Темная душа (ЛП)

— Довольно неприятно, — шипит Уильям, и теперь я понимаю, что да, не такой уж он и спокойный. На ум приходит характеристика «порочный», когда я вижу, как его глаза краснеют, и зловещее ощущение холодком пробегает по моей спине.
— Хватит! — я встаю между ними, моё терпение полностью иссякло.
— Ты можешь его видеть? Как давно ты можешь видеть Уильяма?
Си-Джей не сводит глаз с Уильяма, его челюсть плотно сжата.
  
— С самого начала. Он не очень-то искусен в своём парении.
— И ты не подумал упомянуть об этом? — недоверчиво спрашиваю я.
— Это не имело значения, — пожимает плечами Си-Джей, наконец-то взглянув на меня. — Пока у него не появились идеи.
Уильям подплывает ближе, его призрачная фигура пульсирует той же злобной энергией, что и в сцене в душе.
— Идеи? Ты имеешь в виду, что меня заставляли стоять в стороне и смотреть, как ты лапаешь Изольду?
— Прекратите, вы оба! — зашипела я, моя магия вспыхивает у меня на кончиках пальцев и отлетает в сторону, отскакивая от стены Колокольни, заставляя Си-Джея с рычанием отскакивать в сторону. — Это нелепо. Ты не можешь угрожать каждому, кто заговорит со мной!
— В значительной степени могу и угрожаю, — утверждает он.
— И вообще, кто бы говорил, — говорит Уильям. — Подглядывая в зеркало.
Си-Джей рычит, низко и угрожающе, и устремляет на Уильяма убийственный взгляд.
— Заткнись о том дерьме, о котором ты ничего не знаешь.
— Подглядывая? — спрашиваю я. — Ты подглядывал за мной? — моя ярость становится непостоянной, и искры не слишком защитной магии разлетаются по Колокольне.
— Защищая тебя, — выплевывает он таким злым, каким я его ещё никогда не видела, и это о чём-то говорит. Обычно он сохраняет самообладание, когда сыплет угрозами и швыряет людей. Это… это совсем другое. Его глаза опасно сверкают. Янтарь теперь становится доминирующей деталью, и они светятся так, как я никогда не видела у вампиров. Признаюсь, мой опыт ограничен, но всё же.
— Кто ты такой? — выпаливаю я, мой гнев из-за слежки на секунду забылся из-за этого превращения.
— Вампир, — выдавливает он из себя, используя каждую унцию своей исключительной силы, чтобы отбросить то, что пытается захватить его власть.
— Попробуй ещё раз, придурок, — говорит Уильям.
— Не суйся в это, — бормочу я, наблюдая, как у Си-Джея чуть не случилась аневризма, и он цепляется за то, что удерживает его в данный момент. — Си-Джей, дыши, — говорю я, и мой голос смягчается, несмотря на гнев. Что-то явно угрожает ему изнутри, и дальнейшее противостояние ему не поможет.
Его взгляд меняется с янтарного на тёмный и обратно, дыхание прерывистое. Камень под его ногами слегка потрескивает, и от него исходят струйки тепла. Клянусь, на мгновение я вижу, как чешуйки колышутся у него под кожей, прежде чем исчезнуть.
Уильям придвигается ближе ко мне, его призрачная фигура защищает меня.
— Он что-то скрывает, Изольда. Что-то опасное.
— Значит, нас таких двое, не так ли? — огрызается Си-Джей, наконец-то беря себя в руки. — Отойди от неё подальше.
— Нет, если только она сама этого не захочет, — говорит Уильям.
— Я не хочу, — заявляю я. — Мы пытаемся кое-то сделать. Уйди с дороги.
— Нет, — Си-Джей вскидывает руку и хватает меня за предплечье. — Я не оставлю тебя с ним наедине.
— Он был в моей комнате всё это время, а теперь ты хочешь защитить меня от него?
— Когда он был в твоей комнате, он был сдержан. Он нуждался в тебе. Ты не захочешь знать, кто он, Изольда.
— Я знаю, кто он! — я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на Уильяма. От него никакой помощи. Он просто парит там с безмятежным выражением лица.
— Нет, ты действительно не понимаешь, — говорит Си-Джей. — Он опасен.
— Как и все остальные здесь, — замечаю я. — Например, ты чрезвычайно опасен.
Он выглядит вполне довольным такой оценкой, грёбаный придурок.
— Это не почётный знак.
— О, но это так и есть.
