Шустрая Кэт (СИ)

– Случайно, – пропищала я не хуже Милвены и так жалостливо, аж самой себя жалко стало. Вру. Мне себя ещё сразу жалко стало, как только поняла, что умертвием этой горелой куче мяса и палёному клочку шерсти больше не быть. – Я не хотела.
– Не хотела она, – вроде как начал успокаиваться магистр, по крайней мере, глаза снова стали сереть, а волосы перестали напоминать змеиное кубло. – Слезай давай. И кто только тебя такой гадости научил?
– Магистр Абрахам Волен, – сдала я с ходу своего предыдущего учителя, сползая по ограждению и медленно пятясь в сторону стен Академии.
– Вот и почему я вообще не удивлен, – буркнул магистр Дорк. – Странно, что он тебя чему поразрушительней не научил. А ты ему, кстати, кто?
– Племянница старой подруги, – ответила я, представив, как натянуто это звучит со стороны.
– Удивил, – задумчиво проследил за моими манипуляциями Дорк.
– Почему? – вот тут я передумала ретироваться и быстренько подошла к магистру, косясь на облегченно вздыхающих одногруппников шагах в пяти от нас.
– Обычно он не возится с… юными дарованиями. А вот то, что заклинанию этому научил, как раз неудивительно.
– А вы и у магистра Волена преподавали? – решила я, что как мёд, так ложкой.
Дорк кивнул.
– Очень талантливый студент. Был.
– Почему это был?
– Потому что не студент уже, – как недоразвитой пояснили мне. – К тому же он несколько… зациклился. На возвращении жизни и души в тело.
Опаньки.
– А разве так можно? – изобразила я искреннее недоумение.
На меня снова посмотрели, как на нечто неразумное. Вообще неразумное.
– Нет!!! – просто рявкнули мне прямо в лицо. Да так, что я аж зажмурилась. – Ни один некромант, целитель или кто там ещё зажёгся идеей вечной жизни, не сможет вернуть человеку жизнь.
– А как же Артефакт Родена?
Вот тут на меня посмотрели с уважением. Умные словечки знаю.
– Он просто хранит душу. И нет гарантии, что её можно поместить в тело. К тому же, Кэт, представь, что тебя на долгое… нет… очень долгое время, поместили в клетку, где даже повернуться невозможно. Притом ни еды, ни воды, ничего. Но и умереть ты не можешь. Как думаешь, через какой промежуток времени ты сойдёшь с ума?
Я вздрогнула. Вот основательно так прочувствовала всю плачевность положения души Сильвии.
– Бррр…
– Вот и я о том же. Дурная это идея. Если Абрахам даже добьётся успеха в своих исследованиях, то ещё не факт, что у него получится нечто жизнеспособное.
– А вы знаете о его исследованиях?
Меня снова одарили улыбкой, которую обычно адресуют маленькому ребенку или полоумному.
– Я был его куратором. Я знаю о нём всё.
Ого. Вот это нужно переварить.
– Ты, кстати, где таких слов нахваталась? – спросил Дорк, глядя, как исходит чёрным дымом бывшее умертвие.
– Лошадей люблю. Вот от конюхов и нахваталась, – не моргнув, солгала я и как-то по инерции спросила. – А вы?
– В Академии преподаю. Вот от студентов и нахватался, – улыбнулся он.
Ну прям почти человек. И даже почти нормальный. Был. Недолго.
– Так! – рявкнул магистр Дорк. – Пшли отсюда. Я расстроен и опечален. Потому можете расползаться по комнатам, а я буду думать, где взять новое учебное пособие.
А мы что? Да нас как ветром сдуло. Особенно провинившуюся меня.
* * *
Вот так и прошла моя первая учебная неделя. Нет. Я больше ничего не испортила. Не считая собственных нервов. А так… порядок, в общем. Я уже думала – дальше будет хуже. Ан нет. Ровненько так пошло. Ничего, в принципе, особенного.
– Ты сейчас куда? – спросила Милвена, колупая кашу ложкой.
Я пожала плечами и продолжила уминать обед.
– Вот и я не знаю. Домой не хочется… а идём в кафе мисс Лидентайн. Там такое тирамису…
Это ещё что за зверь? Я откинулась на спинку стула и задумчиво потеребила серёжки.
– Меня магистр Волен ждать будет, – сама в это не особо веря, попробовала отмазаться я.
