"Фантастика 2025-192". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)

— Моджахеды действительно смогут затруднить действия русских этим оружием? — спросил Рейган.
— Безусловно, — ответил Колби, — скорее всего русские быстро приспособятся и найдут средства противодействия, но несколько десятков их воздушных целей будут точно сбиты в течение месяца-двух.
— Так, — побарабанил пальцами по столу Рейган, — относительно этого вопроса я беру паузу в пару месяцев. И ещё о перемирии и переговорах в Женеве…
  
— Я думаю, надо соглашаться, — выступил Шульц, — мы от этих переговоров ничего не потеряем, а за это время можно будет как следует накачать оружием моджахедов… так что если ничего не выйдет в Женеве, бои возобновятся с позиции нашей силы.
Кабул. Дворец Арг. 
— Я должен обдумать ваше предложение, — ответил наконец Наджибулла. — Кстати, Бабрак в курсе, что его собираются подвинуть?
— Я думаю, что он догадывается об этом, — сказал Гришин, — но напрямую мы пока ему это не сообщали.
— Могут возникнуть эксцессы… — озабоченно заметил афганец, — а мне не хотелось бы повторить жизненный путь Тараки и Амина.
— Не волнуйтесь, наши ребята вас прикроют в любом случае, — меланхолично заметил Романов. — А сейчас я бы выпил чего-нибудь покрепче.
— Я распоряжусь, — сказал Наджибулла и двинулся к двери, но дойти не успел — что-то большое взорвалось в этот момент в южной части дворца, с потолка посыпалась штукатурка, стены завибрировали, после чего наступила звенящая тишина.
— Это что сейчас было? — спросил Гришин, а одновременно с его вопросом в комнату вбежала охрана советских лидеров в количестве трёх крепких бойцов.
— Виктор Васильевич, — выпалил один их них, — нападение, нужно срочно эвакуироваться.
— Ведите, — решительно ответил Гришин, после чего укоризненно заметил Наджибулле, — что же это вы, даже в столице обстановку не контролируете…
— Это случайность, товарищ Гришин, — растерянно отвечал тот, — в кратчайшие сроки возьмём ситуацию под контроль.
Гришин ничего уже на это отвечать не стал, а просто проследовал за командиром своей охраны.
— Кто напал, какими силами? — спросил по дороге Романов, пока они шли длинными извилистыми переходами куда-то к северной стороне дворца.
— Пока сложно сказать о принадлежности к какой-то группировке, — осторожно отвечал ему командир, — предположительно число нападающих до роты, у них на вооружении кроме стрелкового оружия есть гранатомёты и как минимум один миномёт.
— Цель нападения тоже неизвестна?
— С визитом советской делегации это не должно быть связано, — достаточно уверенно ответил командир, — скорее всего обычный партизанский рейд в логово своих врагов.
— Посмотрим… — хмуро заметил Гришин, — а куда, собственно, мы идём?
— К северному подъезду Арга мы подогнали Ми-8, передислоцируемся на Баграм, во избежание, — пояснил тот.
На улице было свежо и прохладно, по-прежнему мела снежная позёмка. Советское руководство в полном составе плюс охрана загрузилось в нутро транспортника и без особенных приключений всё это было доставлено на базу Баграм.
— Зачем мы сюда потащились, Виктор Васильевич? — хмуро спросил Романов, когда их определили в гостевую комнату при местном аэропорте. — Проще бы было вызвать афганское руководство к нам, как говорится, на ковёр, там бы всё и обсудили.
— Наверно вы правы, Григорий Васильевич, — не менее хмуро отвечал ему Гришин, — но как говорится в другой поговорке — никто ничего не знает, пока сам не попробует, по крайней мере узнали все местные обстоятельства на своей шкуре. Надо провести финальный раунд переговоров с Кармалем и Наджибуллой прямо здесь, а потом сразу же возвращаться… что вы там говорили Рейгану про Стингеры?
— Это переносные зенитные установки, — ответил Романов, — аналоги нашей Стрелы. Очень эффективное оружие против низколетящих воздушных целей.
— То есть наш Ил-62 на взлёте тоже может стать целью для этих Стингеров?
