Марс наш! (СИ)

— Поаккуратнее, Мэлс! — именем Сумрака окликнула меня Лиза.
Молодец! Смышлёная девочка!
— Он нам живой нужен! — подскочила она к ковровой мумии.
— Вот дальше ты его и нести! — зло пнул я ковер.
Тем временем Борис что-то ввел в свою технологичную перчатку, и потертый остроносый башмак покрылся цифровой рябью. А когда свето-цифровая рябь улеглась, мы стояли уже вокруг красно-белого металлического конуса. Своей формой и внешним видом он больше напоминал морской буёк. И выведенные чёрным трафаретом цифры «505» лишь дополняли сходство.
  
— Ну, у меня всё готово! — как-то нарочито бодро сообщил Борис.
— Начинай, — махнул я рукой.
На более бурное проявление эмоций сил уже не оставалось.
— Теперь наша работа, — стянув волосы резинкой, сосредоточенно сообщила Лиза.
— Я его больше не понесу! — твёрдо заявил я и ещё раз пнул ненавистный ковёр.
— Нет, — взмахнув руками, принялась успокаивать меня Лиза. — Мэлс, никого никуда тащить больше не надо. Но у нас проблема: нуль-энергии для Т-перехода у нас всего тысяча двести альбедо. Хватит только для Т-перехода двух человек или ста шестидесяти килограммов массы.
И тут у меня внутри что-то оборвалось.
— А то, что у вас всего два билета на четырёх человек, вы раньше сказать не могли?
— Да нет, — неожиданно твёрдо оборвала меня Лиза. — Всё нормально. Нуль-элемента на Т-переход хватит.
— Да, — подтвердил Борис. — Нужно только усилить ноль-поток эмпатической связью.
— Не понял намёка. Вы мне сейчас что, на тройничок предлагаете? — несмешно пошутил я.
Ну извините, нервы ни к чёрту!
— Что⁈ Тройник? — сбилась Лиза.
— Короче, Оле… Мэлс, — поправился Борис. — У нас есть нуль-элемента на перенос двоих человек, но вы можете разогнать ее до двух тысяч альбедо.
На эти слова я лишь грустно посмотрел на и ещё не начавшего бриться парня.
— Борь, ты же деревенский парень! Можешь объяснить мне так как объяснял бы своему дедушке?
Парень кивнул, слегка закрыв глаза, будто обдумывая, с чего начать, и, не обращая внимания на возмущённый взгляд Лизы, присел со мной рядом на злополучный ковёр.
— Что ты знаешь о солнечной радиации? — решил он прощупать мой порог знаний.
— Ну, Солнце — это большая звезда, — начал я с базы школьных знаний. — Такой большой космический горн, от тепла и света которого на Земле зародилась жизнь.
— Ну хорошо, — проигнорировав надменный смешок Лизы, кивнул Борис. — Если очень упростить, то примерно так и есть. А теперь представь, что ваше Солнце светит и греет примерно так же, как у нас, но не испускает определенный спектр излучения. Например, ультрафиолет.
— Допустим.
Фантазия неисправимого фантаста уже разгоняла эту идею как основу для нового придуманного мира.
— Так вот, эта часть спектра называется нулевое излучение. И ваше Солнце его не излучает.
— Угу, — понимающе кивнул я. — Это плохо?
— Да-а-а! — почти хором откликнулись комсомольцы.
— Но мы отклонились от темы. Так вот, я вчера это уже объяснял но, видимо, придётся повторить. Короче…
Но я его перебил.
— Ноль излучение накапливается телом и позволяет вам как-то хитроумно воздействовать на физику обходя закон сохранения энергии.
Увидев как вытянулось лицо Бориса я ухмыльнулся.
— Я вчера не только пил но и слушал, дружище. Ты лучше объясни мне, как на два билета до «Земли 1» мы можем проехать вчетвером?
— Эмпатическая связь, — ответила уже Лиза.
Видимо, мне это должно было что-то объяснить, однако не объяснило. Я вновь повернулся к Борису.
— Давай опять попроще и на знакомых мне аналогиях.
— КилоАльбедо — это стандартная базовая единица по таблице Погорельского. Но нуль-одаренный, выступая в роли резонатора, вполне может разогнать базовую единицу в несколько раз! Если же мы имеем двух и более одарённых, то этот показатель уже перемножается на талант каждого.
— Понятно. Как усилитель сигнала в роутере, — нетерпеливо потёр я руки. — Ну так что, давайте начинать!
