По следам мистера Волка (СИ)

— Оу, мне как-то неловко обсуждать это с вами, — слегка хмурится он. — Денежные вопросы, это дела мужчин…
— Но я ведь должна знать, готовить мне на вас или нет.
— Конечно, готовить! — радостно восклицает он. — Конечно! Прямо сейчас?
— Но если вы не платили, я не могу… — она проходит мимо. — Ладно, поговорю с графом. Давно он ушёл?
— Вчера. И я платил! — добавляет Кроули оскорблённо. — Чтобы вы знали, я отдал несколько львов. Граф потребовал заплатить вперёд. Он был таким… раздражённым. Я не решился торговаться. Ой… — он прочищает горло смущаясь. — Простите, я болтаю лишнее.
  
— Мне это ни о чём не говорит, — хватается Элис за ручку двери, — львов — это хорошо. Но за какой срок? Только за комнату или и за завтраки? Или и за завтраки, обеды, ужины и массаж? Пока не узнаю, как я могу на вас готовить? Зайдите в таверну, господин.
— Про массаж речи не шло. Про комнату, завтраки и ужины мы говорили. И как же так, — он становится всё более расстроенным и раздосадованным, — как же? Я голоден! До таверны далеко! Зачем вы пришли, если не готовить еду?
Элис останавливается и едва ли не рычит на него:
— Вы сняли здесь комнату, а сам замок — мой!
Издержки родового слуги, что сказать.
Кроули резко замирает, словно ударяясь об невидимую стену.
— Простите, но разве… Эм. В каком смысле? Вы разве с мистером Оуэном, ну… Как бы так сказать, — мнётся он и не договаривает.
— Что? — не понимает Элис.
— Любовники, — выпаливает Кроули.
— Кто?
До неё не сразу доходит, так как даже подобная мысль — недопустима и невозможна.
— Вы с графом Оуэном, конечно же. Раз уж замок… ваш.
Элис округляет глаза и оборачивается на него.
— Я здесь собираюсь работать всю жизнь! И уж конечно имею отношение к замку!
— Д-да, — отступает Кроули, — прошу прощения. Но… сегодня я буду голоден?
Она поджимает губы.
— Я поговорю с граф… мистером Оуэном насчёт вас.
И сужает глаза, мол, и это будет последний разговор о вашей никчёмной личности, сэр.
— Не надо говорить! Послушайте, я просто… Разволновался, — улыбается он виновато. — И я правда давно не ел. Мне не сказали, где вы. Оставили меня одного… И я так рад вас видеть!
— Одного, да? Совсем?
На этот раз про фейри он решает не говорить. Да и не пугать ведь девушку! И без того ей приходится работать в этом мрачном, старом замке. И Кроули утвердительно кивает:
— Совсем
Она хмурится и кивает.
— Ладно, так уж и быть, накормлю вас… Но если окажется, что… В общем, знайте, я буду очень зла.
***
Герберт сидит в баре, разбитый и сосредоточенный на своих мыслях. О прошедшей ночи не осталось почти никаких воспоминаний. Но хорошо бы как-то узнать, видел его кто в облике волка или нет…
Впрочем, надежда остаётся в любом случае.
В себя пришёл он далеко от центра, на рассвете. И долго потом искал свою одежду, которая чудом уцелела и лежала нетронутой, разбросанная по улицам. То, что Герберту удалось ни с кем не столкнуться сразу после превращения, было настоящим чудом.
Он хмыкает, сдерживая нервный смех, представляя реакцию горожан, если бы заметили они обнажённого графа Оуэна, снующего мимо кустов, прячущегося за деревьями и в тёмных узких подворотнях. Решили бы в лучшем случае, что в тюрьме он лишился рассудка…
Но Герберт оделся и добрался до ближайшего бара, чтобы отдохнуть и хоть как-то прийти в себя. Всё же полнолуния — ночи не из простых, а если перекидываешься вне своего времени…
У него всё ещё поблёскивают глаза оранжевыми искрами, но этого уже почти незаметно.
И вот Герберт поднимается, надо расплатиться, но в карманах не оказывается ни одной блохи (хотя блох у него обычно и не водилось, такую мелочь держать неудобно).
Уходит несколько часов на то, чтобы убедить хозяина заведения отпустить его должником. И Герберт после глупой позорной ссоры, наконец, добирается до замка злой как собака.
