Княгиня пепла. Хранительница проклятых знаний (СИ)

Да, он тогда все понял сам. Понял, что из-за него случилась большая беда, и только «благословение» леди-княгини спасло обреченных людей от смерти. Я даже боялась, что его психика может не выдержать подобного потрясения, и он наделает еще больших глупостей, но одна огромная радость, случившаяся в его жизни, помогла ему прийти в себя.
Мы нашли его маму.
Деревни Грегсонов, оставшись без лорда-князя и главных лэрдов, убитых в сражении, без возражений перешли во владение к Ламбертам, так что наше княжество увеличилось как мининимум вдвое. В одной из этих деревень мы и обнаружили маму Эвана и Милли. Она работала служанкой в доме лэрда. Обращались с ней там не то чтобы слишком хорошо, но мать есть мать, она все вынесла ради того, чтобы однажды вернуться к своим детям.
  
Но, как известно, что-то находим, что-то теряем.
Габриэль Ламберт покинул наше княжество.
Однажды он вызвался проводить меня до солеварни и по дороге сказал две вещи. Первая: он меня любит. Вторая: ему невыносимо находиться рядом со мной и каждый день видеть нас с его братом вместе, поэтому он отправляется на Равнину служить лорду-протектору. Заодно этим он снизит нагрузку на Эдмунда, которому не придется таскаться каждый год в Ллундин, так как один представитель Ламбертов там будет всегда.
Я понимала его, поэтому просто тепло с ним попрощалась, лелея надежду, что там, при столичном дворе он сможет встретить какую-нибудь другую женщину, которая рано или поздно заместит меня в его сердце. Однако пока этого еще не случилось: женщин у Габриэля, по слухам, традиционно было много, да и дети уже родились, однако он так до сих пор ни на ком и не женился.
Лидия тоже покинула наш клан, переселившись — внезапно для всех — к одному из бывших грегсоновских лэрдов. Очарованный ее красотой, сорокалетний вдовец предложил ей руку и сердце, и она приняла их. Как и большой добротный дом, личную служанку и полное отсутствие забот, вроде дойки коз. Когда я ее порой встречала, она выглядела более чем довольной своим новым положением. А уж когда родила ребенка, муж ее вообще с рук перестал спускать.
Ну а мы с Эдмундом продолжили то, что начали.
Солеварня расширилась еще больше, как и рынки сбыта этого товара. Стетхэмы теперь торговали сельдью самого нежнейшего посола и самой изысканной мариновки. Их рыболовецкий и торговый флот увеличился вдвое, а корабли достигали уже не только северных земель и городов, расположенных по берегам Преттании, но и дальних частей материка, снабжая тамошних жителей рыбными деликатесами, а нас — фруктами, тканями и специями, привезенными взамен.
Дома в Карннане были наконец-то перестроены, приобретя вид нормального жилья. Да и Дунмор с Гленкарриком не отставали, обзаводясь всевозможными удобствами, о которых раньше только от купцов слышали.
Более того, теперь все наши деревни, включая новоприобретенные, были соединены нормальными прочными дорогами, построенными по римским технологиям. И сейчас мы как раз заканчивали прокладывать широкий удобный путь к Стетхэмам.
А еще на данный момент, вместе с бывшими людьми Грегсонов, у нас было достаточно человеческих ресурсов, чтобы начать разработку каменного угля. И именно этот проект стоял у нас нынче во главе угла. Открытые разработки мы вели уже давно, а не далее как месяц назад заложили наконец и первую шахту.
— Мама, мама! Скажи Эндрю, чтобы он отдал мой нож!
— Ты сам его мне всунул, сказал, что тебе тяжело нести.
— А теперь хочу обратно, а ты не отдаешь! Мам!
Я с улыбкой обернулась, чтобы увидеть, как ко мне спешат двое моих сыновей, девятилетний Эндрю — копия отца и шестилетний Стэн, названный в честь ушедшего прапрадедушки. Младшенький Эйдан, которому было всего лишь два годика, остался сегодня в замке с Мойной и Даной, оказавшейся прекрасной нянькой и служившей мне в этом качестве все последние годы.
— Прости, Ноэль. Я уже никак не мог их удержать. Ты успела сказать богам все, что хотела?
Эдмунд подошел вместе с детьми и присел рядом со мной, обнимая за плечи.
— Почти, — отозвалась я, приникая к щеке мужа.
Подумать только, тогда, десять лет назад, я могла его потерять. И Эндрю тоже… Даже не могу себе представить, как бы я без них жила. И не хочу представлять.
— Погоди еще минуту, — попросила я мужа и поднялась с места.
Подойдя к алтарному камню в середине дольмена, я достала из мешочка, притороченного к поясу, три фиолетовых камня и положила их сверху. Они перестали работать еще лет пять назад, и вот сейчас я решила, что пришла пора «вернуть их богам».
Мой взгляд снова скользнул к холмам вдалеке.
— Спасибо, — тихо произнесла я. — Ты спас нас всех.
Может, и странно было благодарить бездушный ИИ, но я не могла иначе.
— Мам, ну пойдем уже домой! Там у Рэйс новая лошадь, она обещала мне дать на ней покататься.
Я развернулась к своей семье.
— Тогда чего же мы ждем? Пойдемте скорее!
Дети тут же унеслись вперед, а мы с Эдмундом на мгновение задержались, даря друг другу горячий поцелуй на холодном ветру, обжигавший не хуже неразбавленного виски.
— И все-таки я самый удачливый мужчина на свете, — шепнул мне на ухо муж.
— А я — самая счастливая женщина, — отозвалась я.