Темная душа (ЛП)

— Ещё один поход на запретную игровую площадку Блэкриджа. Вы двое действительно знаете, как хорошо провести время.
— Где Кассиэль? — спрашиваю я, вместо того чтобы ответить на его замечание.
Си-Джей пожимает плечами.
— Наверное, учится какому-нибудь дерьму.
— Он должен быть здесь.
Си-Джей кивает, но ничего не говорит, пока мы возвращаемся в академию, чтобы найти, во-первых, падшего ангела, а во-вторых, надеюсь, какую-нибудь информацию.
  
Глава 30. СИ-ДЖЕЙ
Я не спускаю глаз с этого ублюдка-призрака, пока мы приближаемся к комнате Кассиэля. Я понятия не имею, откуда Изольда знает, где она, но она нацелена на него, как радиомаяк.
Чем ближе мы подходим к комнате Кассиэля, тем больше мне хочется впечатать призрака в другую стену. Он продолжает сверкать на меня своей самодовольной улыбкой мертвеца, как будто он что-то выиграл. Я уже несколько дней сдерживаю дракона внутри себя, но мысль о том, что он целует Изольду, даже будучи призраком, лишает меня самообладания.
Что-то не так, драконья чешуя колышется под моей кожей, и я с шипением от боли убираю её. Изольда бросает на меня подозрительный взгляд, её глаза сужаются, но она ничего не говорит. Призрак тоже это замечает, и его полупрозрачная фигура излучает что-то похожее на веселье.
— Что-то не так, Аквила? — спрашивает он.
— Пошёл ты, — бормочу я, сжимая кулаки, чтобы сдержать превращение. Моя мама предупреждала меня, что сильные эмоции в этом мире усложняют контроль. Она не ошиблась. Но я здесь по какой-то причине, и, хотя, насколько я понимаю, эта причина на самом деле не является причиной. Попробуй поспорить с моими родителями.
Да, ты не выиграешь.
Изольда без колебаний стучит в дверь Кассиэля.
Дверь распахивается, являя Кассиэля во всей его обнажённой, покрытой перьями красе. Его крылья полностью расправлены за спиной, а член впечатляет, даже я могу это признать. Его глаза загораются, когда он видит Изольду, а затем сужаются, когда взгляд останавливается на мне.
— Похоже, дело серьёзное.
— Накинь что-нибудь, придурок. У нас задание.
— Какое задание?
— Которое связано с призраком, убийством и, по возможности, с дополнительной информацией о Коллекционерах, — говорит Изольда.
— С призраком? — бормочет Кассиэль.
— Ты не можешь его видеть? — спрашиваю я, и он качает головой.
— Повезло тебе.
Изольда бросает на меня взгляд, но я не обращаю на это внимания.
— Он плывёт позади Изольды.
Кассиэль прищуривается, его глаза сканируют пространство за спиной Изольды.
— Я чувствую волнение на духовном плане, но я не вижу его.
— Его зовут Уильям, — объясняет Изольда. — Призрак из моей комнаты. Я разрушила кровавые охранки, удерживавшие его в ловушке, и теперь он может свободно ходить по Серебряным Вратам.
— Хм, — бормочет Кассиэль, даже не пытаясь прикрыться. Его крылья слегка изгибаются, посылая в дверной проём лёгкий ветерок. — Разумная призрачная сущность, освобождённая с помощью Магии крови.
— Накинь, чёрт возьми, что-нибудь, — рычу я, моё терпение на исходе. — Сейчас же.
Кассиэль моргает, словно только что осознав свою наготу.
— Конечно, — он поворачивается и уходит обратно в свою комнату, сложив крылья за спиной. — Пожалуйста, заходите, пока я одеваюсь.
Кассиэль моргает, словно только что осознав свою наготу.
— Конечно, — он поворачивается и уходит обратно в свою комнату, сложив крылья за спиной. — Пожалуйста, заходите, пока я одеваюсь.
Изольда без колебаний следует за ним, и я сжимаю челюсти так сильно, что удивляюсь, как у меня не хрустят зубы. Призрак плывёт за ней, снова бросая на меня самодовольный взгляд. Клянусь, если бы у него была физическая форма, я бы оторвал ему голову и использовал её как пресс-папье. Хотя я и раньше прикоснулся к нему. Это удивило ублюдка. Думаю, то, что я из другого измерения, означает, что я не играю по правилам и для призраков. Приятно знать.
