1991 (СИ)

22 февраля 1991 года на шестьдесят первом году жизни в результате трагической случайности скончался пламенный ленинец, Генеральный секретарь Центрального Комитета Коммунистической партии Советского Союза, президент Советского Союза Михаил Сергеевич Горбачев. Выдающийся партийный и государственной деятель, патриот и интернационалист, последовательный борец за торжество идеалов коммунизма и мира на земле. Вся жизнь и деятельность Михаила Сергеевича Горбачева отданы беззаветному служению делу партии и народа, борьбе за укрепление экономического и оборонного могущества Родины, повышение благосостояния советских людей, за всестороннее совершенствование нашего социалистического общества, за сохранение и упрочение мира на земле. Куда бы его не оправляла партия, он неизменно, с присущей ему самоотверженностью боролся за претворение политики КПСС…
  
Центральный Комитет КПСС
Верховный Совет СССР
Кабинет Министров СССР
— Готовьте в завтрашний номер! Как только получим отмашку, тут же печатать! И срочно ко мне всех редакторов. Мне нужны статьи о Михаиле Сергеевиче и его жизненном пути на первую… да и на остальные страницы.
— Но ведь еще не собиралось Политбюро?
Редактор газеты «Правда» Иван Тимофеевич Фролов махнул рукой:
— Никого не вызвонить! Но мы должны быть готовы.
Ответственный секретарь недоуменно заметил:
— По телевизору и радио также молчок.
Фролов вздохнул. Ему бы самому понять, что в стране творится.
— Иван Тимофеевич, готовить в номер репортажи о вводе войск?
— И с республик сообщают разное. Чуть ли не стрельба идет.
— Пока нам до официального заявления лучше промолчать.
Редколлегия и журналисты озадаченно переглянулись. Давно они не были в той ситуации, когда внутренняя самоцензура буквально вопиёт. Молодежь нетерпеливо била копытом, опытные кадры тут же попрятались в тень. Происходило явно неординарное. Кто-то посмелей все-таки спросил:
— У нас опять цензура?
Фролов, бывший одновременно членом обновленного Политбюро буркнул:
— При ЧС она вводится военными до особого распоряжения. И попрошу не нагнетать! Армия может вернуться в казармы хоть завтра, если увидит, что нет беспорядков.
— А они будут, — мрачно пророчествовал кто-то.
— Вот и пошлите туда репортеров. Чтобы материал был на будущее. Все, товарищи, работаем!
Но на выходе из здания журналистов задержал наряд внутренних войск в полном вооружении и обмундировании нового образца. За ними маячили милиционеры с автоматами в руках. Старший лейтенант с обветренным лицом и нездешним загаром громко объявил:
— До особого распоряжения всем оставаться на своих рабочих местах!
В эту же минуту замолкли все телефоны. Столица погружалась в информационную блокаду. Неравнодушные граждане прильнули к старым радиоприемникам, что ловили «Голоса». Но и там было мало информации. Кто же знал, что еще ночью прошла волна арестов и задержаний. Все персонажи, что частенько выступали на западных вражеских радиостанциях вроде «Радио Свобода» или Би-Би-Си были широко известны и даже особо не прятались. Люди, уже привыкшие к тому, что за потоки лжи никто не отвечает, стали частью местного бомонда. И утро для них вышло на редкость похмельным. Контрразведка шутить не думала.
Лубянка
До центра Москвы шокирующая новость дошла до странности нескоро. Сказалась излишняя привычка к секретности тех, кто охранял первого президента СССР. Это позволило ведущим лицам заговора начать действовать без оглядки на возможных оппонентов. Первым прибыл на свое рабочее место председатель Верховного Совета Лукьянов и тут же потребовал все подробности случившегося. По сути, он сейчас был первым человеком в государстве после невразумительного исчезновения вице-президента Янаева. И потому на невнятное бормотание Председателя КГБ Крючкова ответил неожиданно резко:
— Требую на время расследования отстранить руководителя охраны президента.
— Но это…
— Не обсуждается! К вам также много вопросов, товарищ Крючков!