– Да ну. Что, он не простит девушке маленькую слабость?
Угу. Может, девушке и простил бы, а вот мне…
– Я обещала, что буду вовремя, – буркнула, почему-то испытывая некоторое сожаление.
  
Нет. Не то чтобы я хотела этого тирами… как его там… просто… почувствовала себя собачкой на коротком поводке. Красивой, ухоженной. Но всё же просто собачкой.
– Слушай, ну что ты, честное слово… там такой шоколадный торт… – продолжала искушать меня Милвена.
«Иди!» – раздалось в голове, и я подскочила с перепугу.
– Что-то не так? – нахмурилась Милвена.
– Косточка в каше попалась, – чуть не прорычала я.
Вот скотина. Умеет же вовремя нарисоваться.
– А… да, еда здесь… только собак и кормить, – поморщилась Милвена, покосившись на тарелку – Так что? Идём?
– Идём. Только недолго. У меня ещё дела сегодня.
«И к шоколадному торту возьми гляссе! Потрясающее сочетание», – снова встрял магистр.
Вот… И тут свой медяк сунет. Я коснулась обеих сережек попеременно. Надеюсь, так можно связь-то оборвать…
Но почему-то улыбнулась. Сама не знаю, почему. Просто… просто улыбнулась.
– Вот и прекрасно, – тут же оживилась целительница и, словно мечтала об этом полжизни, бросила ложку в тарелку.
Понятное дело, выходили мы на площадку перед Академией в самом распрекрасном настроении. У меня на поясе позвякивали нетронутых пять десятков золотых, что делало мою жизнь особенно прекрасной. Ну и что, что не мои. Можно подумать, у меня когда-то честно заработанные были. Милвена смеялась и закатывала глаза, предвкушая, как будет трескать это самое тирамису. Птички чирикали. Солнышко светило. Бабочки летали. Красота…
Я решила голову не морочить и осталась всё в том же чёрном костюмчике. Кстати, что-то там в нём намагичено было, что грязь к нему не липла. Что для нас, некромантов, очень даже удобненько. Так как прачки личной, как в особняке Волена, так и в Академии, не имелось. А стирать бы пришлось чуть не каждый день.
Итак. Идём мы с подругой моей по площади до кованых ворот Академии. И тут… Загораживает нам путь паренёк. Высокий, здоровый и ну прям очень похожий на Милвену. Вот прям очень. Сразу видно, родная кровь. Не то что у нас с Лиской.
– Куда собралась? – осведомился этот некто у целительницы, отчего она потухла. Совсем потухла. Даже плечи опустились.
А во мне вскипел праведный гнев. Какого вообще чёрта ему нужно? О чём я и решила осведомиться непосредственно у него же.
– А в чём, собственно, суть проблемы? – глядя ему прямо в синие глаза и вздёрнув подбородок, спросила я.
– Это кто? – спросили у Милвены, совершенно игнорируя меня.
– Кэтрина Бирм, – пропищала едва слышно моя подруга, и меня смерили самым презрительным взглядом, который я вообще когда-либо видела. Как ведро помоев на голову надели.
– Домой. Сию минуту.
Ага, счас же.
– А по какому праву… – начала было я, но на плечо едва ощутимо легла ладонь моей подруги.
Я запнулась и удивленно посмотрела на неё. Выглядела она… тьма, жалко выглядела. Мне вот даже морду захотелось начистить этому козлу.
– Не надо, – едва слышно прошептала она, и я поджала губы, понимая, что а ничегошеньки я уроду этому не сделаю. Потому как отыграется он на Милвене. – Прости, Кэт, наверное, в следующий раз… – выдавила она нечто жалкое, и отдалённо напоминающее улыбку.
– Угу, – всё, что я смогла ответить, чтобы не сыпануть руганью, от которой даже в Семи Висельниках краснеют.
Злая, как голодное умертвие, я и вышла из ворот Академии следом за братом и сестрой Лорас.
Настроение испортилось. Вот совсем испортилось. Так и брела, сама не знаю куда. Даже не сообразила, как у особняка магистра Волена оказалась. Но тут уже встрепенулась. И даже натянула улыбочку. Вроде бы беззаботную. Ну, по крайней мере, мне хотелось так думать.
– Как-то ты рано, – заметил Волен, перевернув вверх рубашкой какой-то листок.
Сегодня он даже для разнообразия в кабинете сидел. Работал.