— Может, Виктор Васильевич, — ответил Романов, — но пока поставок Стингеров душманам не зафиксировано. А из гранатомёта в самолёт попасть практически невозможно, так что в этом направлении можно расслабиться…
— Просто так ведь американцы не сдадут свои позиции, — начал размышлять Гришин, — а позиции их здесь очень крепкие… надо думать, что выставить взамен, чтобы можно было поторговаться…
— Иран? — вопросительно поднял брови Романов. — Это болевая точка для Америки со времён захвата заложников в посольстве…
— Да, громкое было дело, — согласился Гришин, — и провал их спецслужб очень громкий. У Ирана же сейчас идёт война с Саддамом…
— Да, пятый год продолжается и конца и края ей не видно… можно было бы предложить помощь Хуссейну с тем, чтобы действовал немного поживее — какой-то значимый город что ли захватил. Короче, чтобы закончил войну победой, это Рейгану наверно понравилось бы. Заодно мы и свои проблемы сможем немного подправить…
— Поясните, Григорий Васильевич, — попросил Гришин, — что за проблемы?
— Я имею ввиду цены на нефть, — ответил Романов, — на фоне начала конфликта Иран-Ирак цена за баррель подпрыгнула до 40-45 долларов, а потом неуклонно начала снижаться, сейчас она кажется в районе 25 и конца этому снижению не видно. Это нам категорически невыгодно, снижается же валютная выручка.
— И что вы предлагаете?
— Немного подправить баланс спроса и предложения на мировом рынке, — Романов закурил и продолжил, — на спрос мы повлиять скорее всего не сможем, это очень сложно и затратно, но вот с предложением совсем другая картина…
— Вы намекаете на удары по иранским нефтеприискам? — спросил Гришин.
— В общих чертах да… но Ираном я бы не стал ограничиваться — отдельные ракеты Саддама вполне могут залететь и другие страны, занимающиеся нефтедобычей… да и блокада, например Персидского залива, сильно помогла бы нам в вопросе сокращения предложения…
— Интересная мысль, — задумался Гришин, — а как это на практике осуществить, не задумывались?
— Помните, я говорил вам про Примакова…
— Да-да, директор института востоковедения и кадровый чекист, — вспомнил Гришин.
— У него обширные личные связи почти со всеми руководителями арабских стран, в том числе и с Саддамом — можно было бы поручить ему эту миссию, думаю, он не подведёт. И да, это ещё не все мои мысли по нефти…
— Продолжайте, — согласился Гришин, — я очень внимательно вас слушаю.
— У нефтедобывающих стран же есть своя организация, ОПЕК называется, расшифровывается как «организация стран-экспортёров нефти».
— Это я знаю, конечно, — ответил Гришин, — там то ли 12, то ли 13 стран, в основном с Ближнего Востока. Регулируют объемы добычи в целях поддержания мировых цен.
— Всё верно, Виктор Васильевич, — сказал Романов, — неплохо бы было установить с ними более тесные контакты… СССР тоже может ограничивать свои нефтяные продажи на мировом рынке, во-первых, это поддержит цены, а во-вторых, так мы укрепим свои связи с развивающимися странами.
— Насчёт Примакова вы меня убедили, — ответил, подумав, Гришин, — сразу же по возвращению в Москву привлекайте его к работе. А что вы думаете по поводу личной безопасности? На фоне вот этих перестрелок в Кабуле.
— Думаю, что нам пора выделить девятку из КГБ и создать отдельную структуру, подчиняющуюся напрямую первому лицу государства, — бухнул Романов. — Назвать её можно было бы… ну например «Государственная служба охраны», ГСО… вроде звучит.
  
Глава 14. Заговор
 
20 марта. Квартира Горбачёва, улица Щусева, 10/1 
  
Когда Михаила Сергеича неожиданно перевели в Москву со своего родного Ставрополья, было это в 1978 году, администрация сразу выделила ему сначала дачу в Горках-10, а вскоре обеспечила и московской жилплощадью. На этой вот улице Щусева, сейчас она называется «Гранатный переулок» и идёт от Тверского бульвара до Садового кольца в районе Баррикадной.