В трубке, не дожидаясь ответа, раздались гудки. Еще не так давно могущественнейший в стране человек ощутил неприятное покалывание в спине. Что происходит? Затем телефон зазвенел снова. Услышанное так удивило Крючкова, что он на некоторое время потерял дар речи. Чертовы генералы! Да что они себе возомнили! Затем пришло осознание того, что такое невозможно провернуть без участия людей из его же ведомства. Они знали точно маршрут и время взлета самолета. И расположение постов бывшей «девятки». И этот странный звонок от Лукьянова. Как быстро этот слюнтяй среагировал! Глава спецслужбы крепко задумался: происходит то, чего меньше всего ожидали. И его самого в ближайшее время ждет куча неприятностей. Или даже смерть. Он вспомнил, что приходилось исполнять по воле Андропова и сил, стоящих за ним, будучи начальником Первого главного управления КГБ СССР. Именно он к концу 80-х годов фактически под разными предлогами убрал из аппарата внешней разведки почти всех профессионалов, которые действовали на американском направлении. Убрал именно тех, кто в свое время осуществлял вербовку, умел работать с агентами. И тогда же под крылом ПГУ потекли в определенные банки золотые ручейки.
— Срочно всех глав управлений ко мне на совещание! И узнайте, кто ведет расследование. И немедленно от дежурного сводку по Москве.
Через пятнадцать минут вместе с чаем ему положили на стол папку. Председатель КГБ по мере чтения все больше зеленел. Военные взяли под охрану все важные объекты в городе и Подмосковье. Телевидение, радио, узлы связи. Отключена связь у всех новостных агентств, а также почти вся международная. Его людей вышвыривали с рабочих мест прикладами автоматов. В паре мест даже стрельба случилась. С военными синхронно в город вошли подразделения дивизии имени Дзержинского. Как все четко сработано! Без приказа и постановления. Хотя почему без? Наверняка на такой случай у Язова есть филькина грамота в виде какого-то плана. Приказ «Согласно… приведен в исполнение». И не подкопаешься. Вот почему Горбачев забрал у КГБ спецназ. Это он, что ли, планировал? И его убрали, как лишнего? Перехитрил сам себя? А что, Меченый мог. Хитрозадый колхозник!
— «Они готовились, а мы прозевали!»
Но что делать. Главным в Союзе формально сейчас алкаш Янаев. Спасибо Михаилу Сергеевича, сам в гроб лег и страну за собой тащит. Все из-за власти. Как так проглядели его желание править безраздельно⁈ И ведь просто так этого проходимца сейчас не уберешь. Нужны новые выборы. По сути страной правит Лукьянов. Надо звонить ему. Да и с Язовым связаться стоит. Неожиданно Крючков вспотел. Он жадно схватил сводку. Они же заодно! И правительство все на месте с самого утра. Сговорились за его спиной! Кто-то в органах им точно помогает. Хотя эти чертовы вояки после прошедшей войны обладают огромными возможностями. Там и техника лучше. У них вышколенного и опытного спецназа на всю страну хватит. А у него что: «Альфа» и «Вымпел». Что же делать?
Есть несколько вариантов. Начать бороться с мятежом немедленно! То, что это не просто так, он уже был уверен стопроцентно. Затаиться и бороться втихую. Или пойти на мировую и предложить свое участие. Крючков внезапно осознал, что от правильного решения зависит сейчас его жизнь. Нет, вряд ли будут репрессии в духе тридцать седьмого. Люди не те, не из того теста сделаны. Он сам еще успел повидать старые кадры, особенное впечатление на него произвели «глубинники». Те бы в отличие от нынешних работничков точно не растерялись!
  
Эти старые чекистские кадры здорово мешали тем, кто пришел после Сталина. Их не раз пытались вычистить из органов. Казалось бы, ЦК КПСС мог легко уволить всех значимых «глубинников ». Но не делал этого долгие годы. Почему? Во-первых, «глубинники 'были все-таки профессионалами своего дела, у них имелся большой опыт и разветвленные связи, в том числе и зарубежные. Другая причина 'неприкосновенности» «глубинников» заключалась в том, что «партийцы» откровенно побаивались чекистов. Последние ведь прошли фронт и умели не только плести интриги, но и ликвидировать. В 1953–1955 годах наиболее одиозных «ликвидаторов» из 4-го управления Павла Судовлатова, Наума Эйтингона и многих других упрятали за решетку, сделав козлами отпущения. Хотя те выполняли директивы ЦК партии, но остались другие деятели. Среди них 13-й отдел, позже — отдел «В» («Возмездие»), который занимался диверсиями за рубежом. Его всегда возглавляли «глубинники».