Комната Кассиэля такая же роскошная, как и у всех остальных в академии, но он не наполнил её чем-то личным. Опять же, он не взял с собой сумку, набитую вещами, когда упал с небес.
Он достаёт пару свободных чёрных брюк и натягивает их, казалось бы, не заботясь о своей аудитории. Его крылья исчезают, когда он одевается.
— Так что там насчёт убийства? — спрашивает он, поворачиваясь к нам лицом и не прикрывая грудь.
— Уильям был убит сто лет назад, — объясняет Изольда, без приглашения присаживаясь на край кровати Кассиэля. — Его столкнули с Колокольни и проткнули шпилем. Мы нашли символ, вырезанный на камне в том месте, где он упал.
Я держусь на расстоянии и от призрака, и от ангела. Дракон внутри меня всё ещё слишком близко к поверхности, и близость к любому из них может спровоцировать то, что я не смогу легко объяснить.
Драконов здесь не существует. Они — аномалия, в которую я действительно не хочу попадать. Предполагается, что никто здесь не должен знать, что я из другого мира, на случай если они меня найдут. Я сжимаю челюсти. Чёртовы охотники.
— Символ? — Кассиэль немедленно проявляет интерес, отвлекая моё внимание от моего затруднительного положения. В его глазах светится то академическое любопытство, которое вызывает у меня желание ударить его. — Что за символ?
— Круг, разделённый пополам неровной линией, с тремя точками, расположенными треугольником над ним, — описывает Изольда, обводя пальцем фигуру в воздухе.
— Есть какие-нибудь идеи? — выплёвываю я.
— Нет. Значит, мы идём в запретную секцию, чтобы найти этот символ?
— Ты умеешь искать, — говорит она с застенчивой улыбкой. — То, что ты делаешь… — она поднимает руки, и я закатываю глаза так сильно, что они чуть не слипаются.
— Я умею быстро читать, — замечаю я. — И ты тоже. Я уверен, мы сможем обойтись без него.
— Да, но его божественная энергия притягивает к нему определённые тексты, — возражает Изольда, не сводя глаз с Кассиэля. — Как это случилось с книгой Коллекционеров.
Уильям придвигается ближе к Кассиэлю, изучая его с тревожащей пристальностью.
— Ангел, который упал прямо на Серебряные Врата. Как удобно.
Кассиэль, не видя Уильяма, хмурится. Он что-то чувствует.
— Он говорит, что не выбирал место для посадки, — говорю я.
— Немногие выбирают, — загадочно отвечает Уильям.
— Что? — спрашивает Кассиэль.
— Ничего, — бормочу я. С меня хватит этого призрачного дерьма. — Мы идём или нет? Каждая минута, которую мы тратим впустую, — ещё одна минута, когда эти уроды-Коллекционеры охотятся за Изольдой.
Это быстро отрезвляет всех. Изольда встаёт, и на ее лице появляется решимость.
— Пошли. На этот раз нам нужно быть умнее. Не попасться.
— У меня есть идея на этот счёт, — говорит Кассиэль, натягивая рубашку через голову. — Когда я вчера осматривал академию, я заметил колебания магических барьеров вокруг библиотеки. Они пульсируют через равные промежутки времени, слегка ослабевая каждые семнадцать минут.
— Откуда ты можешь это знать? — спрашиваю я.
Он пожимает плечами.
— Похоже, я могу видеть магические энергии, недоступные другим.
— Удобно, — бормочу я, но не могу отрицать, что это полезная информация.
— Поэтому мы рассчитываем время нашего появления между импульсами, — говорит Изольда. — Заходим, находим то, что нам нужно, и уходим, пока Блэкридж не заметил.
— Именно, — соглашается Кассиэль, его пристальный взгляд задерживается на ней с той тревожащей напряжённостью, которая заставляет моего дракона снова захотеть вырваться на свободу. Я сам решил. Я знал, что это неизбежно. Но прямо сейчас, после того как история с Уильямом и поцелуем застала меня врасплох, я чувствую агрессию по отношению ко всем и вся. Мне нужно больше узнать о поцелуе, но, если я сейчас буду давить на Изольду, она от меня отвернётся. Она предпочтёт его мне. Я вижу это, и это обжигает. Его отношение к ней — определяющий фактор. Он относится к ней с уважением и восхищением. Я прокладываю себе дорогу, потому что это то, что значит быть мной. Я не жду, я не совершенствуюсь.