Однако комсомольцы переглянулись, давай мне понять что не всё так просто.
Опять.
— Ну? — поторопил я обоих.
— Для эмпатической связи необходимо полное доверие между одаренными.
— Ну так давайте уже начинать! — поторопил я ребят.
Если честно, хоть на часах ещё не было и двенадцати, я слишком устал. Терпение закончилось ещё там, в «буханке». Слишком много проблем подарили мне эти комсомольцы, слишком много недосказанностей прозвучало от них только в момент, когда мы оказались уже здесь — посреди Измайловского леса, у маяка с цифрами «505» и телом, завернутым в ковёр.
Именно поэтому я горел желанием как можно быстрее расставить все точки над «ё», а не гадать, получится или нет, всё больше разгоняя свою паранойю.
Комсомольцы загадочно переглянулись, а затем Борис осторожно достал из своих вещей перчатку Сумрака. Она была похожа на его собственную, но отличалась примерно так же, как мой нынешний гонорар и тот, что был, когда я написал «РЭД МАШИН».
— NOKIA — вещь! — с плохо скрываемым восхищением протянул Борис.
— Мне отец обещал, что, если поступлю — купит японскую Моторолу, — зачем-то похвасталась Гагарина.
— Кто бы сомневался, — хмыкнул Борис.
— Оставить подначки! — остановил я пререкания. — Если кто-то забыл, напомню: теперь вы, ребятки, подельники. Если потонет один — то он утащит с собой и другого.
Лица студентов вытянулись.
— Я-то ладно, — развивал я успех. — Я не подданный Земли 1, а вот вам воздастся сполна. Что там сейчас за подобное присваивают? Двадцать лет расстрела? Ртутные рудники на Марсе?
Ребята молчали.
— Вот поэтому требую отставить классовую вражду и вспомни принципы коммунизма! Ты, Борис, — упёр я палец в его грудь. — Больше не подначиваешь Лизу, за то, в какой семье она родилась.
— А ты, — теперь мой палец упёрся в ложбинку меж бюста Гагариной.
Я не сразу это заметил и поправился только увидев засмущавшуюся Лизу.
Однако я уже был женат и даже имею манипулятора в виде дочери-подростка, так что, несмотря на женский трюк, Лизе не удалось сбежать от расплаты.
— Впредь то, чем ты похвастаешься, автоматически переходит в имущество Бориса.
Девушка едва не задохнулась от возмущения, а вот Борис, наоборот, расправил плечи и едко усмехнулся.
Усмехнулся, но сказать ничего не успел, ибо вмешался я.
— Сотри свою скверную улыбку, потому что теперь ты должен оберегать Лизу как любимую младшую сестрёнку. А ты, — я вновь перевёл взгляд на Гагарину. — Оберегаешь его как единоутробного брата, с которым вас разлучили в младенчестве.
С этими словами я наконец управился с кожаными ремешками гант-перчатки и, чтобы разбавить напряжение, спросил.
— Так что же всё-таки лучше? Мotorola или Nokia?
Вспомнил я срачи, как в 2007 году, и улыбнулся. Какая всё-таки забавная штука — эта ваша альтернативная история!
— Ты видел, какая «Моторола» тоненькая? Идеальные формы, дизайн от самого Такэси Тадимото!
— И заряжать Motorola нужно каждый день, — усмехнулся явно подкованный в этом деле Борис. — А любая Nokia держит батарею в неделю! И корпус разве что плазморезом вскрыть можно. Плюс открытый исходный код… — начал он загибать пальцы.
— Всё, всё, всё, всё! Верю! — остановил я его мысле-речевой поток. — Как эту штуку включать?
— Там сейчас… — попыталась было помочь Лиза, но укол в запястье я почувствовал раньше, чем она успела закончить.
Я ойкнул, перчатка же включилась, вызвав сложно скрываемый выдох облегчения. Видимо, ребята до последнего боялись, что перчатка меня «не признает», и подсознательно оттягивали этот момент.
Но всё «срослось», и довольные улыбки подсказали мне, что главное испытание уже позади.
  
— Так как, Мэлс, — по оперативному псевдониму обратился ко мне Борис. — Нейроинтерфейса у тебя нет, то будет присутствовать полный функционал, который настроил под себя… Его прошлый хозяин, — на ходу поправился парень. — Теперь вам нужно установить симпатическую связь.