру, не задумываясь.
А то, что у меня лоб и волосы в крови, — это ничего, всё путем.
— Тебе рану промыть надо, — заявила аптекарша. — И еще антисептиком побрызгать. Сейчас найду. А из заживляющего у нас только дорогие мази с магическими экстрактами.
— Покажите.
Женщина достала из шкафа спрей-антисептик и коробочку с мазью «Регенерат».
— Сколько стоит?
— Спрей — полтора рубля, мазь — двадцать четыре восемьдесят.