А не пошел бы ты? (СИ)

 Каждый из нас ищет способ продаться подороже. Кто-то продает душу, вроде бы самое ценное, что есть у человека. Отдают почти даром или же неимоверно дорого. В таких вопросах нет слов «очень» или «не очень». Есть лишь дорого и дешево.
 Проститутки продают свое тело. Одни, самые искусные и вкусные, дорого, вторые, третьесортные, - дешево. Нет середины. Нельзя быть полудобрым или немного злым. Как нельзя чуть-чуть сподличать, чуть-чуть украсть, чуть-чуть продаться, чуть-чуть упасть в пропасть. Нельзя делать что-то наполовину – либо все, либо ничего.
  
 Я так считаю.
 Продать можно и сердце. Но, точно также, невозможно чуть-чуть отдать сердце или же чуть-чуть украсть его. Либо да, либо нет. Третьего не дано. Выбор каждого лишь в том, как продаться: подороже или победнее. Сердце собаки для людей ничего не значит, потому что людям собака ничего не даст. Сердце богатейшего человека на Земле очень важно для людей – корысть никто не отменял. Но выбор собака или человек: кого спасти в первую очередь падет на человека, пусть даже собака и великолепна, добра, уникальна.
 Мелочные люди… Люди – шлюхи. В этом гребанном мире важно лишь продать себя подороже. Не скажу, что я не такой. Я продамся. Но цена за «меня», за мое сердце просто слишком. Слишком. Я не уникальный, не особенный. Но сердце не отдам кому попало. Лишь тайно, но явно – только достойному меня. Надо уметь ценить себя. И пусть я эгоист, но я тоже хочу что-то «стоить».
 22. Шанс. 
 Мне жаль, что я так себя веду. Порой я отвратителен сам себе, я не понимаю, зачем я родился вот такой – мне кажется, что я мерзкий и ничего не достоин в жизни. Я противоречу сам себе постоянно. Я не хочу прощать Брука, но душа, моя скверная душа, неосознанно тянется к нему. Я не хочу влюбляться в него, уговаривая себя, что нельзя так сдаваться, но в то же время я понимаю, что скоро сдамся под таким напором. Брук как поезд – ему плевать, что ты и кто ты, он хочет и берет.
 Я так не хочу.
 - Блин, из-за тебя я делаю столько бреда в последнее время, - «каюсь» я, шагая рядом с этим придурком по темной улице. Мы давно отошли от дома Кира, направляясь теперь к моему, но, что странно, все еще не дошли. Наверное из-за нашего черепашьего шага.
 - Какого например? – излишне заинтересованно спросил Брук, поворачивая голову в мою сторону.
 - Пью, плачу, хамлю, ругаюсь, - начинаю перечислять буквально по пальцам. Этот самоуверенный болван ломал меня три года своими издевками и не смог этого сделать, зато теперь сломал своей любовью.
 - Может, ты и прав, - задумчиво протягивает парень, смотря в темное небо, - странно все вокруг.
 - Нет, это только мы странные, - мда, мы даже разговариваем. Чудеса.
 - Может, ты влюбился? – вдруг лукаво спрашивает Брук, прищуриваясь. На мой ошарашенный взгляд он поясняет:
 - Ну, пьешь, потому что не хочешь этого осознавать, плачешь, потому что слишком чувствительно все стал воспринимать, хамишь, пытаясь скрыть чувства, ругаешься по той же причине, - «популярно» разъяснили мне.
 - То есть, по твоим словам, я превращаюсь в бабу? – мрачно спросил я.
 - Не-не-не, ты не так понял, - парень уже откровенно ржал, изо всех сил стараясь сдержать ухмылку, - разве что, только немного.
 Я не выдержал и кинулся на него, а Брук, смеясь в голос, уворачивался, загибаясь от смеха. Беспредел! Надо мной еще и издеваться будут.
 - Кто влюбился? Я?! Да ты ебанулся? – от его смеха я рассвирепел еще больше, но Брук мягко перехватывал мои руки.
 - Может быть. А может, я тоже влюбился? – парень неожиданно оказался непозволительно близко, обдав меня горячим дыханием.
 - Тогда ты лох, - возвестил я ему с ухмылкой, рукой отворачивая эту «рожу». Ну как рожу, симпатичный ебальник, наглый и бессовестный.
 - Ага, - Брук лизнул мои пальцы, которыми я упирался в его лицо. От неожиданности я дернулся, попытался вырвать руку, но ее тут же схватили и убрали вниз, держа теперь за обе руки. Кошмар, я в плену.
 - Я кричать буду, - предупредил я, подозрительно глядя на этого амбала. Вряд ли я с таким справлюсь, - и вообще, ты мне противен, отвали.
 - Не-а, - довольно протянул Брук, потянувшись ко мне.
 - Да-а, - передразнил я, отклоняясь назад. Блять, что делать-то? Я попробовал вырвать руки, но их держали очень крепко, - отвали-и-и, - взвыл я, дергаясь.
 - Не хочу, Киру можно, а мне нет? – чуть обиженно, но провокационно сказал парень.
 - И ему нельзя! Никому нельзя, заебали вы все-е-е, - завыл я, уклоняясь от губ этого придурка. Бля-я-я, я попал.
 - Чем же я тебя заебал? – спокойно поинтересовался Брук, все еще удерживая меня и пытаясь поцеловать. Как же меня бесит моя беспомощность!
 - Ты меня просто бесишь, а еще просто раздражаешь, а еще… мфп-мпфп! – мне не дали договорить, буквально заткнув поцелуем. Я стал сопротивляться еще яростнее, пользуясь тем, что Брук чуть ослабил хватку. Руки я все-таки вырвал и тут же врезал парню по лицу.
 - Урод ты, нравится по ебалу получать?! – закричал я, уже всерьез злясь. Ненавижу, когда что-то делают без моей воли. – И это твоя хваленная любовь, имбецил?! – будь у меня голос повыше, я бы уже визжал, а так получилось лишь хрипеть. От алкоголя в голове не осталось и следа, там бушевала только злость на этого человека.
 - Ага, - потирая челюсть, по которой получил, сказал Брук, - как ты не поймешь?! – с какого хуя теперь и он на меня орет?!
 Но возмутиться мне не дали, просто начав орать на меня:
  
 - Я люблю тебя, пойми же наконец! Я не вру, не обманываю тебя! Я просто хочу быть рядом! Хочу, понимаешь?! Хочу обнимать, целовать тебя, хочу засыпать и просыпаться с тобой! Хочу жить с тобой! Хочу, в конце концов! Пойми-и-и, - взвыл он в порыве.