Открывает двери, перешагивает порог, замирает, пытаясь устоять на ногах — всё-таки отдых требуется и срочно… — и встречается взглядом с Элис, которая выходит из коридора.
— Здравствуй, — улыбается ей граф, — рад видеть тебя здесь.
И в это время в дверь стучат стражи, которые требуют им открыть. И требуют, главное, именем закона. Недобрый знак…
Элис поджимает губы и подходит к графу, чтобы шепнуть на ухо:
— Лучше уходите к себе, я разберусь.
Он недолго смотрит на неё и, наконец, отступает, кивая ей с благодарностью во всё ещё слегка зверином взгляде.
— Я не знаю, зачем они здесь, — шепчет напоследок и спешит подняться к себе.
Элис провожает его взглядом. Сейчас главное, чтобы Курт не заявился… Где он, кстати, она так и не поняла. Неужели его никто не открыл? Или прячется? Времени проверять не было.
— Да? — она открывает дверь.
Бернард Хизар и ещё какой-то темноволосый парнишка из стражей тут же заходят в замок, словно никто и не стоял на пути.
— Мне нужен мистер Оуэн, где он?
— Я вас не приглашала! Хозяин в городе. Нам нужно к зиме готовиться, столько всего закупить…
— В городе? — интересуется парнишка и достаёт блокнот. — А давно ушёл? А ночью где был? — и смотрит на Бернарда, видимо, недавно на службе, будто ждёт одобрения, сверяется со старшим, всё ли правильно говорит.
— Я слуга, а не шпион! Что ему передать? — рявкает Элис. — Когда вернётся.
— Мы подождём его здесь, — решает Бернард и осматривается в поисках того, где можно удобнее устроиться.
— Мне это не нравится. Я не доверяю вашему… помощнику.
— Почему это? — возмущается тот.
— В каком смысле? — хмурится Бернард, доставая сигарету. — К тому же он со мной, я отвечаю за него.
— Но у вас нет этого… ордена, так?
— Ордера. А я и не обыскиваю вас, — ведёт он плечом и закуривает. — Просто хочу поговорить с мистером Оуэном. Под утро произошло очередное убийство. Почерк тот же…
— Если тот же — тогда при чём здесь он? В прошлый раз точно был не он. Есть же доказательства. Мистер… Хазар, понимаете, мне вообще-то работать надо!
— Хизар, — поправляет её Бернард и выпускает к высокому потолку пару дымных колец. — Проверить надо бы… В любом случае. А вы… постыдились бы.
— А? Я не могу вас оставить, придётся быть тут, чтобы ничего не украли. А кто посуду помоет?
— Мы не воры! — возмущается молодой страж. — Вас бы задержать за оскорбление!
Но Бернард останавливает его жестом и поясняет Элис:
— Мы пришли с делом, происходят страшные вещи, вам бы отнестись с серьёзностью и ответственностью, а вы всё о таких мелочах, как посуда и пыль. Стыдно должно быть, стыдно, — вздыхает он и присаживается на резной громоздкий стул у стены. — А я между тем и о вас беспокоюсь. Как бы там ни было, но вокруг гра… эм, мистера Оуэна тучи сгущаются. Оглянуться не успеете, как и вас накроет…
— Я хорошо делаю свою работу, вот и всё. А вы — нет, — Элис миленько улыбается. — Стыдно должно быть.
— Дерзит как, а! — снова возмущается парнишка. — Ещё и со старшим!
— Да будет тебе, — ворчит Бернард, снова его останавливая. — Может, она защищается так? Всё же сама понимать должна, среди чего оказалась… — и он осматривается, словно сам замок олицетворяет происходящее в городе.
В этот момент к ним выходит Кроули. На удивление заспанный, в полосатой пижаме.
— День добрый, господа. Что здесь происходит? Я думал, вернулся граф…
— Нет, он ещё не вернулся, — встревает Элис, — он ведь ушёл на рынок — это надолго. А вы, кажется, — переводит взгляд на стражей, — ленитесь пройтись по остальным свидетелям. Посидеть хотите? На чай напрашиваетесь? Или тоже есть хотите? Ещё одни! Мне одного вполне достаточно.
  
На последних словах Элис, Кроули подпрыгивает на месте.
— Меня? — тут же пугается он, делаясь ещё более растерянным и взволнованным. — Меня достаточно? Но я ведь не нахлебник какой, я внёс плату!
А вот Бернард ничуть не смущается и с важностью произносит: