Ректор (СИ)

— Здравствуй милая Натали! — Максимилиан протянул девушке букет роз. — Не желаешь составить мне компанию и прогуляться?
— Добрый день, Максимилиан Степанович, — соблюдая этикет, девушка сделала реверанс, а потом выпрямилась и приняла цветы. — Простите, а ваша сестра и ее подруга к нам присоединяться?
— Надеюсь, что нет, — честно признался парень. — Однако, уверен, что они уже спешат. Одна надежда, что не найдут.
— Как так можно, — укоризненно покачала головой девушка, вновь запылав лицом, так как Максимилиан завладел ее ручкой и поцеловал тыльную сторону ладони.
При этом парень на несколько мгновений дольше, чем позволяют рамки приличий припал губами к ее пальчикам. Баронессе не потребовалось собираться, уже через десять минут они прогуливались по набережной, а потом уединились в беседке, солнце палило нещадно. Как так получилось, что Натали оступилась? Максимилиан поймал девушку и не удержался от возможности поцеловать. Сопротивляться баронесса не смогла, о чем впоследствии наверняка пожалеет. И кто знает, чем бы закончилась их свидание, да Софья и Минако к ним пожаловали, без проблем отыскав парочку. Наследник империи их появления не обрадовался, в том числе и задумался, а нет ли на нем или Натали какой-нибудь магической метки.
— Так что за спешка? — задала вопрос Ее Светлость, когда они чинно расселись за плетеным столиком.
Натали оказалась между Минако и Софьей, чему не обрадовался Максимилиан. Впрочем, вопрос не простой и им следует подготовиться к встрече с императором. Об этом он сказал, признав, что план дал несколько трещин.
— Время есть, подготовимся, — беспечно отмахнулась Минако. — Чего ты переживаешь? Степан Васильевич рассудительный правитель.
— Это только твое мнение, — грустно улыбнулась Софья. — Ничего, — ободряюще подмигнула Натали, — прорвемся, время еще есть. Нам необходимо вновь пройтись по всем тем пунктам, которые должны императора заинтересовать и заинтриговать. Не первый раз, все обойдется. Кстати, вещи мы уже собрали, готовы хоть сейчас отправляться в дорогу.
— Завтра с утра, уже дал указания, — признался наследник империи. — В дороге все обсудим и отрепетируем.
Максимилиан поймал себя на мысли, что заранее нервничает и сомневается в успешном завершении дела. Отца на кривой лошади не объедешь, рано еще с ним в эти игры играть, лучше подождать, когда он ошибется и туда ударить.
На следующее утро их увозил в столицу императорский поезд и все четверо отчаянно нервничали, стараясь не подавить вида и подбадривая друг друга.
* * *
Повествование от лица господина Воронова.
Дом отставного генерала вызвал двоякие чувства. Все обставлено по высшему разряду, чувствовалось, что к этому приложила руку женщина. Вряд ли господин Сучков озаботится об уюте. Кольнуло же меня то, что у Льва Борисовича много охраны. Мы попали в дом после получаса ожидания. За это время я насчитал три защитных магических контура. Ощутил несколько попыток диагностики. Но вида показывать не стал. И вот нас принял отставной генерал, которому на вид лет пятьдесят, седина на висках, хищный взгляд, мощный магический источник. Он насторожен, внимательно изучил документы Анны и задумчиво выслушал ее сбивчивый рассказ. Нам не предложили ни чая, ни кофе, не говоря уже о том, чтобы накормить с дороги.
— Господин Воронов, получается, вы бескорыстно помогли дочери моего старого боевого товарища, — задумчиво резюмировал господин Сучков.
— Совершенно верно, — кивнул я. — Дело в том, что решились нанести этот визит только ради вашего спокойствия. Госпожа Кощеева переживала, что, узнав о ее пропаже вы станете волноваться и нервничать. Она помнит о ваших ранах и боится, что они дадут о себе знать. Если присмотритесь к ауре Анны Сергеевны, то увидите студенческий знак и поймете, что взял за нее ответственность, как за свою ученицу.
Говорю и замечаю, как у генерала внутри происходит какая-то борьба. Всполохи признательности и подозрительности, нам тут точно не рады!
 
— И что, нет никаких просьб? — задал вопрос отставной генерал.
— Конечно… — начала девушка, но я ее перебил:
— Нет, если не считать того, что поинтересуйся ее судьбой опекунша или кто-то другой, то вы сделаете непонимающий вид и не расскажете о нашем визите.
— Возможно мне следует ссудить вас деньгами? — потер подбородок Лев Борисович.
— Нет необходимости, университет предоставит все требуемое для обучения и будет выплачивать небольшую стипендию, — вновь на ходу сочинил я.
Правда, эта неожиданно пришедшая идея мне понравилась. Пожалуй, тот кто поступит на бесплатные места, именно такую поддержку с моей стороны получит. Еще неизвестно, как отучившийся вернет деньги, потраченные на его обучение, но что-нибудь придумаю. Допускаю, что предстоит разработать некое соглашение, которое устроит все стороны. Впрочем, основные денежные средства, в том числе и на развитие учебного заведения выделит имперская казна и родители студентов, которые себе это способны позволить.
— Хорошо, — покивал отставной генерал. — Рад был встрече, а сейчас, простите, у меня много дел.
— До свидания, — растерянно произнесла девушка, не ожидавшая такого холодного приема.
— Удачи тебе и не опозорь имя отца! — нахмурил брови Лев Борисович, строго смотря на девушку.
— Позвольте откланяться, — встал я со своего места.
— Вас проводят, — отмахнулся господин Сучков и взял со столешницы какие-то бумаги.
Хозяин поместья мгновенно потерял к нам всяческий интерес. Обескураженная девушка, пару раз споткнувшись, покинула вместе со мной кабинет странного отставного генерала. Напряжение меня не покидало, пока мы не выехали с территории, где такой негостеприимный владелец. Почему-то ожидал нападения, ощущал поблизости боевые артефакты, сильных бойцов, но они приказа так и не получили.
— Александр Иванович, за что он так со мной? — всхлипнула Анна, когда наш экипаж оказался на тракте.
— Наверное есть какие-то причины, — задумчиво ответил я. — Не исключено, что другом его считал твой отец, а Лев Борисович придерживался другого мнения.
— Нет, это не так, — помотала головой девушка. — Он сам на себя не похож, не таким его помню.
— Время меняет людей, — пожал я плечами. — Ничего, все наладится, не переживай.
Мы продолжили с Анной болтать, но на отвлеченные темы. Спрашивал ее мнение о столице, что запомнилось в дороге, а сам в это время вдумчиво изучал полученные данные от диагностики, когда находились с визитом у отставного генерала. Увидел определенные нестыковки и странности, в том числе и поведение господина Сучкова несколько раз менялось. Вначале встречи он не собирался нас отпускать, настрой имел решительный и темные всполохи пробивали сложную защиту. А вот под конец беседы Лев Борисович растрогался, хотя это скрыл. Какая-то фраза или слова моей спутницы что-то в душе волевого человека задели и тот решение изменил.
В город вернулись вечером, номер по соседству в гостинице удалось для Анны снять, чему та оказалась рада. Правда, портье на девушку с осуждением посмотрел, а потом пару раз маслено улыбнулся. Что-то проходимец задумал!
— Графиня, как насчет того, чтобы составить мне компанию и отужинать? — поинтересовался я у девушки, когда мы поднялись к своим номерам.
— Господин Воронов, мне ужасно неудобно, что доставляю вам столько хлопот, — смущенно ответила та, опустив взгляд.
— Поэтому задумали голодать? — хмыкнул я. — Друг вашего батюшки оказался скрягой, даже чаем нас не напоил. В любом случае, через пятнадцать минут за вами зайду, спустимся в ресторан и отужинаем. Это не обсуждается, — махнул рукой, увидев, что Анна собралась возразить.
— Хорошо, — понурившись и безрадостно ответила девушка.
Мне даже показалось, что она всхлипнула, но рассмотреть не успел, Анна поспешно вошла в свой номер и закрылась изнутри. Пожав плечами, я открыл дверь своих апартаментов и прошел в ванную комнату. Контрастный душ взбодрил, но никаких идей в голову не пришло. Понятия не имею, как отстаивать университет, да и не очень-то хотелось, если честно. Свои обязательства перед Максимилианом выполнил, а уж если наследник империи не сумел справиться с преградами, то я и вовсе их не преодолею. Ну, лукавлю, отдаю себе в этом отчет. Мог бы добиться правды обивая пороги кабинетов чинуш. Еще и журналистов нельзя со счетов сбрасывать. Тем только дай волю и причину, такого придумают, что под давлением общественного мнения все на раз изменится. В лучшую ли сторону — вопрос! А мне не следует заниматься самообманом, нет желания бороться за учебное заведение. Не взвалил еще на себя груз ответственности за студентов.