— Это ни к чему нас не приведёт, — говорю я, высвобождая руку из хватки Си-Джея.
— Мы нашли кое-что на Колокольне, символ, который может объяснить, кто убил Уильяма. Я собираюсь расследовать это, одобряешь ты это или нет.
Глаза Си-Джея сужаются, снова вспыхивая янтарём, прежде чем вернуться к своему обычному тёмному оттенку.
— Отлично. Но я пойду с вами.
— Вообще-то, — перебивает Уильям, подходя ближе, — мы снова направлялись в запретную секцию.
— О, чёрт возьми, — бормочет Си-Джей. — То, что тебя сегодня однажды поймали, не удовлетворило твоего желания умереть?
Я скрещиваю руки на груди.
— На этот раз мы будем осторожнее.
— Мы? — Си-Джей приподнимает бровь. — С каких это пор вы с призраком стали «мы»?
— С тех пор, как я освободила его из своей комнаты, — отвечаю я, наблюдая, как мрачнеет лицо Си-Джея. — Кровавые охранки держали его в ловушке. Я разрушила их.
— Что ты сделала? — шипит Си-Джей, его голос понижается до опасного шёпота. — Ты хоть представляешь, что ты наделала? Что ты натравила на эту академию?
Уильям смеётся, и звук неестественно отдаётся эхом в основании башни.
— О, не будь таким драматичным, Аквила. Вряд ли я впадаю в ярость.
— Пока, — рычит Си-Джей.
— Мы с Уильямом связаны, и ты можешь принять это или не принимать.
— Связаны? — Си-Джей задыхается на этом слове. — Как?
От его вопроса по мне пробегает дрожь страха, и эта крутая вампирша, которой я пытаюсь быть, чтобы спасти себя, колеблется, и я снова становлюсь тем дрожащим месивом, которое появилось здесь всего три дня назад.
— Ответь мне, Изольда. Какие у вас с ним отношения?
— Мы друзья.
— Мы поцеловались в душе. Это был незабываемый опыт, — продолжает Уильям.
Я зашипела на него, а Си-Джея бьёт удар, янтарь в его глазах превращается в пламя.
— Вы что? — слова, похожие на низкое рычание, вырываются из его горла. Он движется так быстро, что я едва успеваю заметить, как его рука поднимается, чтобы ударить Уильяма в грудь. К нашему с Уильямом удивлению, удар попадает в цель, и Уильям отлетает назад, к каменной стене. Удар отражается от башни, и по древнему камню расходится глубокая трещина. Пыль и осколки камня сыплются дождём.
— Си-Джей, остановись! — кричу я, вставая перед Уильямом, моя магия вспыхивает в ответ на исходящую от него необузданную мощь.
— Он прикасался к тебе? — голос Си-Джея напоминает гортанный рёв, который обещает насилие.
— Это сложно. Он призрак. Или был… — я замолкаю, нахмурившись.
— Тогда каким образом ты прикоснулась к нему?
— Чертовски хороший вопрос, — огрызается Уильям. — Кто ты, чёрт возьми такой?
— Кто-то, с кем тебе не хотелось бы пересекаться, Харрингтон.
Я смотрю на Уильяма, глаза которого сузились, и он снова берёт себя в руки.
— Может, я и мёртв, Аквила, — говорит Уильям, и теперь в его голосе слышится ледяная властность, которой я раньше не слышала, — но я не бессилен, и ты больше не поднимешь на меня руку.
— Посмотрим.
С рёвом, от которого раскалывается камень, я выпускаю волну своей магии, которой Си-Джей противостоит и которая на мгновение рассеивает облик Уильяма.
Теперь они оба смотрят на меня с большей осторожностью.
— У нас есть проблемы поважнее, чем твоя нелепая ревность. Коллекционеры. Убийство Уильяма. Можем ли мы, пожалуйста, сосредоточиться на чем-то действительно важном?
— Ты когда-нибудь задумывалась о том, что его убили по какой-то причине? — Си-Джей рычит.
— Конечно. Он был близок к тому, чего кто-то не хотел, чтобы он делал. Нам нужно выяснить, кто именно.
— Нам нужно побольше узнать о Коллекционерах, — говорит Си-Джей.
— Вот именно. Сосредоточиться. Пошли.
  
Си-Джей усмехается, но опасный блеск в его глазах немного смягчается.
— Отлично. Но если он переступит черту, я его уберу.
— Просто попробуй, — огрызается Уильям.
— Заткнитесь, — говорю я, уходя и оставляя их догонять.
Си- Джей идёт рядом со мной, настороженный, но явно заинтригованный этой тайной, а Уильям устраивается по другую сторону от меня.